Чтение онлайн

Это первый вопрос, который возникает в моей голове сразу после того, как я замечаю Яна Беликова. Но затем мой мозг начинает подкидывать варианты, например, то что он здесь может быть не один, а пришел с девушкой или друзьями. Выискиваю взглядом хоть кого-то рядом со своим бывшим, но - никого.

Ян сидит в самом конце зала на отшибе, в руках у него металлическая банка пива, а на столе лежит какой-то сверток. Мы встречаемся взглядами на краткий миг и, будто бы не знакомы вовсе, отводим глаза в сторону.

Притвориться, что я не заметила его присутствия теперь точно не получится.

– Ну что, готовы ли, пиздюки?
– обращается к парням из группы Игнат, выходя на сцену, как всегда в кожанке на голое тело и с гитарой через плечо.
– А моя маленькая фея, готова?
– обращается ко мне и я молча киваю.
– Охеренно! Жжем!

За последние две недели Игнат измучил всю группу и меня нескончаемыми репетициями. Снова и снова одну и ту же песню, пока не будет звучать так же идеально, как в его голове.

У меня впервые за долгое время на руках появились мозоли. Мерзкие такие, которые кровят при разрыве и причиняют жуткую боль в дальнейшем. Ни перчатки, ни один защитный крем или тальк не спасли меня от этих повреждений. Все, что я могу сделать, так это обмотать пальцы пластырем и надеяться, что не сделаю себе хуже.

Мой учитель говорил: “У хорошего барабанщика руки по локоть в крови”. Можно ли теперь считать, что я хороший барабанщик?

Отыграть этот концерт для меня впервые было невыносимо напряжно и все из-за присутствия Яна. Я постоянно косячила, лажала с ритмом и получала гневные взгляды Игната. Ох, устроит он мне истерику после выступления. Но даже его истеричные вопли меркнут перед тем, как публика реагирует на мои ударные соло, как из толпы доносятся крики: “Девочка, супер!”. Я ликую в душе каждый раз, когда что-то такое происходит.

Тщеславие ли это? Возможно да, но я направляю его в нужное русло - я подпитываюсь от получаемых эмоций и понимаю, что хоть кому-то нужна, что я не пустое место.

Последняя песня и Юг, не изменяя своим традициям, роняет микрофон на сцену и молча, по-английски, уходит за кулисы. После него, откланявшись толпе уже пьяной вусмерть молодежи, со сцены уходим и мы.

Невыносимо болит спина, руки до сих пор трясутся, пара мозолей порвались даже сквозь пластырь и начали кровить. Отхожу в угол гримерки и со слезами на глазах начинаю медленно снимать ткань на липкой основе со своих пальцев. Больно ужасно, но оно того стоило. Достаю из сумки заранее приготовленную пластиковую ампулу с перекисью и выхожу в коридор в поисках туалета. Сталкиваюсь с кем-то в полумраке и уже по запаху понимаю с кем.

Жженый пластик, машинное масло… Ян.

Пошатнувшись от неожиданности и сносящих взрывной волной ощущений близости к нему, я едва не падаю.

– Привет, - здоровается Ян.

Чувствую его руку на своей пояснице. Жжет будто огнем аж сквозь футболку.

– Привет, - тихо произношу я и поднимаю взгляд, чтобы посмотреть ему в лицо.
– Ты что тут делаешь?

И меня действительно волнует этот вопрос. Ну, не за мной же он следил, верно?

– По делу пришел, - хмурит брови Ян и, рассмотрев мое лицо, спускается взглядом ниже, остановив его на моих руках и сжатой в кулаке ампуле.
– Куда собралась?
– убирает руку и отступает на шаг.

– Привести руки в порядок, мозоли полопались, - отвечаю я и обхожу парня.

– Солист ваш там?
– указывает на дверь он.

– Да, собирается, - киваю я и, переборов в себе желание спросить зачем Яну Игнат, ухожу.

Обрабатываю руки, причем замечаю, что делаю это очень быстро, словно тороплюсь скорее вернуться и подслушать разговор Яна с Игнатом. Интересно, что может их связывать и что может понадобиться у музыканта Яну? Даже идей никаких нет на этот счет.

Когда возвращаюсь в гримерку, там меня ждет только группа, от Беликова и следа не осталось. Подхожу к Игнату, что-то набирающему в своем телефоне, и задаю расплывчатый, но безумно интересующий меня вопрос.

– Тут парень какой-то тебя искал, вы пересеклись?
– спрашиваю я и мужчина поднимает на меня недовольный взгляд.

– Пересеклись, - фыркает он и встает на ноги. Подходит ко мне вплотную, покручивая в руках телефон.
– Этот чмырь мне телефон чинил, который днем разбил. Козлина не смотрит, куда идет...

Ах, вот оно что...

– Понятно, - чуть улыбаюсь и собираюсь уйти, но Игнат ловит меня за руку.

– Погоди-ка, ты какого хрена выступление запорола, фея?
– он с интересом рассматривает мои израненные пальцы. Его тон спокойный, но я чувствую в голосе некую угрозу.

– У меня из-за мозолей иногда… - начинаю было оправдываться я, но Игнату не нужны мои отговорки.

– Еще раз, ты не попадешь в ритм, - чуть сдавливает мою ладонь, - от меня ничего не получишь и вылетишь из группы, как пробка, поняла?

Сердце пускается вскачь, но отнюдь не из-за страха потерять возможность смывать наркотики в унитаз, а именно из-за боязни лишиться сцены.

– Я взял тебя потому, что в тебе был потенциал, но все чаще ты стала давать промашки и мне это не нравится, - еще больше сжимает пальцы и становится очень больно, но я терплю.
– Еще хоть один сбой и я найду другого барабанщика, поняла?!
– в глазах мужчины блестит опасность.

– Я поняла, - сглатываю свой страх и киваю я.
– Я могу ехать домой?

– Можешь, - выпускает мою руку из своего плена Игнат.
– Я напишу насчет репетиции, будь на связи.

Молча собираю свои вещи и ухожу из этого места, как можно скорее. В груди предательски давит и хочется плакать. Я хоть и не маленькая девочка, но что-то так обидно стало, что всем плевать на мои чувства, на мое душевное состояние. Словно ты, как машина, должна выполнять свою работу и делать ее регулярно и идеально.

22. Дружеская забота

Выхожу на улицу и делаю пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Даю себе установку: нельзя ныть, нельзя плакать! Над городом сгущается ночь и добраться до дома я точно смогу уже только на такси. Вот это, наверное, самый большой минус выступлений.

Захожу в приложение на телефоне и вызываю такси на адрес клуба. По идее, нужно было сделать это еще в гримерке, но я, мягко говоря, затупила. Прислоняюсь спиной к стене и осматриваюсь по сторонам: у входа в клуб стоит очень много молодежи, целая толпа, планирующая продолжать тусовку и вышедшая просто перекурить и проветриться. Ничего особенного, так даже лучше, чем стоять одной. Со вздохом отворачиваюсь и, почти рядом с собой, замечаю знакомую фигуру.

Ян... Значит, он не ушел...

С задумчивым видом, покопавшись в телефоне, он достает из кармана зажигалку и пихает рядом стоящего паренька. Тот улыбается и протягивает Беликову открытую пачку сигарет, откуда мой бывший парень берет одну, зажимает ее в зубах и благодарно кивает. Затем, медленно подходит ко мне и тоже прислоняется спиной к стене.

– Отличное выступление, - говорит он, будто бы и не со мной. Крутит в руках оранжевую пластиковую зажигалку и поправляет сигарету во рту. То, что я сейчас испытываю, наверное - шок. Самый настоящий.