Чтение онлайн

Саша вдруг протянул ему руку.

— Меня зовут Саша.

Здоровяк рассмеялся.

— Все-таки, ты совсем отличаешься от местных.

Он схватил его руку, полностью поглотив своей здоровенной ладонью и осторожно ее пожал.

— Но, все-таки, у нас здороваются совсем не так — он покачал головой. А затем, он вдруг подошел к Саше и обнял его за плечи, крепко приложив ладонью по спине, да еще несколько раз. Саша тоже похлопал его по спине, хотя и подумал, что тот, наверное, и не заметил.

— Меня зовут Сной. И давай уже, беги домой малой. Тебя наверняка заждались родители, пока ты тут решил утешить старого чужеземца. — Лавочник вдруг задумался. — Ну или не родители… но кто-то ведь тебя ждет?

Саша утвердительно кивнул, все еще пытаясь отдышаться после объятий.

— Тогда иди.

— Хорошо, до встречи, Сной! — прокричал мальчик, удаляясь по улице и махая рукой. А здоровяк смотрел ему вслед, задумавшись о чем-то, и совсем забыл про товары, которые так и лежали на прилавках, посреди пустой улицы.

А Саша шел по ночным улицам, не знавшим фонарей. И дивный город казался полным таинственных чудес. Виной тому были звуки. Где-то рычали, мычали, клекотали разнообразные животные. Ночная тишь далеко разносила бряцанье металла идущих во тьме стражников, журчание воды и пение сверчков.

Воздух, обыкновенно загрязненный печами и сточными канавами, сейчас казался гораздо приятней. Ночная свежесть смягчила неприятные запахи.

В этот раз Саша вернулся в дом Ярда так и не продвинувшись в своих поисках.

Саша сидел на берегу небольшого горного озера. Скалы, грозившие небу острыми пиками вершин, сжали небольшую долину в своей ладони и здесь, в самом ее центре, образовалось озеро. Склоны, поросшие стройными соснами и елями, окружали озеро, скрываясь зелеными цепочками в промежутках горных вершин. Саша взглянул на чистейшую воду, и у него возникла мысль о Лере. Тогда он спросил.

— Почему самое лучшее в нашей жизни начинается с беды?

— С беды? — Обернувшись, Саша увидел небольшого оленя, чьи маленькие рожки забавно смотрелись между поднятых ушей. Во тьме в это поверить было не сложно — говорил именно олень.

— Может быть потому, что колебания судьбы меняют ценность событий проносящихся по дуге этих колебаний? — его рот открывался несколько неестественно, не совпадая со словами.

— Ты имеешь в виду, что мы не ценим, пока не потеряем? — уточнил Саша.

Ворон засмеялся. И снова сказал загадкой, кивнув на склоны гор:

— Картина будет ярче, когда ты увидишь ее впервые.

Саша проследил за его взглядом и увидел клубы черного дыма, поднимавшиеся в самом широком горном ущелье, из ведущих в долину. Он встревоженно вглядывался, но кроме дыма пока не видел ничего. И все же дым приближался.

— Или если ты с л о в н о видишь ее впервые, — как ни в чем не бывало, говорил олень — Или после долгого перерыва. Весь секрет…

Дым приближался теперь очень быстро. Саше показалось, он видел зарево в долине.

— …во внимании. Краски становятся ярче, после того как жизнь отбирает их. И не важно, напрямую или же переводя наше внимание на более важные вещи. А оно ведь возвращается.

И вдруг огонь вырвался из долины. Он с огромной скоростью шел по верхушкам деревьев, сопровождаемый дымным шлейфом.

— Ты имеешь в виду, что беды заставляют нас задуматься? — Саша не мог сосредоточиться на словах Ворона. — Я не понимаю.

Олень сорвался с места, рысцой направившись к горящему лесу. Саша, поколебавшись, направился вслед за ним, пока тот, наконец, не остановился.

— Нет, Скиталец. Ты все знаешь, и знал раньше, — задумчиво и несколько прерывисто сказал олень. Он бросал слова на скаку, глядя на пожар. — Давай закончим эту гонку метафор.

Огонь был уже совсем близко.

— Я имею в виду, что беда это препятствие, — сказал олень, остановившись.

Остановился и Скиталец. И в этот момент из леса вырвались животные. Их было немного — мелкая живность: зайцы, белки, более крупные олени и пара кабанов. И огромная стая ворон, с криками несущаяся над ними. В ужасе животные неслись на Сашу и его спутника. И Скиталец видел, как перекатывались мускулы под кожей, бегущих на него оленей. Видел ужас в их глазах и криках.

Всего мгновение и животные остались позади. Но волосы только теперь встали дыбом — на Сашу дохнуло невыносимым жаром, казалось, он чувствовал, как опалились волосы на лице. И с треском и ревом пламя вырвалось из-за деревьев.

Даже понимая, что это только образ, и что он не смог бы убежать от пламени в любом случае… Сашу охватило невыносимое желание бежать. Даже колени дрогнули, когда он попытался бесстрашно взглянуть на пламя. А затем дрожь охватила все тело, мгновенное вспотевшее, когда огонь хлынул на них.

Но, как и Скиталец, олень не убегал, глядя прямо в пасть огненному демону леса.

— Но какое бы ты препятствие не преодолел, у тебя есть секунда остановиться после тяжелой работы и оглядеться…

Голос звучал спокойно, а рев пламени пропал. Саша открыл глаза. Обугленные, поваленные деревья вокруг и дымящиеся головни окружали некогда прекрасное озеро. Сажа оседала на его поверхность.

— …отдохнуть, и насладится видами, перед тем как брать следующее. — Олень не спеша двинулся в лес — Ведь если ты не уходишь от своего горя, а преодолеваешь проблемы — то и жизнь показывает тебе все новые свои стороны.

Саша заметил зелень, блеснувшую под корягой. В каком-то душевном порыве он подошел ближе и отвалил деревяшку в сторону. Всего лишь травинка… Испачканная сажей и обгорелая травинка, но она так прекрасно смотрелась своей зеленью на фоне сгоревшего леса.

— Так должно быть: движешься ты, движется и жизнь, — олень исчез, и голос снова звучал со стороны. — Нет развития без препятствий.

Саша провел пальцами по стебельку, очистив его от грязи.

— Нет движения без развития, — продолжил Ворон. — И ты все это прекрасно знаешь без меня.

Саша задумчиво оглядел долину, и снова его притянула зеленая травинка.

— Это я и имел в виду, — закончил Ворон.

И рассмеялся, но как-то просто и беззаботно. Или Саше только так показалось?