Чтение онлайн

Дальняя кабинка оказалась свободной, и я с удовольствием её заняла.

Струи воды то согревали, то охлаждали — всё по моему желанию и благодаря вентилю смесителю. Вот так бы и в жизни — то вправо, то влево и всё хорошо. Может и не так здорово, но легче без сомнения.

Боль в голове немного поутихла. Звуки и гудения заглушились шумом воды. Она успокаивала. Возвращаться в реальность не хотелось. Но всю жизнь в душе не просидишь.

Струи воды слажено ударили в лицо, разглаживая последние отпечатки тревоги. Жизнь продолжается. Никто не умер. Я оделась и побрела назад в комнату. На пару секунд задержалась при входе, а потом решительно толкнула дверь.

В комнате никого не оказалось. Тоже неплохой вариант. Даже хороший. Мне не хотелось продолжать выяснять отношения. Постель приветливо поманила в объятия. Я не сопротивлялась — заснула, едва коснулась головой подушки.

Серо-бурое пространство казалось пустым, абсолютно непривлекательным и мрачным. Я брела по нему, задаваясь предельно ясным вопросом: «Что я здесь делаю?» За плечом раздался отрывистый вздох. У меня кожа от ужаса покрылась пупырышками.

— Офелия? — осторожно позвала.

— Да, дитя.

— Ёшкин кот и всё с ним вместе взятое. Ты меня до зубного скрежета перепугала! Странное место ты выбрала для общения со мной.

— Странное, да. Только это твоя реальность, а не мой выбор.

— Не понимаю. А где привычные волны? И, если уж честно, я никого не хотела видеть, — с вызовом посмотрела на родственницу. — Я просто отдохнуть собиралась.

— Возможно, да. Возможно, нет.

— Объяснись, — я нахмурилась. — У меня дико голова болит, а потому давай обойдемся без загадок. Мне нужно отдохнуть. Хотя, если тебе нечего мне сказать, и ты не против, то я…

— И давно у тебя голова болит?

— Нет. Это что-то значит?

— Может, да. Может, нет.

Я скрипнула зубами:

— А конкретнее можно?

Офелия все еще сохраняла местами видимую плотность, а потому ее вздернутая вверх бровь позволила оценить мимику её благородного лица. Однозначно, даже смерть не испортила красоту принцессы Священных.

— Голоса слышишь?

— Гул. Шумы.

— Думаю, скоро начнешь различать слова.

— То есть?

— То есть твой ментальный канал стремительно приобретает функции яснослышания. Слишком быстро идет расширение. Давно голова болит?

— С сегодняшнего дня.

Офелия нахмурилась:

— Твоя энергетическая змейка резко развернула кольца и поднялась до упора. Это тяжело и опасно.

— Насчет тяжело — не спорю. А на счет всего остального…

— В течении нескольких дней в тебе проснется вся стихийная магия. И это кроме боли в голове. Так что будь осторожна на практических занятиях. Иначе твои «неудачи» по бытовой магии покажутся милыми шалостями.

— А откуда тебе известно, что происходит на занятиях? — поинтересовалась с вызовом.

— Я рядом почти всегда.

— Почти? Удивительно. Странно, что я тебя не видела, хоть и должна бы. Хоть краем глаза.

— Это необязательно, учитывая количество лишних глаз и ушей. И да, иногда я отвлекалась на поиски одной особы. Но ты это знаешь.

— Да уж, кого-то там искала.

— Не кого-то, а виновницу наших с тобой проблем.

— То, что произошло с тобой, было слишком давно. Меня, как говориться, даже в проекте еще не намечалось. Так что это только ваши с кем-то там проблемы. А у меня их нет. Больше нет. Разве что головная боль, но я полагаю, она тоже пройдет.

— Тем не менее, это так. И в твоей, и моей беде виновата одна и таже особа.

— Утешение так себе, — переплела руки на груди и угрюмо уставилась на родственницу. — Не находишь? И в моём случае свою… особу я видела в лицо. И снова ее искать не собираюсь.

Офелия горько рассмеялась:

— Это не её лицо. Не её лицо, Зира. Потому и трудно её найти среди многих лиц. Ты видела лишь одну из ее масок. Можно сказать, самую безобидную.

— Ну я бы так не сказала, — послышался насмешливый голос, и возле нас с Офелией проявилась та самая леди, что дала мне шарф. Та самая, что была с Эристелом. Довольная и насмешливая, она нагло осматривала наш с Офелией тандем.

— Ты!!! — обвинительный окрик пра-пра, и я едва не лишилась ушных перепонок.

— Я, — ядовитая улыбка украсила красивое лицо.

— Как ты здесь оказалась? — Офелия шипела от бешенства. Обычно спокойная родственница ярилась, как загнанный зверь. Она стремительно покрылась чешуёй и готова была атаковать.

— Ах, оставьте, принцесса, — осадила незнакомка и насмешливо склонила голову. — Ты так настойчиво гонялась за мной, что я решила удовлетворить твоё экстравагантное желание. Благодаря твоему следу, я и нашла эту тропинку. Ты слишком была обеспокоена происходящим, вот и расплата за неосторожность. Искала ты, а нашла я. — Леди легко увернулась от хлесткого удара змеиного хвоста. — Какая несдержанность, милая.

Дама продолжала глумиться, не скрываясь. И мне все это надоело.

— То, что вы стремились мне показать, я увидела. Теперь извольте исчезнуть из моего сна и забыть сюда дорогу.

— Не тебе мне показывать на дверь, наговское отродье.

— Не сметь! Если здесь кто и отродье, то это ты! — оскалилась пра-пра.

— Я то лишь по материнской линии имею этот недостаток, — незнакомка вдруг стала насмешливо-спокойной. — Но, видно, ты забыла, кто мой отец, Офелия. И кто я сама.

Легкая воздушность слетела с прекрасной леди. Тон дамы перешел в угрожающий. Перед нами стояло безжалостное хищное создание.

— За свои слова, Офелия, придется расплачиваться. И знаешь, твоё скудоумие и непочтительность никак не изменились за столь длительное время, так что влачить тебе на земных просторах бренное несуществование и мучиться своей проблемой вечно. Таково моё решение.

— Это не в твоём праве решение, тварь. Ты не посмеешь!

— Уже посмела. И раз ты такая настойчивая, то прихвати с собой и свою наследницу.

— Ты не смеешь менять судьбы!

— Зачем менять, раз можно немного подправить — там стежок, сям стежок — и всё само изменится.

— Прочь с дороги, распутная девка! Твои угрозы лишь обманчивые слова. Ты ничего не можешь, кроме как мутить души.

Дама вдруг улыбнулась:

— Принцесса, чистая кровь, ты никогда не думала, почему ты здесь?

— Так это ты виновница произошедшего? — Офелия гневно замерцала.

— Нет, что ты. Я лишь исправила твою ошибку, неблагодарная. Ты шла в Бездну, наплевав на тех, кто шел за тобой следом.

— Я смогла бы все исправить.

— Ты шла в Бездну! И ты ничего не могла исправить. Ибо поставила свое эго превыше всего. Ты даже не смогла снизойти, переступить через свою гордыню, чтобы хоть одним глазком заглянуть в душу любящего тебя мужчину. Дать ему оправдаться. Ты поверила своим глазам, но не душе. Но я открою истину для твоих уже мертвых глаз, храмовница, твои беды из-за слепой веры богу, возжелавшего тебя. Но ты и этого не поняла. И кто ты после этого, читающая души?