Чтение онлайн

Сэртис, решив, видимо, что продолжение спора ни к чему не приведет, неожиданно напал на меня пока я стоял, повернувшись в сторону Ксении, Сэртис подскочил ко мне и с размаху нанес мне удар в живот. Я не удержался на ногах.

Навалившись на меня сверху, Сэртис постарался развить успех. Я никогда не занимался борьбой и не знал, что мне делать, чтобы не проиграть эту схватку. Я только перекатывался с боку на бок по грязному гравию, увлекая за собой Сэртиса и прилагая все усилия к тому, чтобы выкарабкаться из-под него, прижать его к земле и, освободившись от захвата Сэртиса, встать на ноги.

Где– то на периферии моего зрения и слуха подпрыгивала и визжала Ксения:

– Убей его, папочка, убей!

Возникла идиотская ситуация. Фарс. Конечно же, Сэртис вовсе не собирался меня убивать, но захват Гольден-Мальта в пользу Пэтси доказал бы мужество Сэртиса и его превосходство над ненавистным пасынком Айвэна. Это придавало Сэртису силы и делало его еще злее.

Ни ему, ни мне, однако, не удавалось достигнуть решающего преимущества. Сэртис, как и уверял меня Юнг, был не из тех, кто посещает тренировочные залы для боксеров.

А тут еще Ксения, которая привезла с собой хлыст для верховой езды, входивший в ее амуницию, пустилa его в ход.

Сэртис схватил меня за волосы и попытался ударить головой об землю. Я решил ответить ему тем же, но не сумел добиться цели, а Ксения тем временем, словно пританцовывая вокруг нас, стегая меня хлыстом. Иногда, правда, доставалось и ее отцу, что заставляло его рычать от ярости и досады.

Наконец мне удалось встать на ноги, но при этом я потянул за собой и Сэртиса, который ни за что не хотел отпускать меня. Ксения еще усерднее принялась хлестать меня по ногам, а Сэртис, широко растопырив руки, медленно размахивал ими, метя мне в голову. У меня появился шанс уклониться от удара и вцепиться в одежду Сэртиса. Я своего шанса не упустил и изо всех сил отшвырнул Сэртиса от себя. Он потерял равновесие и отлетел спиной на кирпичную стену сарая, да еще треснулся об нее головой.

Ошеломленный, он рухнул на колени. Раздался отчаянный визг Ксении:

– Моего папочку убили!

Хотя за версту было видно, что никто Сэртиса не убивал. Я обеими руками обхватил маленькое тельце Ксении, приподнял его от земли и крикнул Эмили:

– У тебя есть пустой денник?

– Два крайних! – крикнула в ответ Эмили, с трудом удерживая на поводке Гольден-Мальта, нервно бившего о землю копытом, потому что его напугали поднятые нами шум и возня. Верхняя половинка двери последнего денника стояла открытой, а нижняя была заперта. Я просунул бешено отбивавшуюся девчонку сквозь открытую часть двери и опустил ее на пол, закрыв верхнюю половинку на засов, чтобы Ксения не вырвалась оттуда. Потом, открыв обе половинки двери смежного свободного денника, я схватил одной рукой Сэртиса за ворот, а другой за пояс и, пользуясь тем что он еще не пришел в себя, не то втащил, не то зашвырнул его в денник и закрыл обе половинки двери, да еще проверил, надежно ли.

Ксения вопила и колотила в дверь ногами. Сэртис пока что оставался тихим. Сильно запыхавшийся, я подошел к Эмили. Она казалась не то возмущенной, не то готовой расхохотаться.

– Что дальше? – спросила она.

– А дальше я запру и тебя в деннике, чтобы никто не обвинил тебя в «пособничестве», а сам дам деру вместе с Гольден-Мальтом.

Эмили подозрительно вытаращила на меня глаза:

– Ты это серьезно?

– Какая тут, к черту, серьезность? Сплошной балаган, только совсем не смешной.

Оба мы прислушались к крикам Ксении.

– Она всполошит мне всех лошадей, – сказала Эмили, успокаивая Гольден-Мальта легким похлопыванием по шее. – Придется тебе, кажется, снова ускакать на этом парне. Я как раз собиралась седлать его, когда приехал Сэртис. Сходи за седлом, оно в деннике.

