Чтение онлайн

Морган ступил за угол и пропал из глаз.

– Слышь, дорогой, – проникновенно сказал Баламут, не торопясь подвинулся к Саше и крепко, удобно взял его обеими руками за кашемир. – Если он сейчас обнаружит что-то... Группу слежения, охрану…

– Я понимаю, – Саша не двигался. – Это необходимо. Проверяйте.

Баламут некоторое время сверлил его глазами. Потом отпустил. Я напряженно ждал.

Морган появился очень быстро. Мрачный, обескураженный, злой. Он содрал с лица маску и приступил к нашему неожиданному сталкеру.

– Руки.

Стремительно он обхлопал Сашу по бокам. (Как он с такой скоростью что-то надеется найти?) Тот покорно подчинялся. Морган отступил от него на шаг и скривил губы. Смотрел он на Александра... нехорошо. Он умел так смотреть, что люди начинали немножко суетиться.

Но Саша не засуетился.

– Поверьте, – он взглянул на Баламута, – у меня не было ни малейшего желания с кем-то делиться своими догадками. Мало того, что в сумасшедшие запишут…

– Какими. Еще. Догадками, – раздельно и выразительно произнес Морган.

– Я же говорю, – терпеливо ответил Саша, переводя на него взгляд. Руки он по-прежнему держал на виду. – Я специалист по информации. Я... вижу, когда происходят нестыковки. Это видно. Как черная кошка пробегает. Вы же знаете, Денис Анатольевич, вы ведь тоже специалист.

– Я думал, что да, – сквозь зубы процедил Морган.

– Ну, а как можно было не обратить внимание на то, что произошло в Эктополе! Вот вы бы такое пропустили? Вижу, что нет. Там же просто оставалось... идти за белым кроликом! Правда, вместо «Матрица» вы говорите «Лабиринт», но…

– Это готовая клиника, – прокомментировал Морган, кривя губы, как Карл Урбан в роли Судьи Дредда. – Диагноз. Что думаете?

Рыжий секунду помедлил. И выдохнул.

– Да то же самое, что ты, – весело сказал он. – Ты ж нас не спрашивал бы, если бы не сомневался... И вообще, мы же всё равно хотели ему рассказать…

Саша улыбнулся и опустил руки.

– Так машину? – спросил он.

– Не, – Морган задумчиво покачал головой. – Тут придется ножками. Аптека? Ты тоже так думаешь?

– Белый кролик повторит то, что сказал в Эктополе, – сообщил я. – У белого кролика нет ощущения, что нора окажется так же широка для четверых, как была для троих.

– В Эктополе мы прошли впятером, – легкомысленно сказал Рыжий. – Мы, да плюс Машенька, да плюс ЧП. Да плюс две машины! Ты же принял «выпейменя». Почем тебе знать, может, ты уже можешь теперь кого угодно через Границу водить?

– В любом случае такая... пронырливость заслуживает награды, – с каким-то, кажется, уважением заметил Морган. – Как ты мой сигнал расшифровал, я не врубаюсь…

– Рассказать? – с готовностью предложил Саша.

– Потом, – отмахнулся Морган. – И поддержки у тебя нет... Не со спутника же нас ведут... Я верю, что Рыжий у нас дорого стоит, но все-таки не до такой степени.

– «Рыжий», – Саша улыбался. – «Аптека». Меня еще тогда удивили ваши... непосредственные прозвища.

– Если хочешь с нами тусоваться, привыкай, – говорит беспечно Баламут. Он совершенно отошел. Он страшно доволен таким удачным началом нашей экспедиции. – Подожди, мы еще и тебе придумаем.

– Ну что же, – Морган задумчиво побренчал чем-то в кармане. И взглянул на меня. – Пошли.

И мы пошли.

В обозримом горизонте гейта я не видел. Значит, действительно надо было не стоять на месте.

– «Белый кролик», аха? – Саша пристроился ко мне.

