Чтение онлайн

К счастью, реакция супруга была не хуже. Взревел огонь, сжигая враждебную магию. Кайл, которого я всё ещё не видела, но ощущала буквально всей кожей, рывком развернул меня к себе, пряча в надёжных объятиях.

Одновременно с этим прыгнул на невидимого “врага” Хранитель, но был остановлен на подлёте, увязнув в воздухе, как муха в варенье. А вокруг Мага Смерти взвились гудящие потоки воды, отделяя его от нас силовой решёткой. И даже Тьма, что вилась у его ног, не смогла проникнуть сквозь эту преграду.

“А мои Три-Кей стали сильнее!” — невольно подумала я, отметив, что ни один из моих мужей не потревожил защиту самого Мага Смерти, да и Снежок с Рантареном даже мысли не допустили, что в этом убежище мы не одни. Интересно, это наше Единение и связь с Хранителем так на супругов влияет? Или после моего исчезновения они распотрошили свои сокровищницы с редчайшими артефактами? А может, мы слишком расслабились, поглощённые препарированием давней тайны? Впрочем, сейчас не это главное.

Идиотов в этой комнате не было, и бой прекратился мгновенно, фактически так и не начавшись, потому что и Катар, и Рантарен сразу же поняли, кто нагрянул по наши души. И, не знаю, как им, а мне было нестерпимо стыдно, что мы посмели обсуждать тайком настолько важные вещи и болезненные тайны из их прошлого.

— Об этом мы поговорим позже, — уловив мои мысли, вкрадчиво и с некоторым предвкушением протянул Крис, а затем мы увидели его и остальных моих мужей воочию, будто кто-то сдёрнул невидимую вуаль, открывая их всех разом.

— Комбинированная магия, — коротко улыбнулся Крис, заметив мой восхищённо-непонимающий взгляд. — На что только не пойдёшь, выясняя, куда в очередной раз вляпалась любимая, но слишком непоседливая жена.

— Как вы сюда попали, не потревожив защиту? — мрачно спросил Тар и получил в ответ три не менее мрачных взгляда.

— Прошли вместе с вами. Неужели ты думал, что мы действительно не присматривали за домом, с которым у нас было связано столько воспоминаний? — холодно спросил Коул, а у меня вдруг мурашки пробежали по коже от этого леденящего душу тона. — А может, верил, что тебе удалось скрыть, кем ты стал? Так вот, мы знали. И даже догадывались, в какой момент ты переступил Грань, вернувшись Магом Смерти, и только поэтому тебя не трогали, Ран. И никогда, слышишь, никогда не винили в смерти брата и не влезали в твои дела. Видимо, зря. По крайней мере сегодня ты основательно упал в наших глазах.

— Ты сам хоть понимаешь, что едва не подставил Адарию под удар?! Чем ты думал, приводя её в подвал, где держал лича?! — прорычал Кайл.

— Я контролировал ситуацию! — огрызнулся Тар.

— Неужели? — ядовито процедил муж и вдруг ласково, даже слишком, сказал уже мне: — Милая, боюсь, дальше будет мужской разговор, не предназначенный для этих сладких ушек. Но не волнуйся, основное мы тебе расскажем.

Говоря это, он нежно обнял моё лицо ладонями и пристально посмотрел в глаза, сверкая багровыми радужками, а меня начало нестерпимо клонить в сон.

“Н-не надо!” — мысленно вскрикнула я, не веря, что меня усыпили, а затем сделала то единственное, что могла в этой ситуации — метнулась своим сознанием к сознанию Катара, который всё ещё висел в воздухе в состоянии стазиса.

“Ада, нет…” — словно сквозь толстый слой ваты прорычал он, но я была непреклонна, глядя уже его глазами, как супруг подхватывает моё обмякшее тело на руки и стремительно выносит из кухни, чтобы уложить в гостиной на низком диване.

— Прости, — тихо прошептал Кайл, невесомо коснувшись моих губ своими. — Это действительно не то, что тебе стоит видеть, родная.

А затем стремительно вернулся назад, прикрыв за собой дверь, и всё снова пришло в движение. Мы с Катаром в теле льва шлепнулись на пол, решётка рядом с Таром растаяла, а Крис с оттяжкой заехал ему в лицо, тут же уклоняясь от ответного удара. И, если бы могла, я бы раздражённо закатила глаза и порычала, потому что только мужики всё решают банальной дракой. Но я не могла. Поэтому просто стояла в сторонке, слившись сознанием с Хранителем, который даже не пытался разнять дерущихся магов, и мысленно вздыхала.

Снежок пару раз рыкнул, надеясь прекратить безобразие, но когда это кого останавливало? Уже через пару минут вся мебель на кухне превратилась в щепки, а воздух явственно искрил от едва сдерживаемой магии.

Катар попытался мягко меня спровадить, но я упёрлась рогами, не желая пропустить разговор, что неизбежно последует после драки. И льву оставалось только смириться и позволить смотреть на всё его глазами, как тогда, в "Далгоне". Вот только в этот раз я делала это без его согласия. Что поделать — таковы преимущества нашей связи. И слабости, к слову, тоже. Но я ведь не психую, когда он в моих мыслях шарится! По крайней мере, по-настоящему.

“Только попробуй меня вышвырнуть, — мысленно прошипела я Катару, легко прочитав его намерения, — и я превращу твою жизнь в кошмар! Обещаю!”.

Кто-кто, а Хранитель знал, что слов на ветер я не бросаю. Выругавшись, ещё раз попытался со мной договориться, но не преуспел, и теперь раздражённо рычал, дожидаясь, пока на него обратят внимание.

К слову, ждать, пока мужчины сбросят пар, чтобы перейти к главному — разговору, пришлось минут двадцать. Но и их я потратила с пользой, отмечая, как экономно и аккуратно наносят они удары. Всё же, несмотря на злые слова, навредить друг другу реально они не желали. И это вселяло надежду, что всё разрешится, если не лучшим образом, то хотя бы нормально.

В целом, я оказалась права. Немного справившись с гневом и выплеснув свою боль, обиду и разочарование, мои мужья и Тар смогли, наконец, мыслить рационально.

С помощью магии они быстро привели в относительно нормальное состояние мебель, которую до этого также дружно крушили, а затем устало расселись, кто куда, и замолчали. Взгляд Снежка скользил по помятым лицам, синякам и ссадинам, и я вдруг поняла, почему мне не позволили на это смотреть.

Острое чувство жалости, желания помочь и одновременно с ними — бессилия подавляли. Но я не имела права вмешиваться. Это — их разборки. Старые, но от этого не менее важные. И, наверное, мои мужчины знали меня даже лучше, чем я сама, потому что… Что-то мне подсказывало, что, находясь тут в своём теле, мудро промолчать и дать им во всём разобраться самим я бы не смогла. И не только из-за мужей, но и из-за моего льва.

Я не помнила, чтобы Хранитель хоть когда-нибудь был таким подавленным. Находясь в его теле и сознании, я прекрасно чувствовала ту неуверенность, что он испытал, когда взгляды братьев скрестились на нём. А ещё — тоску. Дикую, звериную, какую-то… неправильную. Такую, что хотелось выть и скулить от отчаяния. От жуткого чувства потери и странной обреченности.

Именно сейчас я, как никто другой, видела, что творилось в душе Катара. И мысленно рыдала, всеми силами стараясь скрыть свои эмоции от того, кто стал моей семьёй, опорой, поддержкой и лучшим другом гораздо раньше, чем его братья стали моими мужьями.