Чтение онлайн

– Я бы очень хотела посмотреть, как ты поджигаешь, - вкрадчиво сказала Уна.
– У нас нет ничего такого, что можно сжечь?

– Вон тот ваш гном вроде неплохо горит...

– Нет-нет, - покачала головой Уна, бросив взгляд на Уизла. Наш друг Упокоенный не пытался подняться с тех пор, как Разумертвитель швырнул его на стену; я надеялся, что он просто бережет силы.
– Давай посмотрим, что есть еще, - продолжила Уна.
– Я уверена, ты не станешь трогать все эти механизмы... да и нас тоже... так что, похоже, у нас остается лишь эта бесполезная деревяшка.

Само собой она указывала на брус, запиравший дверь.

Фокс уставился на него с подозрением.

– Ну, я не знаю...

– Ты не уверен, что у тебя получится?

– Конечно, уверен!
– вскипел он.
– Но...

Он наморщил лоб, пытаясь сообразить, где подвох. Мне стало в чем-то жаль этого сумасшедшего старика. Его разум был необратимо расколот на части, разрушен в том аду, который ему довелось пережить. Когда-то, наверное, он был выдающимся человеком - в команде у матери Уны слабым было не место - но теперь перед нами стоял старый чудак, попавшийся на простую уловку, которая не обманула бы и ребенка.

– Не думаю, что ты способен его сжечь, - заключила Уна, не оставляя ему времени на раздумья.
– Похоже, весь твой огонь угас.

– Угас?!
– взревел он.
– Да мой огонь еще о-го-го!..

И, прорычав какие-то тайные слова, Фокс выпустил в брус огненный шар.

* * *

Стрельба огненными шарами напоминает запуск из катапульты слона: вы можете промахнуться по цели, но выстрел все равно закончится взрывом. В нашем случае взрывом задело внешнюю стену, и те, кто находился внутри, успели разглядеть его во всей разъяренной красе. Затем огонь прянул назад, в машинное отделение, омывая потоками пламени поршни, стержни и шестерни и нарушая их мерный ход.

Какими бы прочными не были механизмы, они не предназначались для работы в подобных условиях. Какой-то винтик соскочил со шпинделя; покосившийся шпиндель встал на пути маховика; маховик сорвался с крепления и пробил дыру в стенке парового котла. Вскоре пар, ударивший из пробоины, висел повсюду, образуя плотный горячий туман.

– Опа, - произнес Фокс и спрятался под пульт управления, за которым Иезекия отыскал посох Уны.

Самое время было уносить ноги; но, несмотря на устроенный фейерверк, Фоксов огненный шар не освободил нас от бруса. Внешне он, конечно, обуглился, но пламя не прожгло дерево до сердцевины. Кирипао решил силой вышибить дверь... и отлетел назад, повредив плечо. Быть может, если мы все сразу навалимся на нее, преграда, в конечном счете, не устоит. Но прежде, чем мы смогли попытаться, Уна махнула нам отойти в сторону.

– Нельзя терять времени, - крикнула она.
– Все назад.

Уна вскинула свой ледяной посох.

– Не делай этого!
– закричал я. Она не послушала.

За долю секунды до выстрела посох запылал, точно солнце. Одежда Уны моментально воспламенилась, но ее руки даже не дрогнули, когда она направила посох в сторону двери. Из него вылетел массивный ледяной таран, зашипевший в огне, что окружал тело Уны. Нас обдало горячими брызгами; пламя немного подтопило лед сверху, но в таране осталось достаточно массы, и он врезался в дверь с оглушительным грохотом.

Деревянный брус подался на каких-то два дюйма.

С криком вызова Уна выстрелила еще раз. Новая волна питаемого магией жара окружила посох, она была слишком сильной, чтобы тот сумел выдержать ее сразу за первой вспышкой. Посох испарился прямо в руках, пылая так ослепительно, что я не смог увидеть результат выстрела - мой взор застилало обжигающее сияние. Но я услышал удар и треск разлетевшегося в щепки дерева. Дверь распахнулась, впуская внутрь поток пара, рвущегося из разбитого котла.

Уна сделала шаг к двери и рухнула на колени. Пламя, рожденное белой пылью, взяло ужасную плату - ни одна из жертв, которых я видел в Суде, не была так жестоко обожжена. Ее одежда исчезла, кожа стала черна и похожа на уголь. Кирипао дернулся, чтобы помочь ей... но рука, за которую он схватился, словно веточка отломилась в запястье и превратилась в пепел.

– Идите, - промолвила Уна, ее голос был не громче шепота.
– Остановите Риви. Сохраните справедливость.

И она замертво упала на пол, рассыпаясь на части.

При виде гибели Уны Иезекия в ужасе закричал. Хотел бы я присоединиться к нему, да только были дела посрочнее, поэтому я вынул рапиру и устремился к двери.

Кирипао, разумеется, уже был снаружи... но не успел я достичь выхода, как он нырнул назад в комнату с криком:

– Ложитесь!

Мне хватило времени отскочить к стене, прежде чем за Кирипао ворвалось пламя от нового взрыва. Огненные языки потянулись внутрь, бросая на наши лица адские блики; к счастью, никто не оказался на их пути, и быстрый осмотр показал, что мы отделались лишь небольшими подпалинами.

– Фокс нас запер, - с досадой сказала Ясмин.

– Эй!
– прокричал я сумасшедшему старику.
– Риви велела тебе нас не жечь.

– А, ну да, - откликнулся он.
– Простите.

В следующий миг в комнату ворвался ураган белой пыли. Уизла, только-только попытавшегося подняться, опрокинуло навзничь и во второй раз впечатало в стену. Кирипао, задыхаясь от пыли, комком набившейся в горло, согнулся в безудержном кашле. Остальные, немного прокашлявшись, поспешили укрыться под пультами и столами.

Глянув сквозь прозрачную стену, я понял, откуда пришла эта новая напасть: Фокс открутил ручку мельницы до упора, нацелив ее в сторону двери. Поток бил в комнату под углом, но и этого было достаточно, чтобы половина всей пыли оказывалась внутри. Даже с избытком. Выход уже был частично завален белой горой, все быстрее растущей в размерах. За какие-то минуты мы все окажемся по горло в пыли. Чтобы спастись, нам надо сперва преодолеть этот мощный поток, а потом встретиться с огнем Фокса.

Я поглядел на Ясмин. Ее лоб и щеки были в пыли, приставшей к испарине.

– Надо прорываться, - прокричала она.
– Я понесу Уизла. За дверью разделимся.

Она понимала, что план безнадежен: не важно, как быстро мы разделимся, один большой огненный шар накроет всех разом. С другой стороны, я не хотел дожидаться, когда комната заполнится пылью. Даже если Фокс уймется раньше, чем мы задохнемся, оказавшись в ловушке, нам останется только ждать, когда придет Риви, чтобы вскрыть нам мозги.