Чтение онлайн

— Я защищал тебя, — пробормотал Майло, опершись на колено. — Я не мог себя контролировать, когда увидел, что они с тобой сделали. — Он наклонился, чтобы коснуться моего лица, и я наклонилась вперед, чтобы позволить ему это, но сирена во мне дернула меня назад, когда его пальцы коснулись моей кожи.

«Не позволяй ему прикасаться к тебе».

Я потрясла головой, пытаясь избавиться от неприятного ощущения, которое так быстро овладело мной.

— Прости, — пробормотала я, — Голос в голове хочет, чтобы я тебя ненавидела. Я не знаю почему.

— У меня есть свои теории, — сказал Майло, — но я приберегу их до тех пор, пока ты не придешь в себя.

— Но как я могу? Я здесь уже давно и до сих пор не знаю, как измениться. Что мне делать, утопиться? — Я в отчаянии ударила руками по воде, но слова привлекли мое внимание. — Подожди… Может быть, именно это. В последний раз я менялась, когда потеряла сознание… я больше не могла дышать, я набрала в грудь воды и… и утонула.

Майло наклонился вперед.

— Ммм. Это не похоже на приятное превращение.

— Это не так. Но в этом есть смысл, — сказала я, хорошенько подумав. — Океан правит нами. И, как сказала Корделия, он сильнее всего на свете. Поэтому я не могу просто находиться в воде. Я должна подчиниться ему.

— Ты собираешься утопиться? — Майло приподнял бровь.

— Не пытайся остановить меня, — потребовала я. Прежде чем он успел ответить, я нырнула под воду, и биолюминесцентные искры осветили подводный мир вокруг меня, и я поплыла на дно лагуны. Там было не очень глубоко. Может быть, футов на десять (3 м) или около того, но я выдохнула, позволяя себе опуститься на дно. Ил всколыхнулся и погасил сияние, которое успокаивало меня, оставив в темноте, за исключением поверхности над головой. Я была в ужасе, но моя сирена наслаждалась каждым мгновением.

Я слышала приглушенный звук, с которым Майло выкрикивал мое имя. С каждым ударом моего сердца мне не хватало воздуха. Но сирена Катрина удерживала меня. Я должна была позволить ей контролировать меня. Все это, только ради этого момента. Когда мое сознание померкло, я почти смогла представить, как мой призрак держит меня под водой, прижимая к каменисто-песчаному дну этого голубого пруда. И когда легкие почувствовали, что вот-вот разорвутся, я не смогла подавить инстинктивное желание открыть рот и отчаянно глотнуть соленой воды. Легкие наполнились водой, адски жгло, и, конечно же, сердце остановилось, прежде чем расплывчатое дно лагуны стало еще темнее. Пусто.

А потом я открыла глаза, и все вокруг меня засияло кристально чистым светом, будто я смотрела сквозь отполированный бриллиант. Пузырьки от водопада вдалеке разбивались о поверхность, создавая бурлящий поток ярко светящихся пузырьков. И я каким-то образом… дышала… способом, который не имел физического смысла. Но вот я оказалась здесь, на глубине нескольких метров под водой, и дышала так, словно стояла на суше.

Когда пряди волос упали с моего лица, мое внимание привлекло мерцание внизу. Я посмотрела вниз. А чуть ниже талии, переходя в бедра, кожа переходила в воздушную чешую, которая переливалась серебристо-голубым, как платье, в котором я была на приеме, только еще красивее и, конечно, еще более сюрреалистично. Мои плавники расходились веером у основания, как дикие лепестки, распускающиеся весной, прозрачные и нежные. И когда я пошевелила мышцами, которые должны были быть моими бедрами и нижней частью живота, хвост дернулся, с силой рассекая воду и с легкостью поднимая меня вверх. Я повторила движение, покачивая талией и бедрами, как на волнах, и поплыла вверх, пока, наконец, не вынырнула на поверхность воды.

Меня охватило облегчение, когда я окунулась в прохладный ночной воздух, пропитанный самым освежающим ощущением, которое я испытывала за всю свою жизнь. Будто я переродилась. И будто я, наконец, снова смогла ясно мыслить. Туман в голове рассеялся, а вместе с ним и коварная сирена, шепчущая у меня на плече. Я снова была самой собой.