Я пересек двор, нашел седло, вернулся с ним к Гольден-Мальту и оседлал его. В деннике Гольден-Мальта можно было без проблем запастись в дорогу сеном, и еще там был хомут, чтобы привязывать лошадь надежнее и удобнее, чем поводом. Я вынес все это из денника и сложил в сумку на «молнии», из которой вынул шлем. Все остальное я перекинул через холку Гольден-Мальта, перед седлом.

Потом взял из рук Эмили повод и подошел к пустому деннику. Она вошла внутрь, и я закрыл на засов нижнюю половину двери.

– Поторопись, – спокойно сказала Эмили. – за каких-нибудь полчаса здесь соберутся мои конюхи, а еще через пять минут Сэртис позвонит в полицию, чтобы она разыскала тебя.

Я поцеловал Эмили и погладил ее по щеке.

– Через час уже стемнеет, – сказала она. – Куда ты собираешься ехать?

– Сам хотел бы это знать.

Я еще раз поцеловал Эмили и запер на засов верхнюю половину двери ее временной темницы. Взобравшись в седло, я застегнул на себе шлем и тронулся снова в сторону Даунса.

Шлем я надел больше для анонимности, чем для безопасности. Увидеть всадника в шлеме здесь было привычное дело, настолько привычное, что всадника без шлема почти наверняка приметили бы и запомнили, несмотря на то, что в этой части страны лошадей было куда больше, чем коров.

Гольден-Мальт, к моему великому облегчению, охотно шел по знакомой дороге, ведущей к месту тренинга. Казалось, он уверен в том, что ему не стоит сбрасывать всадника с седла и искать путь домой.

Вокруг – на некотором удалении – виднелись Другие лошади. Гольден-Мальт приветствовал их громким радостным ржанием. Слыша их доносившийся издали ответ, он опускал голову, как бы довольный этим, и шел вперед послушно, не делая никаких попыток избавиться от меня.

Но вот беда – я не знал, куда нам держать путь.

Сэртис мог и в самом деле пустить полицейских по моему следу. Они, конечно, не станут хватать меня, как на Диком Западе, но весьма вероятно, неприятностей мне не избежать. Главное – не попадать никому на глаза.

Я попытался вспомнить карту, которую вместе с Эмили рассматривали у нее на кухне. Но тогда я сосредоточил свое внимание на пути Фоксхилл, а теперь мне туда дорога заказана. Средиработников Эмили есть осведомитель Пэтси. Какой-нибудь жокей, получающий за это небольшое вознаграждение от Сэртиса. А у этого осведомителя есть теперь, надо полагать, подружка в Фоксхилле. Так что рисковать не стоит.

Волнующееся море травы окрестностей Ламборна было привычно для моих глаз. Я достаточно часто бывал здесь вместе с Эмили. Мы приезжали сюда в ее «Лендровере», но с тех пор прошло пять или даже шесть лет. Оглянувшись, я долго не мог определить, каким путем надо возвращаться обратно.

Надо было решить, что делать дальше.

Скоро стемнеет. В это время лошади обычно возвращаются в конюшни. Близится час их кормления. Я решил быть как можно неприметнее и непринужденнее, не пробуждать ни в ком любопытства.

Риджуэй, вспомнил я. Не терять направления, выехать на эту дорогу.

Гольден-Мальт шел резвой рысцой вдоль Мэндауна. Для него это был привычный путь. Однако, когда я остановил Гольден-Мальта почти в конце дороги, по которой его выводили на тренинг, а не повернул обратно, в направлении конюшен, он забеспокоился.

Похлопывая коня по шее, я заговорил с ним так, как это сделала бы Эмили.

– Не бойся, старина, мы здесь в безопасности, – повторял я бодрым голосом, а сам все ждал, когда он начнет брыкаться или повернет вспять, чтобы вернуться домой. Гольден-Мальт постепенно успокоился. Пока я осматривался, он терпеливо ждал прядая ушами, как это делают лошади, когда ничто их не тревожит. Похоже было, что Гольден-Мальт полностью доверился мне.