Чтение онлайн

– И в чём же заключается это лечение?

– Давай мы договоримся так: когда у тебя будет время, ты мне позвонишь, и я за тобой заеду. Покажу тебе свою клинику и всё расскажу. Не бойся, буйные психи по коридорам не бегают. Их у меня нет. Посмотришь, и сама решишь, что именно тебе подходит больше, и когда ты хочешь начать курс терапии. Так тебя устраивает? И кстати, чтобы ты не думала, что я так клиентов себе ищу… Я не говорю о платных услугах. Я не оказываю платных услуг друзьям, а уж тем более женщинам, которые мне нравятся.

– Я поняла. Я потеряла твою визитку…

Рассказывать, каким образом она её «потеряла», Вике почему-то не захотелось. Через пару мгновений Константинас протянул ей визитку. Визитка была не совсем обычной: какие-то треугольники, звёздочки, цифры… Вика не ожидала столь явных проявлений любви к геометрии от врача-психиатра. «А мне казалось, что математика и психиатрия – вещи друг от друга далекие, – подумала она. – Наверное, дизайнер попался слегка со странностями. Хотя выглядит вполне прилично, но это как-то… неожиданно…»

Вике хотелось ещё поговорить, но Константинасу позвонили, он извинился и ушёл, пообещав зайти на днях.

Недопитый кофе остывал в чашке. Вика вдруг вспомнила, как лет десять назад они с девчонками гадали на кофейной гуще. Смешно, конечно, только всё, что они тогда нагадали, сбылось. Тогда Вика решила, что гадания сбываются, но, став постарше, поняла, что всё это – просто совпадения. Кто-то увидел то, что хотел увидеть, не зря ведь говорят: «человек видит только то, что хочет видеть». Кто-то, «увидев» какие-то знаки, просто настроился на ожидаемые события, откорректировав таким образом свою судьбу в соответствии с «предсказанием».

Забавная мысль – погадать на кофейной гуще – пришла в голову Вики. Она улыбнулась. «Вспомнить бы ещё, как это делается…» Вика поставила чашку с остатками кофе на блюдце вверх дном и трижды повернула её по часовой стрелке. «Сейчас посмотрим…» Внезапно из соседней комнаты послышался грохот. Вика вздрогнула от неожиданности, и чашка сама собой выпала из рук. Раздался звон бьющейся посуды. От чашки остались лишь мелкие осколки… От того, что она разбилась, словно не желая рассказывать о будущем, Вике стало вдруг как-то не по себе.

В дверях тем временем показалась рыжая кошачья морда, и Вика, поспешив хоть как-то отвлечься от внезапно захватившего все мысли неприятного чувства, отправилась проверять, что же натворил Базилио.

Забытая Ритой книжка про масонскую ложу и какие-то тайные мистерии лежала на полу, видимо, кот её уронил. И как только он умудрился залезть на полку? Хорошо, что она не рухнула вместе с котом и всеми книгами. Вика пролистала книжку. Там было что-то про тайные знания, союз посвященных и прочую ерунду.

У Риты вообще были довольно странные вкусы в том, что касалось литературы. Её интересовали древние знания, мифы, сказки, древняя история. Как-то Ритка рассказывала ей, что в сказках содержится знания древних магов, которые они передавали своим потомкам, но знания эти закодированные и расшифровать их до сих пор никому не удается. Они тогда поспорили, и с тех пор на эту тему разговоров не заводили.

Внимание Вики привлекла небольшая картинка, отчего-то показавшаяся ей знакомой: человеческий глаз в треугольнике. В книге было написано, что это – символ масонов. Масонская ложа её никогда не интересовала, и этот символ она нигде видеть не могла, но всё же был он на удивление знакомым… И она вспомнила: лет пять назад Вика была в Питере. На одной из экскурсий по тайным местам Питера, на которую её затащила Рита, им показывали точно такой же символ. Совпадение было довольно неожиданным, и в голову даже пришла мысль, видимо, навеянная всеобщим помешательством на всяких реинкарнациях и прошлых жизнях – о том, что когда-то… в прошлой жизни, она могла быть в каком-то тайном обществе. Мысль была смешная и чудная, и, посмеявшись, Вика закрыла книгу и поставила на полку.

Кота по справедливости надо было бы наказать: залезать на книжные полки было запрещено строго-настрого, однако у Вики не было настроения ругаться. «Ладно, на этот раз сделаю вид, что ничего не заметила, но в следующий раз тебе попадёт!» – решила она.

Зайдя в комнату, Вика увидела, что Базилио снова совершил очередную пакость. Он залез на стол и пытался что-то съесть. Этим «что-то» была визитка мага, которую кот пытался сгрызть.

– Уму непостижимо! Ты же бумагой не питаешься!

Вика отобрала клочок бумаги у кота, и тот, жалобно мяукнув, пулей вылетел из комнаты, решив убраться подобру-поздорову. Визитка, конечно, пострадала, но незначительно. Вика убрала её туда, где Базилио не смог бы до неё добраться, и попыталась найти кота, однако тот, прекрасно осознавая всю тяжесть совершенного им преступления, где-то скрывался, пытаясь избежать наказания. «Ну ладно! Есть захочешь – вылезешь!» – подумала Вика.

При дальнейших размышлениях фактически данное обещание зайти в гости в клинику слегка насторожило её.

Обещания она давала редко и неохотно, но делала всё возможное и иногда – невозможное, чтобы сдержать данное кому-нибудь слово. Из-за этой не вполне понятной ответственности Вика не раз попадала в неприятные ситуации, и со временем научилась никому ничего не обещать. «Но ведь я ничего не обещала? Я только посмотрю, и всё… – успокоила она себя. – В конце концов, я же не его пациентка, и с головой пока, по крайней мере, у меня всё в порядке.»

Мысли об Олеге упрямо лезли в голову, и Вика пыталась их прогнать. Это было нелегко. Она была в отпуске, и занять чем-то свою голову было не таким уж простым занятием. Виктория запретила себе даже мысленно произносить его имя, и, вспоминая невзначай о каких-то деталях своей прошлой жизни, не называла его никак. Словно стерев имя своего бывшего любимого из памяти, Вика успокоилась.

Появилось много свободного времени, и в голову стали приходить странные непрошеные мысли. Вика оглядывалась на свою жизнь, спрашивая себя: «Что я сделала в свои двадцать пять лет? Что у меня есть?» И дать ответ самой себе, такой, чтобы успокоил и ум, и сердце, она не могла.

Какая-то непонятная пустота поселилась в душе. Жизнь казалась лишённой смысла. Дело было не в Олеге, и совершенно чёткое осознание этого факта выводило из себя. Наконец Вика смогла назвать это состояние. Она была не на своём месте. Столько лет она жила, боролась именно за это место, но оно оказалось не её. Что-то глубоко внутри не могло смириться с этим местом, с этими правилами, и самым сложным оказалось определить это «что-то».

Вика вдруг начала задумываться, знает ли она саму себя? Ей всегда казалось, что она очень хорошо знает, кто она, какая и что ей нужно в этой жизни, а тут… Вике отчаянно захотелось что-то сделать, чтобы всё было по-иному… Но что сделать? Уйти с работы? Уехать? Но куда? Зачем? Уходить в никуда – это же глупость, это неправильно! «Почему я?! Ведь миллионы людей живут точно так же, как я, и им ничего ровным счетом больше не нужно! Почему я так больше не могу?» Вопросов было много, правда, никто в очередь не становился, чтобы ответить на них. Они появлялись и появлялись, но ответов у Вики не было.