Чтение онлайн

— Кто-нибудь, уведите ее, — крикнула та в ответ. — Не видите, бедняжка больна!

— Она не больна, — радостно проорала Тринни. — Лиззи Джордан напилась!

Да, я напилась. Я была так пьяна, что, когда меня привезли в отель, я вломилась в стенной шкаф, перепутав его с туалетом. Хорошо еще, вовремя опомнилась.

Но, к сожалению, я все же выпила недостаточно для того, чтобы потерять дар речи. Желание говорить, еще более нелепое и горькое, чем на свадьбе Мэри, овладело мной, и я совершила поступок, который ни одна пьяная девушка не может простить себе наутро.

Я позвонила ему. Я сняла трубку и позвонила Ричарду. Даже то, что мне придется оплатить звонок (а позвонить из гостиницы стоило в три раза дороже, чем с обычного телефона), не остановило меня.

После третьего гудка включился автоответчик. Не то чтобы я ждала чего-то другого. Я знала, что Ричард тщательно отслеживает номера на случай, если позвоню я.

Но я не ожидала услышать на автоответчике новый текст.

Больше никаких «мы с Лиззи не можем подойти к телефону» с моим хихиканьем на заднем плане (он несколько раз перезаписывал это, пытаясь сам не рассмеяться). Теперь автоответчик сухо информировал:

— Здравствуйте, это Ричард. Меня в данный момент нет дома, но вы можете перезвонить мне на мобильный телефон — ноль семь семь…

Я положила трубку.

Он поменял сообщение. Он стер моё имя. Теперь все знают, что я там больше не живу. Что меня там больше нет.

Я набрала номер еще раз.

— Здравствуйте, это Ричард…

Я положила трубку.

А у него веселый голос, да? Веселый и игривый. Сексуальный голос свободного, счастливого мужчины, который ждет, что ему позвонит сексуальная свободная женщина, которой он захочет назначить свидание и оставит сообщение.

— О боже, — выдохнула я.

Я снова набрала номер.

— Здравствуйте, это Ричард. Меня в данный момент нет дома…

Что это за смех? Кто там смеется? Я отчетливо услышала чье-то хихиканье.

Кто был рядом с ним, когда он стирал мой голос и записывал эти новые слова с подтекстом: я теперь один, я свободен!

Я позвонила еще раз. Мне надо было выяснить, кто там смеется, потому что я была уверена, что смеялись надо мной.

Три гудка.

— Здравствуйте, это… — Щелчок. — Лиззи, это ты?

На этот раз трубку снял настоящий Ричард.

— Да, — пискнула я.

— Вот черт, — вздохнул он. — И это ты звонила сейчас три раза подряд и вешала трубку?

— Я.

— Сейчас час ночи. Не поздновато ли для слез? Ты что, пьяна?

— Немножко, — призналась я.

— Немножко? Да я в жизни не слышал, чтобы ты говорила таким голосом. Ради бога, Лиззи, ложись спать.

— Я не могу, Ричард. Я больше не могу спать. Я все время просыпаюсь и вспоминаю о тебе. Мне грустно и одиноко.

— Знаю, — сказал он. — Я получил твое письмо.

— Ну и что? — спросила я с надеждой. — Теперь ты понимаешь меня?

— Зря ты его отправила, вот что я думаю. Я только убедился в том, что был прав.

— В чем прав?

— В том, что не хочу больше быть с тобой. Не заставляй меня чувствовать себя виноватым, Лиззи. Между нами все кончено. Точка.

— Но я не могу без тебя! — взмолилась я.

— Разумеется, — сказал он спокойно, — не можешь же ты научиться справляться без меня за неделю.

— Я никогда не смогу жить без тебя! — заплакала я.

— Лиззи, тебе правда лучше лечь поспать, — ответил Ричард. — И мне тоже. Мне завтра рано вставать, я хочу закончить картину. Так что сейчас я кладу трубку.

— Я снова позвоню, — предупредила я.

— Я выключу телефон.

— Я возьму такси, приеду и буду барабанить в дверь, и буду сидеть на пороге, если ты не откроешь.

— Из Оксфорда приедешь сюда на такси? — хмыкнул он.

— Запросто! Мэри одолжит мне денег.

— Не надо, — сказал он тихо.

— Приеду, — пообещала я. — Обязательно приеду, если ты сейчас же не пообещаешь, что мы встретимся.

— Хорошо, хорошо. Давай встретимся, — сдался Ричард. — Только не сегодня.

— Когда?

— Не знаю. На днях.

Ну, гад!

— Когда?

— Ладно, давай в субботу. Ты сможешь приехать в Лондон?

— Конечно смогу. Ричард, спасибо, спасибо тебе! Ты не пожалеешь. До встречи.

Но он уже повесил трубку.

Я как раз собиралась перезвонить, чтобы уточнить, во сколько мы встречаемся, как вдруг кто-то позвонил мне.

Это была Мэри.

— Что ж, по крайней мере ты жива, — начала она.

— Мэри, прости, прости, прости-и-и-и-и! — заплакала я.

— Да ладно, ничего.

— Но я так напилась на твоей свадьбе, наговорила таких гадостей. Бедная твоя мама… Я была полной дурой.

— Лиззи, мне плевать, что ты напилась. Можно подумать, кто-то был трезвым. Но я хочу быть уверена, что ты не натворишь других глупостей, пока меня не будет. Я хочу спокойно провести медовый месяц.

— Я не покончу с собой, — заверила я подругу.

— Я имею в виду кое-что похуже. С кем ты говорила по телефону, когда я звонила тебе минуту назад? Надеюсь, не с этим подонком?

— Нет, с мамой, — соврала я.

— Хорошо. Послушай, просто забудь все, что случилось сегодня. Я хочу, чтобы ты знала — мне было хорошо, несмотря ни на что, и я уверена, что, когда мы будем справлять серебряную свадьбу в 2025 году, мы посмотрим сегодняшнюю видеозапись и все дружно посмеемся над твоей речью.

— Вы посмеетесь, — буркнула я.

— И ты тоже. Послушай, позавтракай завтра с Брайаном и Анжеликой. Брайан сказал, ты избегаешь его.

— Не избегаю. Просто не хочу вторгаться на чужую территорию.

— Нельзя прожить жизнь, не встречая счастливые пары, Лиззи. Позавтракай с ними. Анжелика неплохой человек.

— Знаю, — недовольно согласилась я. — Позавтракаю, если проснусь вовремя.

— Вот и умница.

— Мэри?

— Да, Лиз?

— А кто поймал букет?

— Я бы бросила его тебе, — сказала она, — если бы не боялась, что ты попытаешься любой ценой поймать букет, подпрыгнешь, упадешь и сломаешь шею.