Планета Эстей
Шрифт:
– Ну что, новый клоун, теперь покатаемся? – Бип отложил в сторону деинсталлированный и-страп Мальчиша и ласково погладил по её освобождённой пиздёнке.
– Покатаемся… – охотно согласилась Мальчиш. – А как?
– На велосипеде! – засмеялся Чип. – Иди, покажу…
Он сел в своё кресло-качалку и расправил шёлк на разноцветных штанах. Откуда ни возьмись, из распаха мягкой ширинки выпрыгнул вертикально эрегированный член. Мальчиш подошла к нему и залезла в кресло, прижимаясь к сильному телу Чипа и налезая створками влагалища на дыбящийся хуй. «Нет, Мальчиш, повернись, так Бип не войдёт!», Чип коснулся накрашенными тонкими губами ушка Мальчиша. Не совсем понимая, Мальчиш развернулась к нему спинкой и вновь попыталась надеться писькой на член. «Нет… чуть ниже… попкой… вот так… Садись…», Чип подвинул немного её за бёдра и коснулся головкой члена дырочки в попе. Мальчиш с лёгким недоумением привстала и обернулась на его торчащий ствол.
– Ну и куда же тут садиться? – она искренне не понимала. – Сам посмотри, Чип – он же толстый какой! Не войдёт!
– Почему? – посмотрел ей в распах ног заинтересовавшийся Бип.
– Почему-почему! Потому что дырочка у меня маленькая, а у него головка, как у меня кулачок в детстве! – попыталась доходчиво объяснить Мальчиш и сокрушённо вздохнула: – Нет, такой не войдёт! Сильно большой…
– Мальчиш, девочка нежная, не горячись! – Чип пристально рассматривал свой хуй, держа в кулаке. – Был бы у меня большой, так я был бы не клоуном, а директором!
– У директора, кстати, не такой уж большой! – сообщила ему, обернувшись, Мальчиш.
– Что – входил в попу тебе? – спросил Бип, поглаживая коленки Мальчиша.
– Один раз только… – немного смутилась Мальчиш.
– Тогда войдёт! – уверенно произнёс Чип.
Мальчиш взглянула на Бипа – тот подтверждающе покивал головой: «Проверено! Пробуем?». Мальчиш нерешительно вновь коснулась попкою члена, сильно растягивая булочки в стороны. «Погоди… крем-эластик… даже больно не будет!..», возился под её раскрытою попкой Чип, смазывая напряжённый член и узкое колечко, «Всё… давай… только осторожно… потихоньку присаживайся…». Мальчиш почувствовала, как сильно тянется её маленькое колечко, насаживаясь на медленно входящий член. Наконец, головка его скользнула внутрь и дальше попка уже более спокойно пошла по всей длине одинаковой толщины. Когда ягодицы Мальчиша коснулась мягкого шёлка в паху Чипа, она уже не боялась ничего, но от схлынувшего напряжения не могла и шевельнутся на раздувающей её попку палке. Бип осторожно вставлял в раскрытую и ставшую, по ощущениям Мальчиша, такой узенькой пизду.
Прошло около минуты, пока Бип возился и умащивался в её влагалище. Чип потянулся к приборному выключателю, и пространство вокруг наполнила столь ласковая и покачивающе-прекрасная музыка, что Мальчишу чуть не захотелось уснуть ненадолго прямо в объятиях своих любовников.
Все втроём замерли на мгновение. Под растворяющиеся в воздухе звуки проливающейся нежным трепетом эйфории Бип стал потихоньку раскачивать исполненное чувств кресло. Ощущения смешались, стали медленно, очень медленно нарастать, и Мальчишу стало казаться, что она сама, подобно парящей тихой музыке, зарождается где-то внизу, между этих тёплых, сильных тел, и взлетает всё выше, выше и выше…
Музыка ещё висела, затихая понемногу, в комнате-гримёрной, а Мальчиш никак не могла восстановить в памяти пространственно-временные координаты: кто она… где она… куда и когда… Из писи её под влажный «чпок!» выскочил сдувающийся хуй Бипа, с трудом отрывающегося от раскачивающегося кресла… В попе ещё было немного тесно, и Мальчиш повторила «чпок!», сделав попытку подняться на подкашивающиеся ножки… Член Чипа выскочил из её попы, и печально улыбающийся арлекин еле успел подхватить Мальчиша за талию и привлечь к себе, не давая упасть… Мальчиш подняла блаженно улыбающуюся мордочку и зажмурилась: всё вокруг было словно подёрнуто нестерпимо сияющим дрожащим туманом. Такого улёта с ней не было ещё никогда!
…– Когда расставят силовые тяги для гимнастов, подтащишь это бревно и скроешься максимально быстро! – Бип как всегда немножко нервничал, выглядывая из-за кулис, но старался улыбаться, оборачиваясь к стоявшей рядом Мальчишу. – Языки обрадованной детворе не крутить и попусту не кувыркаться! Лады?
– Как же я его подтащу? – Мальчиш с сомнением смотрела на бревно в добрых три её роста. – Ты что, Бип?
– Оно лёгкое… из синти-пены… почти воздушное… – услышала Мальчиш у себя над ухом тёплое дыхание и обернулась.
– Ох-ты! Лошадка говорящая! – Мальчиш радостно и от неожиданности невежливо тыкала пальцем в стоящую рядом полосатую зебру.
– Это не лошадка, Мальчиш! Это биосапиенс Сима! – оглянулся и не сдержал смеха Бип. – Про генную биоинженерику слышала?
– Слышала, конечно… – Мальчиш извинительно чуть сжала плечики и потянулась обеими ладошками к круглым яблокам щёк зебры Симы. – Но я не знала же, что у вас… На арене всегда все молчат… И сейчас, и когда я была маленькая… Вы простите меня?
