Чтение онлайн

– Замечательно, – маршал выдохнул с явным облегчением. А Констанс едва не выдал себя улыбкой, командор поступал именно так, как ожидалось, как и рассчитывалось. И теперь епископ не спускал взгляда с лица Сикста, стараясь не пропустить и толику нужной ему реакции. А маршал тем временем продолжал: – Я попрошу братьев из 'тишайших' проверить сведения. В случае неприятного развития ситуации, я извещу вас, сын мой, и мы вместе понесем это тяжкое бремя, – все же в бочке меда, оказалась ложка дегтя. В последней фразе командор не преминул указать, что все же не оставит епископа без своего внимания.

Сделав столь недвусмысленный намек, Сикст встал и направился к выходу, давая тем самым понять – аудиенция завершена.

Его преподобие поклонился вслед уходящему командору, стремясь всеми силами удержать на своем лице безмятежное выражение, хотя у него скулы сводило судорогой от раздражения на прозвучавшее замечание.

С раннего утра епископ активно приступил к делам. В этот день он запланировал многочисленные встречи: одни должны были состояться с представителями своего ордена, другие с церковниками из прочих. Но самая важная из них, была назначена после обеда возле паласта Святого Престола, с епископом ордена Святого Иеронима. Лабиринты дворцового парка с затейливо постриженными туями, где полным полно укромных уголков, являлись самым лучшим местом для беседы без опасения быть подслушанными.

На встречи его преосвященство прихватил с собой послушника Марка. Шустрому парнишке всегда можно поручить сбегать за кем или чем-либо, а так же попросить последить не вызвав подозрения. И теперь четверо крепких братьев несли паланкин с сидящим в нем Констансом, а мальчик шел справа, украдкой поглядывая по сторонам: любопытно же, уж слишком необычным и красивым был город.

Сначала они посетили книжную лавку, где епископ пробыл около часа, затем лекаря – там застряли на полтора, потом к портному. Примерка длилась тоже не меньше двух часов. На самом деле епископ Констанс под видом совершено невинных дел встретился со своими осведомителями, для дальнейшего прояснения нынешнего политического положения в Sanctus Urbs. У него была большая и разветвленная сеть информаторов и доносчиков. И все: портной, продавец книг, лекарь были обязаны ему, и поэтому предоставляли для тайных встреч задние комнаты своих лавок и магазинчиков. Проследить с кем произойдет встреча, было практически невозможно. Каждый дом имел две двери: одна из них вела на главную улицу, откуда заходил епископ, другая в тесный проулок, отсюда приходил информатор.

Первая и самая короткая была с мелким клириком из ордена Святого Георга. Епископ со всеми удобствами расположился в личном кабинете торговца книг, потягивая из тонкостенной чашки новомодный напиток каффее, завезенный из-за моря в позапрошлом году. Его преосвященству нравилось пить его по утрам, так как казалось, что он дает бодрость и особую ясность мысли. Торговец, зная о подобной слабости, стремился угодить епископу, несмотря на безумную дороговизну продукта. Нередкие визиты столь высокопоставленного лица служили рекламой его лавке, и в свою очередь приносили ощутимый доход.

Клирик не замедлил явиться, едва Констанс выпил половину чашечки. Это была серая ничем непримечательная и невзрачная личность, в темно синей сутане положенной служителям ордена охраны Святого Престола. Невысокого роста мужчина с обыкновенным незапоминающимся лицом, подходящим для шпиона, поклонился епископу и опустился на предложенный стул.

– Рад нашей встречи, Гийом, надеюсь, ты получил повышение, и тебя назначили старшим ризничным, – первым начал разговор его преосвященство.

Он всегда выражал радость встречи с мелкими служителями и интересовался делами, создавая ощущение их собственной значимости, хоть на самом деле это было не так. Однако такой простой ход приносил немалую пользу: люди охотнее выбалтывали чужие тайны, причем за гораздо меньшие суммы. И не стремились найти нового покровителя, словно не замечая прицепленного к ним поводка.

