План: не влюбиться в герцога. Провален
Шрифт:
— Полностью согласна с Мариникой. Ваше величество, вы просто славитесь своими теплыми приемами. — поддержка пришла от Райаны. Она тоже не смогла промолчать. Теперь-то неловко себя почувствовали все.
— Приятно слышать, леди. — однако ж император не стал делать выпадов в нашу сторону. Вежливость — сила королей.
С этого момента ужин потек в обычном темпе. Все пробовали разные блюда. Разговоры велись со всех сторон стола. Я вела прекрасную беседу с Райаной и благородно игнорировала Дэймонда, который вдруг решил, что мне не хватает его болтовни.
Я решила удалиться с ужина пораньше, чтоб не идти ни с кем до своих покоев. Меня поселили в хозяйском крыле, как и Дэймонда с Райаной.
До комнаты меня проводил слуга. Здесь все работники были молчаливыми. Никто не шел на контакт. Раньше б меня это расстроило. Сейчас я и сама была рада помолчать.
Так я и дошла в тишине в пустую и холодную комнату. Может быть, здесь было и тепло, но мне пришлось укрыться двумя пледами, чтоб не чувствовать холодного страха, поселившегося в моей душе. Здесь была дырка. Поэтому сквозняки ходили сквозь меня. Как уж тут согреться?
Но с утра это чувство пропало. На место ему пришло осознание, что я спала в парилке. Я проснулась мокрой и потной. Одежда прилипла к телу. Ужасное состояние!
Чтоб хоть как-то поднять себе настроение, я набрала себе полную ванну и наполнила ее пеной. Утренняя рутина вернула меня в нормальное состояние. У меня даже появились силы на прогулку. В конце концов, в столице я первый раз, но так ничего кроме этого дворца и не видела.
Одевшись максимально спокойно, я вышла из комнаты. Я уже привыкла к помощи Дианы во всем, но я не хотела пускать нового человека в свою жизнь. Поэтому я отказалась от помощницы. В любом случае сил блистать не было.
Я уже подходила к входной двери, как услышала негромкое покашливание. Я обернулась и наткнулась на взгляд морозно-голубых глаз. Только сейчас я обратила внимание, что у императора такие глаза, они точно описывали его душу. По крайне мере, так ее видела я.
— Куда ты собралась, неугомонная русалочка? — в противовес своим грустным глазам спросил он.
— Не называйте меня так, Ваше величество. — я чувствовала, что мне позволено вести себя не очень учтиво с ним. Будто после всего, что он сделал мне, я имела на это моральное право. Тем более император был расположен ко мне. Я чувствовала власть над ним.
После сказанного, я молча развернулась и открыла дверь.
— Ханс, проследите за Ее светлостью. Пусть она чувствует себя в безопасности. — император отдал приказ и молча исчез.
Из тени вышел охранник, одетый в боевую одежду. Также при нем была шпага и пара ножей. Император точно знает, что значит, чувствовать себя в безопасности?
На самом деле, я не была против сопровождения. Город я не знала, могла потеряться. Да и в целом одной страшно. Поэтому я не стала спорить или возмущаться. Да и мужчина, молчаливо идущий в паре шагов от меня, не сильно привлекал мое внимание. Меня больше занимала столица.
Дворец императора находился прямо в центре города. Он был окружен улицами и домами. Так что дорога не заняла много времени.
Я прошлась по маленьким улочкам, наполненных особой атмосферой. Здесь жили зажиточные помещики. Но их дети, словно крестьяне, бегали по траве разутыми. Они играли в салки, не замечай пыхтевших от негодования нянечек. Детишки резвились и смеялись, отрекаясь от необходимости жить по статусу.
И до того эта картина была живой и радостной, что мне самой захотелось улыбаться. Я не отказала себе в таком маленьком желании.
На центральную улицу я выходила с улыбкой до ушей. Площадь встретила меня большим количеством людей. Все куда-то торопились. Кто-то в магазин, кто-то на работу, а кто-то просто гулял. Но никто не делал это медленно. Здесь будто было принято жить в постоянной скорости. Я же замедлила шаг.
Я прошлась вдоль тротуара, заглядывая во все витрины. Здесь были самые дорогие магазины и самые известные кондитерские. Говорят, императрица очень любит сладкое, поэтому каждый спешит завоевать королевские заказы десертов.
Индустрия сладостей была здесь развита больше чего-либо. Но и цены на все это были просто невыносимые. Мне не хватило б и на простую булочку! Конечно, я обладала безлимитной оплатой — именем короля. Но тратить его деньги не было в сфере моих интересов.
Я хотела осмотреть город. Что и делала.
Между двумя самыми известными булочными я заприметила аккуратное здание с нежной вывеской, которая гласит: «Дом Мод Райаны» неужели я увидела место, в котором творит моя подруга? Я так впечатлилась увиденным, что даже не решилась зайти внутрь. Ателье выглядело таким дорогим, что в своем скромном желтом платьице я почувствовала себя неуместно. Какой же у Райаны хороший вкус!
Я могла бы и дальше пялиться на это место, но случайно бросила взгляд на свое отражение на витрине. Прямо за мной стояла знакомая голубая русалка, которая привыкал посещать мои сны.
В испуге я повернулась, но наткнулась лишь на непонимающий взгляд Ханса. Куда же делась русалка?
Я пробежала глазами по площади. Блондинки запестрили с каждого угла. Ни в одной из них я не смогла отгадать свою знакомую. Хотя это было не сложно, ведь у нее был хвост!
Точно! Хвост! Значит, она не сможет передвигаться обычным способом. Надо искать ее там, где я увидела ее.
Я снова посмотрела на витрину. Русалка была там. Она указывала рукой на следующую витрину.
— Так ты мне покажешь путь? Через отражения? — шепотом спросила я. Отражение махнуло мне в ответ.
Видимо, теперь я должна идти к следующему отражению.
Через полчаса я насмотрелась на все витрины столицы! Здесь не было столько магазинов, сколько витрин от них! Но русалка все вела меня. Теперь она появлялась в лужах, в кувшинах с водой. Я видела ее в разных предметах: на подносе, на ложке. Она показывала мне путь различными способами.
С самого начала русалка показала мне, куда идти, чтоб запутать моего преследователя. Я плутала добрых десять минут, прежде чем он потерялся где-то в прохожих.
Дальше путь я продолжила одна. Пока не вышла в какой-то бедный район. Это была привычная атмосфера. Я не удивилась детям, играющим с топорами, не испугалась мужчин, бегущих за их женами с кулаками. Это была картинка моего детства.
Русалка вела меня дальше. Мы проигнорировали все дома, лежащие по обе стороны от дороги. В скором времени обстановка стала хуже. Исчезли собаки, истошно гавкающие и воющие от голода и жажды. Затем пропал дети, резво бегающие по улице. Потом не осталось и обычных людей, занятых своей каждодневной работой. Домов становилось все меньше, пока они не исчезли совсем.