Чтение онлайн

– Только если вы сможете меня убедить, что настолько хороши. В противном случае - сумма будет той же.

Он стоял, обдумывая ее слова, когда между ними, неожиданно, появился какой-то сухонький старичок, который обратился к Ильте своим скрипучим голосом:

– Простите... Вы не купите у меня эти ордена?

Ильта непонимающе посмотрела на старичка, в трясущейся руке которого была зажата какая-то поблескивающая вещица.

– Я много не прошу.

Наемник неожиданно снял свой шлем и повернулся к старичку.

– Отец... Твоя "Золотая Звезда"?

– Моя. В сорок четвертом получил... и остальные тоже.

– А что же продаешь?

Старичок посмотрел на него, и тихо сказал:

Пенсия не пойми какая. На квартплату хватает, а вот на продукты считай, что и не остается. Все вещи потихоньку продавал... А вот сейчас и их очередь пришла.

Наемник расстегнул куртку, вытащил из-за пазухи стопку стодолларовых купюр, пересчитал их, и, взяв у старика Звезду Героя, внимательно ее рассмотрел.

– Бумаги на нее все есть, милок... Вот... Грамота Президиума Верховного Совета СССР...

Старик полез доставать какие-то бумаги, но наемник сунул ему в руку деньги, и аккуратно прикрепил Звезду ему на левую сторону груди.

– Не унижайся, отец. Считай, что это тебе за то, как ты ее заслужил. Это, конечно, не окупит, но жить сможешь достойно. А сейчас, прости, отец, но мне с этой девушкой поговорить надо... Дай бог тебе еще долгих лет.

Он подошел к Ильте, взял ее за локоть и отвел от старика, по щекам которого текли слезы.

– Я не поняла, ты наемник или филантроп? Отдать вот так десять тысяч долларов...

Он развернул ее к себе лицом, и его глубоко посаженные, темно-карие глаза впились в нее.

– Ты не русская?

– Нет.

– Тогда понятно.

– Что? Я не понимаю, почему ты так просто отдал ему деньги.

– Этот человек был Героем, защищавшим эту страну. За те годы пока шла война, в ней погибло несколько миллионов. Поверь, так просто такую "звезду" не давали. Ее вообще дали чуть больше чем одиннадцати тысячам воинов, причем из них - трем тысячам - посмертно. А теперь, та страна, которую они защищали, вынуждает этих людей продавать свои награды, чтобы кусок хлеба был...

Ильта не знала что сказать. Небольшой экскурс в историю страны, в которой она находилась, вверг ее в легкий шок, одновременно с тем, как в такой же шок ее ввело отношение к подобным людям, которых в ее мире носили бы на руках и спокойно бы содержали в достойных их подвигов условиях до конца жизни.

– Извини, - сказала она - я просто ничего об этом не знала. Знала бы - я бы ему сама твой аванс бы отдала.

Он внимательно вгляделся в ее лицо, кивнул, и сказал:

– Сработаемся. Но если хочешь узнать, за что ты вдвое больше сумму выложишь - что ж... Я продемонстрирую. Вечером. Куда за тобой заехать?

Она назвала ему адрес Лениной квартиры, и он повернулся, чтобы уйти.

– Постой... Как мне тебя звать-то?

– Зови Алекс. Так короче, и недалеко от истины.

– Ильта. Так тоже короче, чем полным именем.

Кивнув в ответ, он надел шлем и направился к стоящему неподалеку спорт-байку.

Тем же вечером, Ильта ожидала появления Алекса около подъезда. Свободная одежда, которая была на ней, предполагалась для того, чтобы проверить физические возможности своего потенциального напарника.

Визит в еще одно казино города, завершившийся чуть более часа назад, снабдил ее необходимой суммой с двукратным превышением, чтобы она могла и расплатиться по его "тарифу", и остались бы средства на приобретение снаряжения.

К ее удивлению, Алекс подъехал на совершенно ином мотоцикле, чем тот, с которым он был на дневной встрече.

– Сколько их у тебя?
– поинтересовалась она вместо приветствия.

– Восемь. Коллекцию собираю. Скоро еще "Индейца" в идеальном состоянии прикуплю. Знаешь такую машинку?

– Извини, я от этой темы далека. Куда мы?

– Садись сзади.

Он протянул ей шлем, висящий до того на руле, подождал, пока она его оденет и устроится позади него, и с места, оставляя след жженой резины на асфальте, понесся в приближающуюся ночь.

Когда, спустя час, они добрались до места, которое оказалось лесным массивом, он высадил ее у обочины, и сказал:

– У тебя есть час, чтобы спрятаться где угодно. Если ты увидишь или услышишь хоть звук от меня - я беру твое изначальное предложение. Если нет - то столько, сколько я запросил.

– А не боишься? Я ведь тоже наемница и тоже профессионал.

В ответ он лишь посмотрел на нее с легкой усмешкой.

– Прячься.

Возможно, Ильта и не усела многих вещей в своей жизни, таких, например, как приготовить сносный ужин, но в лесу девушка чувствовала себя как в родной стихии. Впрочем, с учетом того, что основным ее даром была именно магия жизни, которую также называли и растительной магией, это было даже не удивительно.

Ночной лес дышал, и Ильта, беззвучно пробираясь по нему, чувствовала это. Он все еще был цельным живым организмом, несмотря на ту боль, которую ему причиняли отравленные людьми воды, воздух и раны, в виде вырубок. Он все еще содержал в себе то, что можно было бы считать "душой леса".

Прикоснувшись к одному из старых деревьев, Ильта мысленно пообещала лесу, что подпитает его силы, но чуть позже, когда ее игры с этим самоуверенным наемником закончатся.

Спустя час она уже практически полностью слилась с этим лесом, разве что, не ощущая себя одним из деревьев, и ее присутствие в нем могли обнаружить Высшие Маги да магистры все того же направления магии жизни.

В подобных прятках Ильта придерживалась всегда только одного мнения, выработанного еще тогда, когда она только начинала ходить на задания в паре с Громом - если ты знаешь, что в чем-то превосходишь противника - используй это на все сто процентов. Именно поэтому она раскинула по лесу нежное и незаметное плетение, которое должно было предупредить ее о приближении любого живого существа, размерами больше кошки. Легкая модификации плетения давала возможность еще и точно вычислить вектор приближения, поэтому она просто ждала, пока наемник обнаружит себя.

За следующий час она успела заскучать, но быстро привела себя в состояние повышенной внимательности, поскольку вспомнила, как несколько лет назад она точно также расслабилась, и ее руку пришлось приделывать обратно к телу.

Время тянулось бесконечно долго до тех пор, пока она, внезапно, не ощутила рядом с собой присутствие человека вторгающегося в индивидуальное пространство, и, прежде чем она сумела отреагировать, была упакована в мешок, а в бок ей толкнулось что-то напоминающее ствол оружия.