Чтение онлайн

Выходит, он не с Терры, а с одной из магических колоний? Но по-орденски говорил безупречно, как на родном…

Однако Мишка на всякий случай отдал распоряжение проверить.

И получил очень тревожные результаты!

Оказывается, этот рыжий лис уже чуть ли не неделю крутился в центре столицы, причем, что характерно, в районе его, Мишкиного, дома и здания правительства! Никаких особых расспросов не делал, фотографического оборудования в руках у него тоже не заметили. Но сама тенденция настораживала.

И самое настораживающее, что после той гонки на буерах он как сквозь землю провалился. Как в воздухе растаял! Как не было!

Правда, уже потом, когда его приметы по радио передали (телевидения в столице пока не было), явился с информацией владелец небольшой гостиницы. Оказывается, это у него парень жил и столовался всю неделю. Никого к себе не водил, ел в общем зале, шутки рассказывал, душа компании просто. Утром в день гонки расплатился, забрал вещи и сказал, что закончил все дела в столице и уезжает.

Кстати, в журнале постояльцев тоже расписался просто как Лис. Хозяин документов не спросил: на Биполярке это было пока не принято.

М-да. То есть что, планировал покушение на Мишку прямо во время гонки, но что-то пошло не так? Или… отравил его чем-то долгоиграющим?

Но как он так рассчитал, что спасателей не хватит и Саня именно в привычный бар явится, подмогу вербовать? То ли он аналитик высочайшего класса… да нет, не бывает таких аналитиков, слишком велика доля случайности! Значит, были у него подручные, которые помогли эту случайность организовать!

Михаила проверили лучшие маги-целители, анализы он сдал все, какие мог — и ничего не нашли! Тип на него никак не повлиял, точно не отравил. А гиас наложить и не мог: Михаил ведь не был магом. Но на всякий случай на наличие гиасов его тоже проверили — мало ли. По нулям.

Такое ощущение, что парень возник ниоткуда, потрепался с завсегдатаями баров, работницами прачечных и продавщицами лавок в центре столицы, помог Михаилу выиграть гонку и исчез в никуда.

Жене Михаил об этих эволюциях не рассказывал, чтобы зря не тревожить. Ничего ведь толком не было. Поэтому она очень удивилась, когда он вдруг подскочил среди ночи и с руганью сел на кровати.

— Миша? Что случилось? — Виктория тоже тревожно села.

— Сукин сын! Двуличный! Трехличный уже! Мля, как это у него получилось вообще?!

— Миш, ты что? Три часа ночи!

— Извини, извини! — Михаил понял, что не может лежать, вскочил. — Я просто понял, мать! Это он! Больше некому!

— Я чаю заварю свежего, — вздохнула Виктория, обреченно выбираясь из кровати. — А потом ты мне все расскажешь.

Он и рассказал. Подробно, структурированно, как привык. Виктория поймала его мысль налету.

— И вот потому, что он со всеми болтал, его никто не засек, не сфотографировал, не подумал спросить имя или документы, допустил до участия в спасательном отряде…

— И потому, что он помог мне выиграть! — воскликнул Михаил.

— Да, и поэтому ты думаешь, что это был Аркадий?

— А кто же еще!

— Но… дорогой. Ты сам сказал. Рыжий… но это ладно. Маленького роста?

— Если бы не это, я бы раньше догадался, — хмуро сказал Михаил. — А сейчас, в полусне, подумал. Квантовый перенос был — был? Я не поверил особо, но вдруг. А ноги ему таки отрезали. Может, там чего-то переформатировалось у него…

— Бред какой-то! — Виктория передернула плечами. — Он что же, коротконогий был? Как лилипут?

— Да нет, нормальный…

— Ну ты и представляешь, сколько там надо форматировать?

— В том-то и дело, что представляю! Но какая альтернатива? Что этот хмырь демонам бошки заморочил, ангелам глаза отвел и с того света сбежал? На этот? Чисто чтобы мне помочь на «Первопроходце» трассу пройти?

Виктория грустно покачала головой.

— Или это все-таки не он.

— Это был он, — сказал Михаил с поразившей его самого уверенностью. В груди почему-то заныло.

Виктория помолчала.

— Тогда пиши Кириллу, — сказала она наконец.

— Что?

— Урагановы прекратили искать, — со вздохом сказала Виктория. — Где-то год назад Помнишь, ты мне сам говорил? Программу не свернули, но переориентировали. Мы еще с тобой обсуждали, что они что-то нашли. Либо следы Весёловых, либо какой-то ресурс, полезный в нынешнем противостоянии. Ты сказал, что второе, потому что за десять лет Аркадий бы уж как-то проявил себя, будь он жив.

Михаил кивнул.

— Вот он и проявил, — заключила Виктория.

— Да не-ет… — протянул Михаил.

Виктория ничего не сказала.

Между супругами повисло молчание.

— И что, вот просто так сдаться? — сквозь зубы проговорил Бастрыкин. — Поступиться гордостью? Я же знаю, что он скажет! У тебя, мол, допуска нет теперь, хочешь обратно — присягни мне в верности, ступай опять на госслужбу! Дело тебе найдем!

— Не ему, а Вальтрену, — спокойно поправила Виктория.

— Один бес!

Они снова замолчали.

— Или можешь не писать, — мягко сказала Виктория. — Просто скажи себе: друг с того света приходил, утешить. Такое тоже бывает. Или признай, что тебе почудилось.

Снова молчание.

— Пойду в кабинет, посижу, — сказал наконец Бастрыкин.

И пошел. И сидел, таращился на чистый лист бумаги, лежащий на столе, и ручку рядом. Письма теперь ходили или так, или на флешках, электронные, но их все равно передавали лично в руки: иной связи через Междумирье не было, а загружать в местную куцую сеть что ни попадя он же сам и запретил. Точнее, помог протолкнуть нужную инициативу. Чтобы если какой дебил выпустит хитрый вирус — хоть можно было поднять концы.

Что же там, на Старой Терре, делается без него? И в Ордене? Совсем обнаглели, а?

Мишка, дождавшийся наконец друга, требовал написать. Михаил Николаевич лелеял собственные планы.

Так они и ждали рассвета, думая.