Чтение онлайн

Игнат брезгливо морщится, покручивая в руках свой помятый гаджет.

– Новый в жопу себе засунь, а мне мой приведи в подобающий вид!
– говорит он, чуть ли не вырывая у меня из рук мой телефон.
– Скрепка есть, карту достать? Че встал, вафел?! И паспорт свой оставь, чтобы я знал куда ломиться, если разводишь меня!

Вынимаю сим-карты, убираю кодовый ключ с экрана блокировки и протягиваю Игнату водительские права, которые по привычке до сих пор ношу с собой.

Мне не страшно отдать свой телефон кому-либо по одной простой причине - он пуст. В силу рода интересов, я очень люблю перестраховываться и ни бита информации о себе не подарю никому просто так. Там даже ни одной фотки нет, что уж говорить про сохраненные номера. А вот такой как Игнат Юг, обсуждающий тесты на наркотики прямо посреди улицы по телефону, вряд ли задумывается о своей информационной безопасности. И блокировка экрана тут не спасет.

– Как починишь, чтоб к часу ночи в клуб “Рок for...” принес, скажешь что к Игнату Югу, я там выступаю с группой, - говорит он и протягивает свой телефон.
– Не принесешь, - читает мое имя на правах, причем неправильно расставляя ударение, - Бели’ков Ян Александрович, тебе кранты, понял? Я из-под земли тебя достану!

– Да, все будет сделано, - киваю я.

– Козлина, весь день испоганил… - шипит Игнат и заходит в офисный центр.

Что ж, а мне остается только предвкушать, что я выловлю в его мобильнике...

21. Притворство?

Лика

Тягомотина - вот как я могу описать прошедшие несколько месяцев. На руинах моей полуразрушенной жизни никаких построек не предвидится в ближайшее время, да и сердечко разбитое никто латать не желает. Ни одна ремонтная бригада не прошла проверку на профпригодность.

Проще говоря, Беликов - “ван лав”.

Я вижу Яна достаточно редко, лишь когда встречаюсь с Ией у нее дома. Он безразличен, спокоен и холоден, словно айсберг. Мозгами понимаю, что сама поставила точку, в надежде на перемены, но все равно бесит это его равнодушие.

Подруга всерьез занялась певческой карьерой, ее первая песня порвала все чарты и сейчас она работает над новыми хитами. А я… Я не знаю, чего хочу. Плыву по течению, стараясь отвлечься от всепоглощающей тоски.

Играю на ударных в группе Игната Юга, все еще на замене, даже после отлично сыгранных мной концертов. Первые недели мужчина очень агрессивно пытался, как говорится, залезть мне в трусы. Он до сих пор всячески подбивает клинья, но я не собираюсь поддаваться и падать к его ногам. Зовет к себе "на кофе", подкатывает после выступлений, предлагает наркотики…

Да-да, они самые.

Вся группа перед выступлением накачивается этим дерьмом "для вдохновения". Мне предложили пару раз - я категорично отказалась, так Игнат однажды попытался меня опоить, но так получилось, что я увидела как он подсыпал мне что-то в стакан. Коктейль был отправлен в раковину, но я поняла, что либо я добровольно соглашусь и буду делать вид что на колесах, либо они меня насильно потравят.

Так и получается - он дает мне таблетки на халяву, которые я смываю в унитаз, и почти ничего не платит за выступления. Ну, я и выступаю не ради денег, просто отвлекаюсь.

Места лучше этой группы я не нашла, нигде не берут самоучку. А тут меня хотя бы фанаты воспринимают всерьез…

– Детка, надеюсь, ты не забыла что через неделю свадьба у Лары и… - мама делает паузу и опускает взгляд на дно своей чашки, будто там ищет имя жениха моей кузины.
– Боже, как его там зовут?!

– Джейк… или Джон. Какая разница, в приглашении все написано, - пожимаю плечами я и ковыряю вилкой свой завтрак.

– Не забудь напомнить Яну, все уже давно забронировано и оформлено на его имя. Ты же знаешь суетливую Лару, все в ее жизни должно идти по идеальному плану и никак иначе, - усмехается мама.
– Так, Ян летит с нами, у вас все хорошо?

– Что? Прости, я задумалась, - говорю я, а в душе просто истерика.

Я, наверное, ужасная дочь, но я так и не рассказала маме о нашем расставании. Почему? Потому что так легче жить, ведь она будет думать что у меня все хорошо и не полезет в мою личную жизнь. Не будет сидеть у меня над душой, таскать по клубам, чтобы развеяться и, в частности, не станет отравлять мое свободное время Лексом. Особенно его звонками по видеосвязи и прочими раздражителями по типу лайков в инстаграме.

Все шло прекрасно до сего момента… Вот уж упущение, так упущение. Я совсем забыла про чертову свадьбу! Что делать?! Снова врать маме, что Ян не сможет поехать или сказать ей правду, что мы расстались?!

– Ян летит с нами?
– повторяет вопрос мама.
– Если он не сможет или еще какие-то неприятности в раю, то ты может скоротать время в компании Лекса, я слышала он будет один.

Вариант со “сказать, что Ян не сможет полететь” - как-то сам собой отпал после ее слов.

– Я надеюсь, что ты шутишь, - раздраженно фыркаю я.

– Шучу. Но в каждой шутке есть доля правды, - улыбается мама.
– Пляж, солнце, дорогущие отели и все это бесплатно - ну сказка же!

Что для меня сейчас проще: сказать маме правду или попросить Беликова по старой дружбе сгонять со мной в Штаты?

С группой Игната мы сегодня выступаем в клубе с интересным названием “Рок for”. Сольное выступление для небольшой публики, чтобы напомнить о себе и найти новых слушателей. Юг с ребятами уже закинулся “топливом” и вовсю готов рвать публику. А вот мне хочется рвать волосы на себе из-за ужасной, просто ужасной, идеи встретиться с Яном и попросить его об услуге.

Наверное во всем виноваты мои не угасающие по сей день чувства к этому эгоистичному парню, но вариант обратиться к нему не вызвал какого-либо отторжения со стороны моей совести. Звать чужого человека, типо Игната, я не хочу, вот тут мне аж плохо, как представляю. Кого-то из друзей - мама всех их знает, да и у них девушки есть.

К слову о девушках, я почему-то очень надеюсь, что Беликов не находится сейчас с кем-то в отношениях. Пусть та мадам с цветными волосами оказалась второй половинкой его брата и просто другом, но ведь Ян красивый парень и найти себе новые отношения мог вполне за такой долгий срок.

Настроение катится к хренам собачьим, как только начинаю об этом думать.

– Проснись, детка, - обнимает меня за плечи и притягивает к себе Игнат.
– Сейчас как зажжем! Готова?

– Да, - коротко отвечаю я и выпутываюсь из нежеланных объятий.
– Все те же играем, что на репетиции?

– Конечно, кнопка, - подмигивает мне мужчина.

“Кнопка”. Отвратительно…

Беру барабанные палочки и поднимаюсь на маленькую узкую сцену. Свет ламп моментально слепит и приходится зажмуриться, чтобы дать глазам привыкнуть. Пока объявляют нашу группу, я сажусь поудобнее и рассматриваю аудиторию, ищу знакомые лица и, черт возьми, нахожу!

Что он здесь делает?