По следу Атсхала. Проклятие
Шрифт:
Его и неведомое больше не разделяли даже железные прутья.
Тишина – напряжённая и опасная – длилась до бесконечности. Пока нечто не начало удаляться. Будто поманило на волю и скрылось. И опять тишина.
Боясь шевельнуться, Виндок так и лежал, пока не собрал воедино разбежавшиеся мысли. Чутьё подсказало, что в здании тюрьмы он находится один. Даже Кэм куда-то запропастился. Старый пьяница поди нажрался своего горючего пойла, вышел до ветру да завалился где-нибудь за углом. Обморозится – поделом.
Он поднялся с соломы и, вглядываясь во тьму, двинулся к решётке. Тихонько толкнул – чуть взвизгнули железные петли – и настороженно высунулся из камеры. По пустынному коридору свободно гулял студёный ветер, со скрипом покачивая приоткрытую наружную дверь. За порогом маячило серое пятно тюремной территории.
Высунув нос за порог, Виндок сощурил глаза от ледяного ветра. В воздухе беспорядочно мельтешил снег. Вглядываясь в мутную тьму, Уорд прислушался – вокруг ни души. Звать Кэма он передумал. Вместо того бесшумно слетел с крыльца. Озираясь, добрался до дворового ограждения, нырнул в проём и крадучись двинулся вдоль каменной кладки в сторону дома.
За несколько часов небо скрыли плотные тучи. Начиналась метель. За белёсыми вихрями мерещились бегущие тени. Колючий снег кружил в воздухе, бросался в лицо и забивался под воротник. Вжав голову в плечи и пригибаясь под стремительными порывами, убийца уносил ноги прочь. Он с трудом разбирал дорогу – перед глазами всё мельтешило.
Впереди за мутной пеленой косо прошла крупная тень, и Виндок замер на месте, нутром почуяв смертельную опасность. Взгляд беспокойно заметался по сторонам. Уорд учуял чужого. Опять. Чужую поступь, чужое дыхание, чужой… Сердце сжалось от страха. Теперь он понял, что это было. Там, будучи в камере, он уловил ароматы зимнего леса. Смолисто-древесный и терпкий, с примесью запаха мокрой шерсти.
И вдруг совсем рядом, сквозь сухой вьюжный шелест раздался приглушённый утробный рокот. За быстро летящим снегом яростно полыхнули два месяца.
Уорд сжался от ужаса. Потеряв способность дышать, он безотрывно смотрел вперёд. Из темноты, прорывая снежную завесу, к нему устремился чудовищный монстр – воплощение первобытной звериной жестокости.
Огласив округу оглушающим рёвом, здоровенная тварь налетела на Виндока. В лицо ударило влажным жаром. Уорд попытался отбиться, но не почувствовал рук. Те безвольно болтались где-то отдельно. За взмахом когтистой лапы грудь рассекли раскалённые струны. Перед глазами взметнулся тёмный фонтан.
Уорд удивлённо моргнул, пытаясь понять, что происходит. Ещё успел испытать удушающий ужас, когда в окровавленной пасти между острых клыков слабо трепыхнулся вырванный кусок плоти.
«Я сам очищу тебя от скверны», – прогрохотало в мозгах.
А позже пришла боль. Дикая, ослепляющая. Расколовшая сознание длинными саблевидными когтями.
>>>
– Эй, Кэм! – Пришедший наутро сменщик поднялся по ступеням и с изумлением взялся за скобу настежь распахнутой двери. – Чего, не запираешься? – спросил он приглушённо, в душе шевельнулось нехорошее предчувствие. – Помещение выстудишь, чай не лето. Эй, Кэм!..
Он заглянул в дверной проём и недоумённо хмыкнул. Надзирателя на месте не оказалось. Внутри стылого помещения замерла тишина. Печь давно прогорела, по тёмному проходу гулял сквозняк. Охранник поднял фонарь повыше и пошёл вдоль пустых клеток. В оранжевом свете блеснула открытая решётка последней. Камера Виндока стояла пустой. В здании не было ни души.
Взволнованный охранник кинулся назад, вывалился на крыльцо и, отдышавшись, помчался в сообщество с тревожной вестью.
>>>
– Видать, по нужде выходил.
Потрясённые охотники окружили мёртвого Кэма. Безголовое тело сидело за углом, привалившись к стене здания. Сама голова лежала рядом, на залитом кровью снегу, и смотрела на пришедших вытаращенными от ужаса остекленевшими глазами.
Старх сдвинул брови, поднял воротник и ниже надвинул шапку.
«Всё один к одному. Значит, так и должно быть».
Озадаченные мужики чесали лбы:
– Это кто ж его так?!
– Серые черти? – предположил кто-то с сомнением.
– Да не похоже. Те, если решились напасть, непременно бы пир устроили. А тут просто башку снесли.
– Это у кого ж столько силы? А, мужики?
– Да вот гадай теперь.
– Уорд!!! – прилетело от проулка, ведущего к пустырю. Там, за диким полем почти у леса, стоял дом Виндока.
Группа, топтавшая снег возле трупа, повернулась на крик. По дороге с белыми лицами бежали три парня. Примчавшийся первым, стащил шапку и, утерев взмокший лоб, ткнул пальцем на ряд деревьев за окраиной села.
– Уорд там.
Охотники дружно кинулась к лесу.
Над убийцей дочери Ландлоу сотворили лютейшую расправу. Виндока разорвали на части и смешали со снежной кашей, которая к утру смёрзлась в живописную кровавую картину. Только голову насадили на самый высокий сук ближайшей сосны.
– Не иначе возмездие, – послышалось в толпе.
– Что ещё за возмездие?! – рыкнул Старх.
Парень, высказавший догадку, смутился.
– Кара нарушителям границы миров, – добавил он неуверенно.
– Хватит!! – резко бросил новый глава. – Хватит уже всех этой чушью кормить!
Охотники примолкли. Поведя хмурым взглядом по темнеющим зарослям, Старх повернулся к двум своим подручным и негромко произнёс: – Одно скажу, кто бы это ни был, а теперь в лес только с опаской ходить надобно.
– Интересно, он хоть раскаяться успел?
К месту трагедии стекался народ.
– Вот ещё! – крякнул кто-то. – Уорд про милосердие с состраданием вообще не ведал. Его душа злобой до черноты была выжжена.
– Подлый убийца.
– Как быстро вы, однако… – стоящий позади всех Дакота выбивал трубку о придорожный столб. – Ни черта в голове. Ветер один. Куда подует, туда и… ай, – махнул он рукой и пошёл размашистым шагом прочь.
>>>
К вечеру разговоры не успокоились. В заведении Блейка собралась группа завсегдатаев.
– Слыхал от похоронщиков, когда останки Виндока осматривали, у того сердца не было.
– Да что там можно было найти, в такой-то каше.