Чтение онлайн

Тогда я сосредоточился на своем теле, начав медленную проверку с пальцев ног. Рваная рана на боку все еще ныла, но боль была тупой, фоновой, как от глубокого синяка.

Я провел по ней пальцами, осторожно надавливая. Кожа не разошлась, под ней чувствовалась плотная рубцовая ткань. Сломанное ребро больше не кололо при каждом вдохе. Оно срослось, оставив лишь глубокую ломоту в грудной клетке – как после самой тяжелой тренировки на пределе. Остальные раны тоже, хоть и не исцелились полностью, оказались на уровне, угрожающем лишь моему комфорту.

Попытался встать, и вдруг голод ударил по мне, словно тараном. Не пустота, не желание поесть – а настоящий спазм, сводящий живот в тугой, болезненный узел.

Горло сжалось, слюна наполнила рот. Каждая частичка тела, перестроенная с колоссальными затратами энергии и опустошенная, кричала, требуя топлива, сырья для восстановления. Все внутренние запасы были высосаны до дна: потрачены на прорыв, трансформацию, на исцеление.

Я сглотнул, стиснул зубы, чувствуя, как челюсти напряглись до предела. Желание немедленно найти еду, схватить и заглотить что угодно – сырое мясо, коренья, даже землю, – было почти неконтролируемым. Почти.

Сначала – безопасность. Потом – пища. Порядок не изменить.

Я медленно, плавно поднялся на ноги, на всякий случай стараясь не издавать ни звука. Мышцы отозвались непривычной легкостью, несмотря на общую слабость и дрожь в коленях.

Кости, наполненные новой силой Костей Духа, будто не весили ничего. Тем не менее, когда я сделал пробный шаг, ставя ногу с носка на всю стопу, контролируя каждый сантиметр движения, распределяя вес, пятка вошла в землю заметно глубже, чем я привык. Пусть по ощущениям я стал легче, фактически, наоборот, прибавил в весе. Причем не кило, а сразу с десяток.

Я выбрался из оврага, цепляясь пальцами за выступы корней и холодные камни. Лес ночью был другим миром, полным скрытых форм и неясных шорохов. Но мои глаза видели все. Ну или почти все: очертания деревьев против чуть менее темного неба, даже слабое движение воздуха в листве.

А духовное зрение… Я активировал его, не фокусируясь сильно, чтобы не тратить драгоценные силы. Раньше видел только то, что было полно Духа: Магов, Зверей, духовные травы. Сейчас же мир будто целиком окрасился в мягкие, размытые тона серого.

Живые растения, насекомые, мелкие зверьки – все теперь обладало собственной аурой Духа. И хотя большого смысла в таком изменении не было, так как чисто по ауре я не мог отличить жука от листика, тенденция была многообещающей.

Около часа я потратил на охоту. Поймал пару кроликов и лису (обычную, не Зверя), освежевал их голыми руками и съел сырыми, ощущая себя очень странно от того, насколько вкусной и даже сладкой дикий голод делал свежую кровь.

Впрочем, когда самый жгучий позыв был утолен, даже просто воспоминание об этой сладости начало вызывать небольшую тошноту. Так что перспективы становления сыроедом можно не опасаться.

Следующей остановкой было озеро. Немного поплутав по лесу, я все-таки вышел к до боли (в буквальном смысле) знакомому бурелому, оставшемуся после того, как лис гнался за мной через чащу. По этой «дороге» без труда добрался до окрестностей того самого озера.

Вдалеке пульсировали несколько сгустков человеческого Духа на уровне пиковых Вен и начальных и средних Сердец. Судя по расположению и неподвижности, это были дозоры, выставленные Топтыгиными, вероятно чтобы защитить и не дать по-тихому утащить туши убитых за время Рейда Зверей. Хотя их мясо особо не использовали, все остальное – шкуры, когти, клыки, кости, сухожилия и так далее, – было довольно ценным и шло на изготовление элитной одежды, оружия, инструментов и так далее.

Я двинулся к озеру, обходя дозорные посты, что оказалось не слишком сложно, ведь караулили не озеро. И через двадцать минут осторожного продвижения я оказался на опушке, за которой начиналось пустое пространство у воды. Спрятавшись за толстым шершавым стволом старой сосны, я изучал обстановку, замерев.

На противоположном берегу, метрах в трехстах друг от друга, горели три костра. Возле каждого сидело по двое-трое людей. Они несли вахту лениво, перебрасывались редкими, неразборчивыми словами, грели руки у огня.

Как я и думал, они охраняли трофеи – темные огромные груды, лежащие неподалеку от костров, вне круга света. Чтобы падальщики – как животные, так и человеческие – не растащили добычу до утра.

«Моя» сторона берега, та, с которой я к нему вышел и в прошлый раз, была пуста. Значит, можно попытаться добыть оставшиеся на дне водоросли.

Далеко не факт, что их не нашли сами Топтыгины. Но я был готов рискнуть и проверить. Особенно если учитывать, что, когда я убил лиса, время уже клонилось к вечеру; что Ренату после потери Камня будет не до травничества; что на ночь глядя в озеро никто не полезет и что никто, кроме меня, те водоросли не видел и не знал, что они там есть, ведь добытые мной три пучка смыло речным потоком.

Быстро, беззвучно скинул с себя рваную и жесткую от запекшейся крови одежду. Сейчас, по достижении Костей Духа, холод, пусть даже ночной и у воды, мне почти не мешал. Более того, когда я скользнул в черную неподвижную воду, тоже не ощутил особого дискомфорта. Даже при том, что она оказалась гораздо холоднее, чем днем.

Сделал неглубокий вдох и нырнул, двигаясь под поверхностью длинными гребками, работая всем телом. Вода была мутной, темной – в ночи даже мои глаза ничего не видели на расстоянии вытянутой руки. Но мне и не нужно было обычное зрение.

Я включил духовное видение на полную. Подводный мир вспыхнул призрачными красками. Ил на дне замерцал тусклым светом, мелкие рыбы проносились мимо сероватыми пятнышками, деревья с поверхности порождали слабое фоновое свечение.

Нужное место нашлось не сразу. К тому же я старался плыть медленно, а выныривать максимально тихо и осторожно, чтобы не привлекать к себе внимания всплесками. Но минут через двадцать я таки заметил впереди внизу то самое скопление водорослей, действительно нетронутое после дневной суматохи.

Я доплыл до него, опустившись на колени в мягкий ил. Передо мной росло около десятка кустов этих странных растений. Длинные, узкие листья, похожие на кожистые ремни, излучали ровный, насыщенный свет, видимый только внутреннему взору. В прошлый раз я срезал три. Теперь собирался забрать все.

Ухватился за основание одного куста – чуть выше того места, где листья расходились веером из корневища. Потянул на себя, пробуя вырвать. Растение поддалось не сразу, сопротивляясь, но мощь завершенной Плоти Духа оно игнорировать не могло. Раздался глухой хруст, и пучок листьев оказался у меня в руке.