Чтение онлайн

Вадим удивился собственной циничности. Неужели он и сам бы так поступил? Нет, пока лучше не отвечать на этот вопрос. Ещё точно не время.

Проблема в том, что народ, насколько бы он ни был предан своей госпоже, может самым элементарным образом взбунтоваться, и скормить пескам не кого-то из родных, близких или друзей, а богатенькую девочку, которая решила, что она тут главная. Поэтому ответ на вопрос, кого бы отдать на съедение пескам, был для Вадима очевиден.

Айюнар могла быть сколько угодно очарована историями о другом мире и встречей с иномирным пришельцем, но она не сумасшедшая, и готова удовлетворять своё любопытство лишь до определённой степени. По крайне мере, именно такое впечатление она произвела на Вадима. Даже самый-самый преданный самурай мог внезапно взбрыкнуть на своего даймё и поднять на него катану. Что уж говорить об обществе, которое, как для себя сделал вывод Вадим, на средневековое японское походило мало. Хотя некоторые элементы феодализма всё-таки просматривались.

Вадима передёрнуло: он представил как нечто, скрывающееся среди золотисто-красных песчинок, начинает стачивать его тело, оставляя лишь белые кости с кровавыми прожилками остатков мышц, которые потом тоже будут съедены. Представил, как его нервные окончания, разрываемые «водомерками», вопят от боли, посылая сигналы смерти в мозг. Как он падает лицом в Красный песок…

Тьфу! Да что же это такое! Он поймал себя на мысли, что держится одной рукой за ручку двери, и только прикосновение Айюнар заставило его отбросить мысль о том, чтобы выскочить из вездехода и бежать, куда глаза глядят.

– Постарайся расслабиться, Вадим! Следующий укол можно будет сделать только через пару часов, не ранее, - она держала его за левую руку. – Наверное, на тебя сыворотка действует слабее, потому что ты из другого мира.

«Не можешь сопротивляться – постарайся расслабиться и получить удовольствие» - вспомнилась похабная шутка. Проблема в том, что в данном случае никакого удовольствия даже близко не предполагалось.

– Остальные люди в караване, - Вадим глубоко вдохнул, пытаясь вызвать в памяти образ, который всегда ему помогал заснуть – выдуманный им идеальный пляж, на берег которого с легким шумом накатывают теплые волны, опалесцирующие поднявшимся из глубины планктоном, а над ним яркое бесконечное звёздное небо. Тревога, на удивление, стала быстро отступать, оставляя лишь чувство непонятной пустоты в голове, и почему-то ощущение голода, - они тоже использовали сыворотку?

– Нет, они сейчас жуют сушёные плоды дерева, называемое у нас Зендей, чтобы притупить страх, но которых тоже нельзя съесть много, так как можно потерять контроль над собой и… - Айюнар чуть помедлила, - расстройство кишечника.

– Наркотики? – уточнил Вадим. – Что ж это за место-то такое?! Которое вызывает панику и разряжает электроприборы!

– Называй это, как хочешь, Вадим. – Айюнар, наконец, отпустила его руку, видимо посчитав, что риск того, что он, потеряв над собой контроль, решит нырнуть мордой прямо в красный песок, отступил. При этом вторую часть реплики Вадима Айюнар опустила, сделав вид, что не слышала её, или, посчитав малозначимой, чтобы утруждать себя какими-нибудь пояснениями. – Труднее всего сейчас тем, кто здесь никогда раньше не был, на них Пески оказывают максимальное воздействие. Думаю, кое-кого уже даже связали. Потом становится проще, но до конца побороть страхи, которые они порождают нельзя. Либо сыворотка, либо, как ты говоришь, наркотики.

– И долго нам ещё идти по этой местности? – Вадим смотрел в окно на призрачное свечение. Было бы, пожалуй, проще, если бы оно было привычного по фильмам о призраках холодного фосфоресцирующего оттенка, а не этого красновато-оранжевого.

– Если повезёт, то к рассвету должны выйти.

«Если повезёт» – звучит так себе. Оптимизма Вадиму такая постановка вопроса не прибавила.

– И почему вы решили пойти этим путём? Что помешает дайхеддам преследовать нас по пятам?