– Я безмерно счастлив, ваше преосвященство, что моя скромная персона интересует вас на протяжении столь длительного времени, – голос был столь же сер и бесцветен, под стать внешности.

– Полно, полно Гийом, не будем… – махнул рукой епископ и достал из-за широкого пояса небольшой тихо звякнувший мешочек. Он аккуратно положил кошелек на край столика, на котором стоял поднос с недопитой чашкой и маленькими сахарными печеньицами. – Думается мне, что и эти скромные средства пойдут на благие дела.

– Благодарствую, – клирик склонил голову, но не прикоснулся к деньгам. – Мои знания не столь велики как в прошлый раз, но надеюсь, и они принесут вам хоть какую-то пользу. – Констанс молчал, ожидая, когда ризничий продолжит. – Две недели тому назад, на день покровителя Святого Георга Его Святейшество Папа Геласий IX лично присутствовали в соборе ордена, без dominus vocis. (dominus vocis (обладатель голоса) – титул доверенного лица Папы, заменяющего его при случае, его 'правая рука', решения которого равносильны решениям главы Единой Церкви; второй человек в церковной политике)

Констанс припомнил, что в последнее время все отчетливее слышались разговоры о размолвке между кардиналом Джованне – обладателем голоса и Папой, на почве решения о присоединении свободного княжества Приолонь к Лукерму.

При Папе Геласии VII за особые заслуги владение побережным районом Приолонь было передано князьям Бурфелидам. Свободолюбивые князья в отсутствие войны, а с Нурбаном мир длился уже на протяжении ста пятидесяти лет, откололись от Лукерма – государства одного из первых вошедшего в союз. Мощные крепости княжества являлись неприступным клином, о который разбивалась не одна военная компания империи. Его преосвященство кардинал Джованне противился возвращению княжества в прежние границы, видимо надеясь на предоставление личного протектората для этого района. Что ж, контроль над проливом Мирмиот – это весьма соблазнительный кусок.

Теперь в свете предполагаемых военных действий многое выглядело по-другому. Вопрос по объединению территорий, который прежде обсуждался ни шатко, ни валко, будет решен в два счета и далеко не в пользу амбициозного кардинала.

– Кардинал Джованне отбыл в Винет, как было озвучено, по приказу его святейшества, но поговаривают, папа очень гневались, узнав о его самовольном отъезде, – продолжал рассказывать Гийом. – Наш командор за последние четыре недели уже девять раз был приглашен в Паласт Святого Престола, а Его Святейшество Геласий трижды почтил своим присутствием праздничные службы в соборе. Это было на день святых апостолов Фалька и Мартина, день основания ордена и последний раз в день покровителя Святого Георга. И дважды на дни ордена он был без dominus vocis.

Клирик замолчал, ожидая замечаний или расспросов от епископа, но тот задумался о своем.

– Хорошо Гийом, если подобной важности сведения появятся у тебя еще, извещай меня о них немедленно, – после непродолжительного размышления выдал его преосвященство. – Скажи мне, тепло ли Его Святейшество приветствовал бейлифа Цемпа на последней службе? (Бейлиф – титул главы ордена Святого Георга)

– Довольно тепло, ваше преосвященство, – подтвердил ризничий. – Папа Геласий возложил руку на голову его высокопреосвященства, при целовании перстня. А командор Цемп приложился не только губами, но и лбом.

– Замечательно, – кивнул своим мыслям епископ. – Гийом все твои труды, что ты совершаешь, служат только благим делам и на пользу Церкви. Думается мне, что в дальнейшем, ты достигнешь значительных высот.

– Благодарю за столь лестную оценку, – с этими словами клирик встал, поклонился Констансу, и, взяв со столика кошелек, тихо вышел.

Старший ризничий ушел, а епископ продолжал сидеть в кабинете торговца. Прошло четверть часа, прежде чем хозяин заглянул в комнату. Он старался никогда не видеть, с кем встречается его преосвященство Констанс. Как говорится: меньше знаешь – крепче сон, да и у братьев Ответственных в чрезвычайном случае вопросов лишних не будет.