План одинокой судьбы
Шрифт:
— Ты далеко? — осведомилась Элизабет.
Конечно, она переживала. Размолвки в команде, да еще и в такой опасной ситуации, могут привести к большим проблемам. И Игорь тоже это понимал. Потому и спешил уйти. Время всем поможет немного успокоиться. А он тем временем узнает, куда ведет кротовья нора и заодно проверит хижину на предмет очередных визитов разгневанных верующих. Заодно и вопрос с едой постарается решить.
— Мы с Ликой исследуем выход наружу. Может, поохотимся. Надеюсь, что к нашему возвращению вы немного одумаетесь. — Он сунул парализатор и планшет в руки девушки. — Помнишь, как пользоваться?
Она кивнула.
Кротовья нора несколько раз подходила к самой поверхности. В этих местах не только корни деревьев густой сеткой обрамляли свод, но и травяные корешки свисали бородами, умудряясь каким-то образом конденсировать влагу на своей поверхности. И повсюду была грибница. Толстые ее тяжи почти не попадались. Зато тонких нитевидных гифов было столько, что и свободного кусочка грунта не найти.
«А, ведь, и правда очень похоже на нервную систему», — подумал Игорь.
Он немного потерялся из-за частых извилин прохода. Не последнюю роль в этом сыграло и движение на четвереньках. И теперь гадал, как далеко от хижины окажется, если рискнет выбраться прямо здесь. Вдобавок корил себя за то, что не сверился предварительно по камерам. Даже в голову не пришло. Возвращаться же глупо, если можно увидеть все своими глазами.
Чтобы выбраться наружу пришлось воспользоваться ножом. Толщина земли была не больше десяти сантиметров. Но корни переплелись так, что образовали очень крепкий настил и пришлось много времени потратить на их кромсание. Лезть до конца норы не хотелось. Что-то подсказывало, что она заканчивается выгребной ямой.
В этот раз в хижине оказалось совсем пусто. Все вещи были выкинуты на улицу и поломаны или просто разбросаны по округе. Даже лежанку пытались сломать при помощи лавки, но она оказалась крепче.
Разнесенное жилье еще не означало, что преследователи смирились с неудачей. Кто-то мог остаться наблюдать и сейчас бежать со всех ног за подмогой, едва заприметив Игоря и Лику. А могли и ловушки заготовить вокруг хижины. Так что нужно было сохранять осторожность и внимательнее смотреть под ноги.
Но женщина посчитала, что опасности нет. Здесь в хижине, когда они опять остались наедине, она вновь разгорелась страстью и повисла на Игоре. Но он мягко отстранил ее от себя.
— Лика, не сейчас…
Если уж быть искренним, то и желания не было.
— Но почему? — она кивком указала на лежанку. — Никого нет. А мы вдвоем и оба этого хотим.
И снова начала целовать его губы, позволяя рукам вольности. Пришлось опять отстраняться и пояснять:
— Здесь небезопасно! Ты сама понимаешь, что наши преследователи могут появиться в любой момент. Что может быть беззащитнее, чем два человека, слившиеся в экстазе? Да нас на куски порвут.
— Но ты же хочешь?
Лика заискивающе заглянула в его глаза.
— Хочу, — соврал он. — Но не здесь. А где-нибудь, где поспокойнее.
— Я знаю отличное место, — улыбнулась она и потащила его в лес.
Вначале Игорь тихо недоумевал — почему согласился, если желания не было от слова «совсем»? Потом мысли перескочили на Ликину жажду секса, столь необычную в сложившихся обстоятельствах. Хотя когда-то приходилось читать, что вроде бы есть у женщин подобный механизм выживания, в случае если они считали мужчину своим единственным шансом и пытались максимально его к себе привязать. И только потом он сообразил, что они подходят к оврагу.
— Почему сюда?
Лика схватила его за руку и Игорь почувствовал, насколько сильно она дрожит. Очень непривычно. Но как же это льстило его мужской гордости! Нечасто женщины так тебя хотят!
— Я же говорила: овраг — самое лучшее место, чтобы спрятаться. Там нас с тобой никто не найдет. Никогда!
— Стоп!
Он остановился, чтобы собраться с мыслями. Потому что та шальная, которая только что пронеслась в голове, очень ему не понравилась. Лика тоже остановилась. Ее расширенные зрачки, часто вздымающаяся грудь и дрожащее тело начинали возбуждать даже без прикосновений.
— Идем же, — почти простонала она.
— Ответь мне вначале на два вопроса. — Игорь одновременно боялся и обидеть женщину и услышать ответы. — Во-первых, откуда ты знаешь про овраг?
Лика растерялась.
— Я… я просто его видела, когда гуляла.
— И только поэтому утверждаешь, что он самое безопасное место? Хорошо… Второе — где ты была вчера утром, когда мы с Витой вернулись домой?
— Я просто уходила погулять. Тогда же и увидела овраг. Почему тебя это удивляет?
Действительно. На первый взгляд, самые простые и вполне логичные объяснения. Но что-то смущало. Прогулочным шагом к оврагу идти больше двух часов. Столько же обратно. Разве будет человек с утра уходить настолько далеко от дома, если знает, что вот-вот вернутся те, кого он ждет? С другой стороны, допустим, что здесь что-то не так. С какой еще целью Лика может тянуть его к оврагу? Они с Витой уже там были и знают, что опасности, кроме галлюцинаций, объект никакой не несет. Вот только порванные и окровавленные вещи Кертиса они тоже нашли именно в овраге. Интересно, здесь есть какая-то связь?
Женщине удалось потянуть его дальше. Им оставалось уже меньше десяти метров, когда из-за дерева выступила Вита. Она опять была только в трусиках и майке, только не серых, а белых. И в этот раз была настроена совсем воинственно. Даже поза, будто у самбиста на ковре, говорила об этом. И куда только смотрит Элизабет?
Лика тоже стала в позу, откинув Игоря себе за спину. Обе не проронили ни слова.
В следующий момент они сцепились, как дикие кошки. Никогда еще за Игоря женщины так не дрались. Но хуже всего было то, что и остановить он их не мог. Первая и она же последняя попытка закончилась тем, что его отшвырнули в сторону, как котенка, полезшего в разборки взрослых котов. А потом и вовсе начались галлюцинации.
В пылу драки соперницы совсем потеряли человеческий облик. Теперь это были две гуманоидные твари — безволосые, безгубые и практически с белой кожей. Маленькие острые зубки, которыми они наносили друг другу жестокие увечья дополнялись не менее острыми когтями, рвущими куски из плоти соперницы. Груди у них не было совсем, но другие женские органы, обнажившиеся после того, как одежда была порвана в клочья, не оставляли сомнения в половой принадлежности. Интересно, не так ли была порвана и одежда Кертиса?
Бой длился уже около пяти минут. Но ни одна из тварей не собиралась сдаваться, хотя у обеих обнажились кости и ребра. Несмотря на такие раны, крови было очень мало. Густая, бордового цвета, она не стекала, а больше размазывалась по остаткам лоскутов одежды и белой коже.
Наконец, одной удалось сильно вспороть живот соперницы и на землю выпали скудные внутренние органы, словно ссохшиеся за долгий период. И только кишечник выглядел рабочим, хоть и был намного короче человеческого.
Тварь упала, заелозила руками-ногами по земле, быстро теряя силы. Вторая же быстро развернулась к Игорю. На ее шее болталась горловина знакомой водолазки. Безгубый рот растянулся в улыбке и провел по острым зубкам коротким острым язычком.