Чтение онлайн

Тарли даже не дрогнул от оскорбления, которое она ему бросила. Он давно принял то, кем был, что делало его покорность и прибытие сюда более правдоподобным.

Зайанна приблизилась к нему, встретившись с ним взглядом, словно он мог выдать что-то, что помогло бы понять его мотивы. Может ли королевская особа быть настолько наивной?

Его выражение лица было таким бесчувственным. Бесстрашным. Учитывая его историю, она бы подумала, что он будет дрожать перед ними, отчаянно нуждаясь в союзничестве где-нибудь в рушащемся от войны мире после бегства со своего трона.

То, что она почувствовала от него при следующем вдохе, заставило ее глаза расшириться от узнавания, а его сузились на почти незаметную долю.

Вызов.

— Марвеллас хочет королевских особ — у нас есть одна. У него нет магии, и я сомневаюсь в его умении что-либо сделать с луком, окруженным врагами, если он задумал играть в шпиона. — Зайанна вынесла свой вердикт.

— Согласился бы ты Перейти в темного фэйри добровольно, маленький принц? — прощебетала Дакодас.

Впервые он показал какую-то неуверенность в том, что делает. Что на самом деле означает прибытие сюда.

— Это необходимо? — спросил Тарли, все еще наблюдая за Зайанной так же, как и она за ним.

Он знал, кто она?

— Это могущественный дар, который Марвеллас планирует даровать всем королевским особам, как только тараканы будут пойманы. Твое согласие сделает это менее болезненным, — сказала Дакодас.

Устав от него, Дух прошла мимо Зайанны, взяла руку Маверика и направилась обратно на помост. Внимание Зайанны отвлеклось от принца, чтобы проследить за ними. Она не осознавала, как сильно сжала кулаки, пока ее железные перчатки не прорвали кожу ладоней. Пока Дакодас снова садилась, она рассеянно провела рукой по предплечью Маверика, пока тот стоял рядом. Он не смотрел наверх. Лицо Маверика стало странно отстраненным, словно его больше не было в этом зале.

— Я хочу, чтобы ты присматривала за ним, — сказала Дакодас ей. — Допрашивай его любыми средствами, которые сочтешь нужными, чтобы убедиться в правдивости его слов.

— Если позволите, Маверик лучше подойдет для этой роли. — Она не знала, почему сказала это, но было слишком поздно останавливаться. Она хотела, чтобы он ушел из этой комнаты, подальше от Дакодас. Хотя не из-за своей ревности, и, возможно, она уловила в Маверике дискомфорт, которого не было.

Его острые черные глаза впились в нее. — Не говори, что ты стала мягкой, — поддразнил он.

Ее зубы стиснулись от унижения, но ее разум боролся с его мотивом.

— Конечно, нет. Просто у меня есть дела поважнее, а это работа для подчиненных.

— А чем еще ты надеешься заняться? — подтолкнула Дакодас. Вопрос был окрашен предупреждением. Ей не нравилось, когда ее указания передают или оспаривают.

— Я надеялась, что у вас может быть для меня что-то более важное. Охота на наследницу, возможно.

Дакодас откинула голову на высокий трон с arrogant smile. — Ты была довольно искусна в этом в прошлый раз, но, боюсь, это уже улажено.

Она становилась опасно нетерпеливой. Стоять здесь, словно она не лучше слуг замка, которых можно приказывать для мелкой работы. Зайанна была бойцом. Стратегом. Оружием. Она не могла больше выносить, что ее вешают в этих украденных залах как украшение. С магией или без, она стоила большего.

— Очень хорошо, — сказала она, обуздывая свой темперамент.

Схватив Тарли за руку, она толкнула его к боковой двери, обменявшись последним ненавидящим взглядом с Мавериком больше по привычке, чем по какой-либо другой причине.

Она не применяла больше силы, когда они шли по коридорам, и принц поспевал. Даже без ее молнии, несмотря на то, что он был выше ее на голову, она была уверена, что сможет быстро уложить его, если он что-нибудь попробует.

Зайанна отвела его вниз, в камеры, убедившись, что никто не следует за ними.

— Полагаю, настоящая кровать была несбыточной мечтой, когда я сдавался злодеям, — прокомментировал Тарли.

У принца было чувство юмора.

— Красивые слова сбежавшего принца не будут куплены так легко.

— Ты, должно быть, Зайанна.

Каким же он был глупцом.

Она не ответила. Только когда они спустились достаточно глубоко и она убедилась, что поблизости нет стражников. Зайанна открыла камеру, и Тарли вошел прямо внутрь, как послушная собака. В тот момент, когда он оказался внутри, Зайанна прижала его к стене.

— Выдавать, что знаешь, кто я, было не твоей первой ошибкой, — прошипела она на него. — Это было прибытие сюда, обернутое в запах целительницы Нериды.

Глаза Тарли расширились при ее упоминании. Он был защитником по отношению к ней, и разум Зайанны лихорадочно работал над этой информацией.

— Она упоминала тебя, — признал Тарли.

— В последний раз, когда я видела ее, она была с Фэйт. Полагаю, это не изменилось, а значит, твоя ложь в тронном зале была очень опасной.

— Нерида говорила о тебе доброжелательно. Могу я тебе доверять?

Она фыркнула, оттолкнувшись от него и отойдя на расстояние. — Ты был бы дураком, если бы принял мое слово за что-либо.

— В лучших обстоятельствах, да.

— Зачем ты сюда пришел? Шпионить для Фэйт? Тебя раскроют, прежде чем ты успеешь сказать ей что-нибудь.

— Я здесь не как шпион, и, честно говоря, неважно, что со мной случится.

— Благородно с твоей стороны.

Тарли пнул мертвую подстилку из соломы в углу. — Как долго будут длиться мои допросы, прежде чем я буду свободен?

Она поджала губы. Он был не таким, как она ожидала. — Это будет зависеть не от меня.

— Могло бы.

— Ты надеялся, что я буду твоей союзницей? Что бы ни говорила Нерида, ее сердце слишком мягко, чтобы видеть доброту там, где ее нет. — Зайанна не хотела заботиться, но все же поинтересовалась: — Где она сейчас?

— Не уверен. Возможно, направляется в Лейкларию. Или с Фэйт в поисках Рейлана.

Он слишком легко выдал ей эту информацию. Безрассудно. Это разозлило ее, хотя это было ей на руку.

— Уверена, они были бы в ярости, узнав, что доверились тебе, а ты бросил их и выложил их перемещения врагу, — прошипела она.

— Ты уверена… что они твой враг?

— Да, — резко ответила она. — Я чуть не убила Кайлира и убила бы отца Фэйт.

— Но ты не сделала этого.

Он затрагивал опасные нервы, которые сейчас пробудили бы ее молнию. Затем напоминание о ее замолчавшей магии сделало ее эмоции еще более уродливыми, и ее рука потянулась к ножу. Она не могла убить его; Духи, вероятно, убили бы *ее* за растрату одной из их драгоценных королевских особ.