Чтение онлайн

Кухарка отложила нож и раскатисто рассмеялась. Смех у неё был схож со смехом оперных певиц. Сильный, звонкий, мощный. Этот смех можно было бы описать одним ёмким предложением из любимого романа мамы Полины:

“От мощи её прекрасного голоса звенели мои хрустальные бокалы находившееся в серванте доставшемся мне в наследство от моей горячо любимой бабушки Соколины Рустамовны.”

— Конечно, милая моя. Какая глупость одолжение. Мне в радость для мамочки с дитём готовить. Кстати как там ваш малыш поживает? — Сказала женщина успокоившись.

Полина тоже рассмеялась.

— Очень хорошо. Правда пинается постоянно, ребра уже болят…

— Это нормально. Я с сыном когда ходила… А было это давно.

Предалась воспоминаниям Валентина Теодоровна.

— То ух и пинался же он под конец сроку — то думала внутренности мне вытрясет все…

Их разговор прервала трель дверного звонка, что словно яркоголосая птица разнёсся по всему дому. Полина подорвалась с места.

— Ой я открою…

— Ты, что голубка? — Удивилась кухарка. — Сиди, сиди. Другие откроют. Будешь с пузом ещё бегать. Наверное курьер пришёл…

— Нет, нет. — Возразила девушка. — Это ко мне пришли… ***

Полина очень удивилась неожиданному решению Андрея. Он пригласил для неё психолога. Сначала она злилась, но в конце концов смогла с этим смириться. И даже согласилась на несколько сеансов.

Женщина психолог пришла в дом вечером. Строго одетая. Пальто, клетчатая юбка ниже колена, серая блуза с длинным рукавом.

Она была низкой, её лицо напоминало чем-то воронью мордочку. Заостренный, большой нос, алые губы, большие глаза и тоненькие бровки. Звали её Агнесса Ильинична Брыкова. Она заявляла себя как широкий специалист в области психологии.

Они расположились в запасном втором кабинете Виктора Сергеевича на первом этаже. Психолог села в кресло, стеснительно положила руки на колени и чуть ссутулилась. Полина же полностью откинулась в шикарное, мягкое кресло и попыталась расслабиться.

Боли в спине не оставляли её даже по ночам.

— Сначала Полина Анатольевна, расскажите мне о ваших взаимоотношениях с мужем. Потом мы разберём проблемы, которые есть на ваш взгляд.

Голос у неё был сухой, противный. Словно у долго болевшего человека который уже долгое время мучается от кашля.

— Ну… — Полина призадумалась было очень неловко.

— Да вы не переживайте. Вот кстати конфетки. Угощайтесь.

Женщина достала из своей огромной сумке коробку конфет и раскрыла её перед Полиной. Из вежливости Адамовой пришлось взять шоколадку. К её удивлению это оказался очень нежный, безумно вкусный сливочный десерт.

Она поблагодарила психолога. Впервые заглянув ей в глаза Полину неожиданно пробрал холодок липкого ужаса. Светлые глаза Ульяны Ильиничны были пустыми.

Будто мёртвыми. Как у рыбы. Больше Полина в чужие глаза напротив старалась не смотреть.

Долгий и неловкий сеанс очень утомил Полину. Заныла спина, возобновился токсикоз и заболела голова. Девушка начала чувствовала себя настолько паршиво, что даже отказалась от ужина.

Сразу поднялась в спальню и легла спать. Сон был беспокойным. Ей снился какой-то дикий абсурд: чудовища, лес, волки…

Проснулась она от острой боли внизу живота и поначалу даже не сообразила, что происходит…

Каждый её шаг отдавался ноющей болью в районе спины и живота. Резкой и сдавливающей. От которой у неё едва не подкашивались ноги.

«Что — то не так…» — Проскользнуло в мутном от непрекращающейся боли сознании.

— Полиночка? Доброй ночи, Дорогая.

Свекровь Наталья застыла посредине гостиной. Она только, что приехала из гостей. Стояла ещё в пальто и прогулочных туфлях на высоком каблуке.

Как всегда, безукаризненно выглядела. Уложенные волосы, аромат французских духов, матовая помада на губах, безупречный свежий маникюр…

Оглядела невестку своим темным придирчивым взглядом и беспокоилась. Полина выглядела мягко говоря "нехорошо”. Бледная, с огромными фиолетовыми синяками под глазами, с белыми губами…

— Что с тобой, Дорогуша? — Спросила слегка брезгливо.

— М-не н-н-нехорошо, Наталья Николаевна.

Губы девушки тряслись и она заикалась. Тело пробрал сильный озноб. Наталья подошла к Полине, потрогала её лоб ладонью. Он был таким горячий словно нагретая до бела сковорода.

— Черт… — Прошептала свекровь себе под нос и принялась раздумывать, что же делать дальше.

— М-мне н-нужно в больницу.

Потрясла головой Полина и отмахнулась от Натальи.

С трудом она доковыляла до столика возле дивана. Вечером перед сном она оставила там свой мобильник. Рука потянулась за гаджетом. Слабо сжала его. В висках стучала кровь, сердце отбивало неспокойный ритм.

В голове крутился только тревожный голос Германа. «Если, что случится обязательно позвони мне! Я тут же примчусь!»

— Кому ты хочешь позвонить? — Спросила Наталья в её тоне было полно беспокойства.

— Г-Гернаму. Мне нужно позвонить Герману…

Почему — то именно сейчас для Полины позвонить другу это самое важное. Ему нужно было позвонить, нужно было сказать, что ей плохо и она отправится в больницу…

Непослушные пальцы попытались нажать на невидимые кнопки, но цепкая рука с россыпью мелких морщин указывающих на реальный возраст женщины ловко выхватили у неё трубку.

— Не нужно, Дорогая! Герман сейчас отдыхает зачем беспокоить парня из-за пустяков? — Проговорила ласково её голос наполнился приторной, сахарной патокой.

— Позвоните в-в скорую… М-мне плохо… — Умоляла Полина обессиленно.

Её голова раскалывалась так будто по черепной коробке били отбойным молотком. Думать при этом получалось с трудом, все мысли смешались в жуткую кашу.

— Позвоните, п-пожалуйста, позвоните!

Наталья недовольно сморщила нос. Она хорошо выпила и расслабилась и сейчас представив всю эту предстоящую суматоху со скорой и больницей, всю эту медленную бюрократию и миллион вопрос которые будут задавать ей как близкому человеку. Что беременная ела? Что пила? Что делала? Ей самой стало плохо. К горлу подкатила тошнота.

«Да, что она ноет?» — Подумала она и раздраженно.

«Ну затошнило, ну поплохело. У меня когда с Андреем ходила такое состояние ежедневно было и не ныла ещё и работала…»

Наталья осторожно приобняла Полину за плечи игнорируя её просьбы о больнице и начала ласково шепча ей на ухо успокаивать.

— Ну, что ты? Нет необходимости в скорой… Сейчас на кухню пойдём я тебе там чайку заварю с ромашкой и мятой успокоишься. В кроватку ляжешь на утро все пройдёт…

— Н-нет, Наталья Н-николаевна мне нехорошо…