– Сразу видно профессионала, – я покосился на него. – Знаешь, к кому пристать.

Настроение у меня тоже улучшилось. Посторонний человек, да еще и такой толковый чувак, и он не просто узнал мой секрет – он еще и всерьез вознамерился выйти на свободу! В Лабиринте с нами давно не случалось ничего настолько приятного. Даже Морган заметно расслабился: шагал рядом, чуть не руки в карманы.

– Ну... так расскажите, – Саша был немного смущен. Видимо, ему было трудно перейти на такой простой тон.

– Что тебе рассказать, зайчик? – вмешался легкомысленный Баламут. – Вырастешь большой, всё узнаешь, а пока топай да помалкивай…

– Не слушай его, Саш, – вздохнув, сказал я. – Но.. это сложно рассказать. Это правда сложно. Вы же из детства ничего не помните, да? Совсем ничего?

– В смысле? При чем тут... Довольно много помню…

– Да не-е, – сказал Морган. – А вот как в волшебном лесу играл, помнишь? Ну, или... сооружал корабль из двух стульев и одеяла, и плыл, и это всё правда становилось кораблем с доброжелательными корабельщиками? А потом родители тебя окликали, и все пропадало?

Саша шел и молчал, и лицо у него было напряженное.

– Он решил, что ты над ним издеваешься, – сообщил я Моргану. – А у тебя самого так и было? Корабль из стульев? Я тебя никогда не спрашивал.

– Да, – Капитан вздохнул. – Всего-то раза два. И странные, странно изъясняющиеся люди. И какие же они были красивые!.. Но я очень быстро на них зациклился и перестал искать другие способы.

– Ну да, – я кивнул. – Фриланд такого не терпит. Он всегда разный.

– Но... что там? – жадно спросил Саша. – Там... ну, на что это похоже? Там лучше, чем здесь?

Баламут издал губами не совсем приличный звук.

– Там однозначно лучше, чем здесь! Там лучше... чем везде!

В его голосе я услышал несвойственный ему пыл. Он даже раскраснелся немного.

– Но как так получилось, что никто ничего не знает? – торопливо спросил Александр. Я невольно сравнил его торопливые жадные расспросы с тем, как мы сами расспрашиваем мастеров и целителей. – И почему вы скрываетесь?

– Пффф, – сказал Баламут.

– Да все всё знают, Саш, – с расстановкой сказал я. – Что, кто-то не знает, например, про рай и ад? Там не рай, – предупредил я его вопрос. – Там... лучше.

– It's better now, – пробормотал тот. Очень похоже на Рыжего, я даже улыбнулся.

– Просто проводников всегда было очень мало. А взять с собой мы могли... ну, практически никого не могли. Вот и приходилось всегда придумывать разные рассказы о том, как там всё устроено. Что-то люди и запоминали, даже надолго. Но толку-то от этого, если сам посмотреть не можешь? Вот лично я за всю жизнь мог провести только вот этих двоих. (Эктополь не в счет, – отмахнулся я от Баламута. – Там была скатерть). А уж сколько пытался!.. Потом бросил: несладко, знаешь ли, стать для всех родных и знакомых маньяком с навязчивой идеей. А в мягкой палате да под галоперидолом не очень-то ловко гейт искать, уж поверь. – Саша покосился на меня недоверчиво. – Проводнику вообще нельзя изменять сознание. Нам даже пить крепкое нельзя, да ты же и сам видел: я отказываюсь всегда. А потому что и без того иногда путаешься, на каком ты свете... Да; не знаю, почему эти двое решили, что мне удастся открыть вход для тебя. Ну, попытаемся, а что же. Вон с Морганом так и получилось. Был просто симпатичный чувак, почти незнакомый. Сидели пиво пили на детской площадке. Вдруг бац, смотрю – гейт, прямо по контуру качелей. Бац, смотрю – чувак его тоже видит!