Чтение онлайн

Нина и Костя переглядываются.

— Ребята, я в полном порядке, ладно? Давайте просто выпьем и поговорим о какой-нибудь другой ерунде.

— Ну, наконец-то, я смогла уговорить тебя выпить. — Нина криво улыбается, поднимая бокал.

— На здоровье, — рычит Костя, поднимая свою.

— На здоровье, — бормочу я. Мы выпиваем. Мне тут же хочется еще десяток, чтобы заглушить вспышки ее лица в голове.

Мой телефон гудит, когда я тянусь за пивом. Костя достает свой телефон и смотрит на него.

— Чёрт. Это Лев.

Я достаю свой и смотрю на то же самое сообщение, которое только что получил от брата.

Экстренное совещание. Офис в центре города. Сейчас.

— Вот и все, что нужно для выпивки, — бормочет Нина.

— Ты, блядь, шутишь.

Лицо Кости мрачное. Но мой брат качает головой. — Хотел бы я, но я только что это подтвердил.

Еще один наш банковский дом подвергся нападению час назад. Но на этот раз они попытались это скрыть. Это не было налетом. Это было сделано тайно. За исключением того, что Лев усилил безопасность во всех наших местах отмывания денег после последнего нападения. Они вошли и вышли, прежде чем наши ребята успели добраться туда. Но, как и в прошлый раз, шесть месяцев назад, Волковы оставили свои липкие отпечатки пальцев по всей работе.

Они снова попытались взломать наши серверы и оставить на них шпионское ПО. И снова Лев просто сделал обратный взлом, чтобы показать, кто именно за этим стоит.

— Они не могут быть настолько тупыми.

— Нет, — рычит Виктор, стоя во главе стола. — Они не могут. Или не должны. В этом-то и проблема. Юрий Волков не такой уж и тупой. А это значит, что, либо в их рядах есть разногласия, либо... — он стискивает челюсти. — Или, что более вероятно, это перемирие было способом усыпить нашу бдительность.

Он тяжело вздыхает и барабанит пальцами по старому деревянному столу для совещаний. — В любом случае, теперь это только в одну сторону. Перемирие закончилось. Теперь нам нужно подумать об ответном ударе. Лев? Покажи им, чего мы добились, взломав шпионское ПО.

Мой брат с любопытством смотрит на меня, а затем встает. Он обходит стол и кладет руку мне на плечо. Он наклоняется.

— Эй, почему бы тебе не пойти прогуляться, мужик? Выпей кофе или что-нибудь еще.

Я хмурюсь и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. — Что?

— Если ты увидишь Starbucks, я бы взял...

— Какого хрена я должен идти гулять прямо...

— Лев. — Виктор вздыхает и складывает руки на груди. — Просто скажи ему. Он все равно скоро узнает.

У меня щелкает челюсть. Я снова смотрю на брата. — Что я еще узнаю? — рычу я.

Лев делает глубокий вдох, хлопает меня по плечу и садится во главе стола.

— Наш крот в цепочке командования Волкова молчал несколько месяцев. Но сегодня вечером я связался с контактом после этого дерьма и получил... — он хмурится. — Ну, это что-то большое. — Его глаза метнулись к моим и стали жестче, прежде чем он снова посмотрел на остальную часть комнаты.

— Семья Волковых переходит к каким-то очень, очень серьезным операциям по отмыванию денег. Я говорю о серьезном денежном потоке. Не может быть, чтобы это касалось только их. Вероятно, они работают по контракту с Картелем, может быть, с Триадой или Якудза тоже.

Я все еще пытаюсь понять, какого черта Лев не хочет, чтобы я это услышал, когда он сбрасывает бомбу.

— Для этого они используют подставные компании по производству фильмов, базирующиеся в Лос-Анджелесе. — Он смотрит на меня. — Подставные компании по производству фильмов.

Моя рука сжимается в кулак на столе. Не остается незамеченным, что Костя, Нина и Виктор смотрят в мою сторону.

Фильмы — это как строительные материалы. Вы можете сделать половину статей расходов в смете "неуказанные консультационные гонорары" и зарыть в них столько денег, сколько захотите. И именно этим они и занимаются. Волковы официально в кинобизнесе. И они смогут продолжать делать это беспрепятственно столько, сколько им, черт возьми, захочется.

— Ты хочешь сказать, что Юрий Волков — это тайный Мартин Скорсезе4?

Лев ухмыляется Нине. — Нет. Фильмы не могут быть полным дерьмом, иначе возникнут подозрения, что продюсерская компания продолжит получать финансирование. — Он поворачивается к экрану проектора на стене.

— Это три "продюсера" этой новой "компании". — Лев что-то нажимает на своем телефоне, и на экране стены появляется большое фото. Я тихо рычу. Это Вадик Рыков — новый заместитель Юрия, человек, которого я не узнаю, и... мои глаза сужаются. И Дэниел, мать его, Крю.

На фото они втроем смеются в стрип-клубе. Они танцуют на коленях, делают снимки. Затем идут другие фотографии, где они сняты через окна зала заседаний — пожимают руки и подписывают контракты вместе.

— Ты знаешь парня с золотой цепью. Это Вадик Рыков. Мужчина с усами — Джим Гролш, голливудский агент, известный тем, что представляет... — Взгляд Льва на четверть секунды метнулся ко мне. — Белль Бардо, — тихо проворчал он. — И последний парень, которого мы все, очевидно, знаем — поп-звезда, придурок, экстраординарный Дэниел Крю.

— А скажите мне, — Константин, один из наших новейших авторитетов, барабанит пальцами по большому столу для совещаний и хмурится. — Как, черт возьми, эти три клоуна могут выпускать успешные фильмы? Даже умеренно успешные, чтобы поддерживать аферу?

Лев поджимает губы. — Они… эээ...

— Потому что у них есть Белль Бардо, — ворчу я, уставившись на свою руку на столе. — Потому что люди увидят самую большую звезду Голливуда практически в чем угодно, и она в курсе всего этого.

Константин, Нина, Костя и еще несколько авторитетов бормочут между собой. Но мой брат странно молчит. Когда я смотрю на него, приподняв бровь, Виктор вздыхает.

— Скажи ему, — бормочет он.

Лев хмурится и поднимает на меня взгляд. — Есть вероятность — и это вероятность, Нико, что она не обязательно — в теме.

Я стискиваю зубы. — Она снимается в этих чертовых фильмах, Лев, я думаю, это делает ее...

— Не по своей воле.

Мое сердце замирает на целых три секунды. Лев поворачивается и нажимает на новую картинку на экране стены. Когда я вижу ее лицо, у меня перехватывает дыхание. Черт возьми. Прошло полгода, и только вид этой девушки выворачивает меня наизнанку.

Но затем мой взгляд падает туда, где Дэниел крепко сжимает ее руку. Очень крепко. Когда я замечаю синяки размером с большой палец в другом месте на ее руке, рычание вырывается из моего горла.