Я обернулась и увидела Майло, который с беспокойством наблюдал за мной, словно готовый броситься следом.

— Почему бы тебе не зайти и не смыть кровь? — Я улыбнулась и подняла хвост так, что два нижних хвостовых плавника показались из воды, с них стекали серебристые светящиеся капельки.

Когда Майло ничего не сказал в ответ, я поняла, насколько он был очарован. Он поднялся на ноги, не сводя с меня взгляда, и медленно снял свои кожаные ботинки. Я так же пристально наблюдала за ним, когда он расстегнул свою многослойную тунику и позволил штанам упасть на землю. Без колебаний он осторожно ступил в воду, и при каждом шаге по воде расходилась рябь.

Мой пристальный взгляд блуждал по его телу, восхищаясь его суровым совершенством сверху донизу. Его размерами, осанкой, движениями. В лунном свете вены, пронизывающие его мышцы, сияли, словно тонкие акценты татуировок на загорелой коже. И то, как он смотрел на меня, даже сквозь пятна крови на лице, заставило меня почувствовать, что в тот момент никого больше не существовало.

— Ты снова стала собой, — сказал он, еще глубже погружаясь в воду. Я знала, что у него, должно быть, мороз по коже, но он даже не вздрогнул.

— Ирония судьбы, не так ли? — Я рассмеялась. — Но откуда ты можешь знать?

— Потому что у тебя больше нет того выражения глаз, от которого мне кажется, что ты хочешь разорвать меня на части.

— Прости. — Я взмахнула хвостом и скользнула к нему. — Если бы я могла все вернуть, я бы это сделала.

— Знаю. — Он протянул руку и дотронулся до меня, нежно ощупывая ту сторону моего лица, где был порез. — Но я всегда видел тебя настоящую.

Я поджала губы.

— Итак, какова твоя теория?

— О чем именно?

— О том, почему моя сторона сирены хочет, чтобы я оттолкнула тебя.

— Сначала скажи мне… ты любишь меня?

— Больше, чем ты думаешь, — прошептала я. — Я бы все для тебя сделала.

Майло взял меня за руки, и мы оказались лицом к лицу, так что наши тела едва возвышались над водой.

— И вот почему твоя сторона сирены ненавидит меня. Потому что любить кого-то — по-настоящему любить кого-то — значит быть самоотверженным и заботиться о ком-то, кроме себя. А это противоречит самой природе сирены. — Он помолчал и большим пальцем убрал мокрую прядь моих волос, прилипшую ко лбу. — Так вот откуда я все это время знал, что настоящая Катрина, должно быть, действительно любит меня.

— Я действительно люблю тебя. Всего. Даже шрамы и другие скрытые части тела, которые ты прячешь в тени, — сказала я, удерживая его взгляд. — Я действительно люблю тебя. И я больше не боюсь этого. Я больше не боюсь нуждаться в тебе. — Я обернула кончик своего хвоста вокруг его лодыжек. Он подпрыгнул, а затем опустил руку в воду, чтобы почувствовать чешую, покрывающую мои бедра.

— К этому нужно привыкнуть, — усмехнулся он, и его улыбка осветилась мягким светом луны, падавшим сверху. Он прищурился, глядя на воду, изучая то, что мог видеть во мне, и медленно перевел взгляд вверх, блуждая по моему обнаженному животу и груди. — Ты прекрасна, — добавил он, его взгляд остановился на моих губах.

— Я — рыба, — поддразнила я. — Волшебная рыба.

Он засмеялся вместе со мной, но вскоре снова понизил голос.

— Нет, — вздохнул он, — ты — богиня.

Ответ замер у меня на губах, но я решила, что лучше промолчать. Я опустила руку в воду и вытерла кровь с лица и шеи Майло. Он наблюдал за мной с величайшей нежностью, позволяя мне вытирать его, не издавая ни звука, кроме звука стекающей с его кожи воды.

— Что это? — спросила я, заметив тонкую цепочку, продетую сквозь крошечное золотое кольцо, висевшее у него на шее.