Изящно-полосатая Сима потянулась в ответ к ней мордой-лицом и пощекотала большими мягкими губами щёку. Мальчиш прижалась к тёплой морде всей грудкой и услышала: «Приходите сегодня ко мне!.. Хорошо?..».
…Гала-представление кипело в самом разгаре, Бип и Чип мотались, как оглашенные, еле успевая менять маски-образы между цирковыми номерами, а Мальчишу в этот раз было поручено контролировать поведение всей био-сапиенс группы, поскольку их старший лаборант Пауль был в экстренной командировке. Вместе с младшим лаборантом, дочкой Пауля Дашенькой, Мальчиш всё представление напоминала развязно ведущим себя сотрудникам о необходимости очередного выхода на сцену. Лев Трофим курил в туалете больше разрешённого, пользуясь отсутствием прямого начальства; крокодил Денчи подсматривал за переодевающимися девочками-украшениями; медведица Белка рассказывала оленёнку Олеше, какая попочка у недавно вошедшей в состав группы антилопы Гну; тигра Тимура было не вытащить из сети, в которую он постил прямую трансляцию изображения виляющей перед ним голой попы зебры Симы. Мальчиш с Дашенькой выуживали необходимых им по ходу действия персонажей и держали перед кулисами по десять минут, чтобы они не запропастились невесть куда, как у них это было заведено.
– Ну, милая… нежная моя… лошадушка… ну давай!.. – Мальчиш обвивалась обеими руками вокруг шеи смущённо уклоняющейся зебры Симы. – Смотри, это подарок… тебе!
В руках Мальчиша появился гигантских размеров царь-страп, который она специально выбирала в секс-маркете для Симы и примеряла потом полчаса, любуясь своим ошалелым изображением в зеркале.
– Симачка, нравится? – Мальчиш водила концом страпона по лицу своей шалеющей “лошадки”. – Чувствуешь мой запах?
– Глупышка, Мальчиш… Я твой запах чувствую, когда ты ещё только в цирк входишь!.. У меня же чутьё с коэффициентом три и семь относительно вашего… – зебра дёрнула левым ушком с крохотной серьгой и шевельнула полосатой задницей.
– Сейчас всё это будет в тебе… – шепнула Мальчиш в дрожащее мохнатое ушко Симы.
– Мальчиш!.. С ума сошла!.. Девочка моя!.. – зебра Сима топотала копытцами и отворачивала морду от ластящихся поцелуев Мальчиша. – Мне семь минут осталось до выхода!.. Не успеем!.. Вон, кольца уже понесли!..
– У тебя серёжка на ушке полыхает уже! – увещевала Мальчиш, спешно инсталлируя чудо-страпон под свой животик. – Тебя ебать надо уже полчаса, а ты брыкаешься! Я быстро! Успеем… Выгни попку!
Зебра Сима покорно прогнулась в спине и чуть присела на поджарые задние ножки. Пися её под напряжённо оттопыренным хвостиком прираздвинулась, и Мальчиш уверенно взялась за полосатые упругие ляжки. И-страп только входил в податливо-тесное лоно, а директор уже вмешался, показавшись с той стороны кулис: «Заканчивайте здесь! Сима, готова?». «Готова-готова…», вместо замирающей уже в неге кайфа Симы пробормотала с трудом двигающая попкой Мальчиш, «Сейчас, отъебу мою крошку, и будет готова! Уууф-х… и задница же у тебя, моя прелесть!!!». Зебра Сима покачала в ответ своими игривыми бёдрами, и Мальчиша не на шутку разобрало. Изо всех сил принялась она вгонять скользящий всё легче страпон в сжимающуюся и разжимающуюся вульву зебры-подружки. Сима пыхтела, как мустанг, в две ноздри и всё ниже склоняла головушку… Из-за кулис пробежали отработавшие Бип и Чип: «Сима, твой выход! Мальчиш, прекрати! Не затягивайте!». Где-то там раздавался голос объявлявшего номер Симы директора-конферансье… А Мальчиш вколачивала, как прикованная, в мягко-неготочащее влагалище, и зебра Сима изо всех сил сдерживала ржание охватывающего её оргазма, уткнувшись губами в подставленные ладоши Дашеньки… В зале над ареной повисла напряжённая тишина и послышались медленно приближающиеся к кулисам шаги утомлённого уже поведением своих подчинённых директора… Мальчиш пустила первую ошеломительную струю в недра зебры-лошадки и стремительно выдернула пульсирующий член из туго схлопнувшегося лона, отводя его в сторону, чтобы не забрызгать нарядно-полосатую задницу… Сима широко распахнула рот, прикрыла глаза и задрожала присаживающейся всё сильнее попкой… «Ййй-о-хо-хо!!!», вырвалось из её широко раскрытого ротика весёлое приветственное ржание, и не открывая глаза, зебра Сима подпрыгнула и поскакала на восторженно приветствующую её арену…
Когда Мальчиша пригласили на свой день рожденья братья-близнецы из труппы гимнастов, она поначалу отказывалась, ссылаясь на то, что у неё нет подарка, настроения и на то, что, вообще, у неё сейчас месячные. На самом деле у неё всё, кроме месячных, было, и она просто хотела устроить сюрприз, заявившись в самый разгар намечающегося празднования. Но братья-близнецы сказали, что главный подарок для них – она сама, а настроение они ей создадут, какое она захочет. О понятии “месячные” из всей гимнастической пятёрки представление имел только Техо, по эрудированности превосходивший, наверное, Геллу. Но Техо промолчал, лишь ухмыльнувшись, хоть в душе и был удивлён наличием таких познаний у Мальчиша. И Мальчиш решила обойтись без сюрпризов.