Айюнар покачала головой.

– Дайхедды перемещаются на дертейях, они почти не используют самоходную технику, а дертейи очень, очень не любят Красные пески. Что-то связанное с устройством их нервной системы. Они их чувствуют, даже если полностью лишить их зрения и слуха. Они могут взбунтоваться, сойти с ума, убить наездника, либо вообще умереть.

– Надо же! – искренне удивился Вадим. – Мне эти зверюги показались довольно злобными и бесстрашными.

– У всего есть свои недостатки и достоинства, Вадим, - Айюнар сделал жест, как бы изображая руками две чаши весов. На неё сыворотка явно действовала лучше, чем на Вадима. – Дертейи могут быть очень преданными, причём даже не столько конкретному человеку, сколько целому племени, в котором их воспитывают с рождения. Поэтому покупать взрослую особь почти не имеет смысла.

– А твои уат-эйи, значит, менее восприимчивы к воздействию этого места?

– Да, иначе бы нам пришлось их бросить на границе Красных песков вместе с большей частью груза. К тому же они могут переваривать плоды дерева дезей, а дертейи не могут, они для них ядовиты.

– Это тот же наркотик, что жуют погонщики?

Айюнар молча кивнула.

– Слушай, я заметил, что ты очень не хотела идти этим путём? Это из-за тех дайхеддов, что пришлось принести в жертву, или есть ещё причины?

Айюнар, которая ещё минуту назад казалась оттаявшей, снова замкнулась.

– Не сейчас, Вадим, - отрезала она.

Ну, не сейчас, так не сейчас. Потом расскажешь, если захочешь. Однако, Вадим остался доволен своей догадкой, что резкая перемена настроения у Айюнар вызвана не столько самой необходимостью перехода через Красные пески, сколько прямо или косвенно связанными с ними воспоминаниями.

Следующие несколько часов прошли в томительном бездействии, если не считать того момента, когда Вадим с подачи Айюнар загнал себе в шею очередную дозу неизвестной жидкости, уменьшающей эффект от пребывания в Красных песках.

До этого он ещё никогда не делал себе уколы самостоятельно, предпочитая доверять эту процедуру людям с медицинским дипломом. А тут, сразу два укола за ночь и все в шею! С другой стороны, хорошо, что не в з@дницу, а то внутри вездехода делать это было неудобно, как и просить помощи в столь щекотливом деле его благодетельницы.

Хотелось бы, конечно, изучить и понять суть воздействия Красных песков на живые организмы и электронику. Вадим не был человеком мистического склада ума, не верил во всех этих колдунов и гороскопы, а значит у тех ощущений, которые он сейчас испытывает, и у того, что он видел несколько часов назад, должно быть логическое объяснение. Его просто не может быть.

Люди называют волшебством явление, которому пока просто не смогли найти научного объяснения. Кажется, что-то подобное он вычитал в какой-то книге, когда ещё ходил в школу. И у того факта, что он оказался в этом удивительном мире, у способа перемещения, которым он сюда попал, тоже должно быть такое объяснение. Как и существованию этого мира в целом.

Да, может быть, он его не поймёт, как не понимает фундаментальную квантовую физику, но на то есть учёные и специалисты, чтобы понять, а потом перевести это на язык, доступный среднестатистическому человеку. Можно не до конца понимать принципа происходящего, но он должен быть и обязан быть вполне материальным. Вы не вдаётесь в подробности работы электромобиля или «умных» часов, но вы же не считаете их проявлением магии. Да, если понять, как это работает, то вполне можно было подумать над областью применения этого феномена где-нибудь на Земле. Почему нет?

А что если вообще сделать информацию об этом мире публичной? Это же в корне изменит всю историю человечества! Представьте себе, как изменится туристический рынок!

Что касается Красного песка, то проблема в том, что кроме военного потенциала ничего другого в голову не приходило. Этично ли это? С другой стороны, сначала появилась ядерная бомба, а уже потом атомные электростанции.

Впрочем, скорее всего, купить туристический тур в иномирье тоже так просто не получится. Военные приберут эту сферу к своим рукам, что в какой-то мере, не так уж и не правильно.