Чтение онлайн

– Да о ком ты говоришь?! – Нервничала Айюнар.

– Я о той мумии в плаще, обмотанной тряпками! Вы же не могли его не видеть! Он же явно выбивался из общей толпы! Он… оно влезло мне в мозг!

Айюнар занервничала ещё больше, но совсем не от того, что Вадим нёс несусветную чушь, отвлекая её от разборок с Даутом. Наоборот, выглядела она настороженно, так, как выглядит человек, который вспомнил, что-то очень важное, от чего зависит его жизнь.

Вот бы тебе вспомнить то, что ты забыл, Вадик, да?

– Мы видели только дайхеддов! – Наконец, ответила она, а потом решила уточнить – Ты не ранен? Может, тебе плохо?

В последней фразе Вадим уловил нотки надежды. Мол, лучше бы ты отравился выпивкой, Вадик, чем озвучивал сейчас то, что ты озвучиваешь. Мол, у тебя стресс и всё такое, ведь так, Вадик?

Вот сейчас было обидно. Последний раз, алкоголь (причём местный) Вадим употребил на том самом вечере, где танцевала Айна. После той ночи он чуть было не отправился танцевать вокруг вечного костра вместе с духами предков, если бы его не отпоили каким-то неизвестным ему противоядием.

– Нет, Айюнар, - настаивал на своём Вадим, - я видел то, что видел! А вы, получается, не видели!

Она закрыла лицо ладонью. Из состояния задумчивости её вывел Даут.

– Несколько дайхеддов ушли, - напомнил он, и Айюнар вернулась в реальность.

– Ты же понимаешь, что это значит?! Придут другие! Если они близко, мы не сможем уйти, Даут! – покачала она головой.

– Сможем, - твёрдо заявил он.

– И как же, Даут?!

– Мы дойдём до оазиса Дейсет-Аум, а потом…

– А потом? – В голосе Айюнар послышалось отчаяние.

– Через Красные пески, госпожа.

Айюнар издала стон, полный безысходности.

– Я знаю путь, Айюнар, - попытался успокоить её нимеец. – Мы пойдём днём и ночью, и дойдём до оазиса. И тогда мы выиграем время. И пройдём Красные Пески по тропе.

Даут был ранен, но продолжал стоять перед Айюнар, демонстрируя одновременно и покорность и преданность, и решительность.

– Айюнар, - произнёс он, - госпожа, ты знаешь, что я сделаю, всё чтобы исполнить договор. Чтобы защитить тебя. Даже ценой своей жизни. Прошу, доверься мне, Айюнар эн Сайет!

Вадим ещё никогда со времени своего появления в этом новом чудесном и одновременно ужасном мире не видел Айюнар в таком смятении. До этого она казалась ему уверенной во всех отношениях женщиной. Своего рода решительная бизнес-леди иномирья.

Но сейчас невооружённым взглядом было видно, что её захлёстывают цунами эмоций, с которыми она пытается совладать, но у неё это получается с большим трудом.

Она опрокинула голову и смотрела, покачиваясь, в обретающее утреннюю чистоту небо. На её лице темнели засохшие капли крови и прилипший песок. Волосы её уже не выглядели такими же ухоженными, какими их обычно видел Вадим.

Потом она окинула взором пропитанное кровью поле ночной битвы, полное мёртвых тел людей и животных. Посмотрела прямо в глаза Вадиму, от чего тот почувствовал себя по-настоящему неудобно. Нет, не смотрит так незнакомая женщина на незнакомого мужчину. Да и на того, кого знает давно, тоже так не смотрит.

«Да что же это происходит?!» - подумал Вадим.

Айюнар положила ладонь на склонённую голову Даута.

– Значит, у нас нет выбора, - обречённо произнесла она.

Что однозначно понял Вадим, так это то, что каравану придётся резко поменять путь следования, и новая дорога лежала через некие Красные пески. Почему они Красные, ему было не известно. Может, потому что реально красные, а может, дела обстоят примерно как с Красной площадью в Москве и они по каким-то причинам считаются местными жителями красивыми.

Но ясно было одно – место не очень хорошее, и лучше через него не ходить. Страшное и красивое? Сочетание не лучшее, вообще-то. Какие-нибудь зыбучие, наверное, эти пески. А учитывая реакцию Айюнар на эту новость – очень и очень зыбучие.

Но сначала надо было отдать последние почести павшим.

К сожалению, в ходе ночного боя не обошлось без потерь со стороны каравана. Даже с учётом того, что кочевники понесли разгромное поражение в результате внезапной атаки, оперативно спланированной Даутом, погибшие бойцы заставляли задуматься о мимолётности бытия, да и эйфории от победы не ощущалось вообще никакой. Ни Вадимом, ни местными.

С другой стороны, думал Вадим, а настолько ли была нужна эта самая ночная атака. Может быть, достаточно было обойтись без неё, и всё бы закончилось обычными переговорами: дайхедды убедились бы, что Вадим не тот, кого они ждали, что у него нет того, что им должны были принести, и они мирно разошлись бы каждый в своём направлении.

Но кто он вообще такой, чтобы судить о местных обычаях и политической ситуации. Вадим пребывал в новом для него мире всего ничего и вообще удивлялся, что не тронулся чердаком от всех приключений, что на него свалились. В то же время Даут был на сто процентов уверен в том, что дайхедды не отпустили бы их ни при каких условиях. Что, заполучив искомое, они обязательно ударили бы по каравану, и тогда потерь было бы в разы больше. И не факт, что тогда победили бы сайхеты.

«Долгая история противостояния» - как сказал переговорщик от дайхеддов. Видимо, реально долгая и очень жестокая. Его скользкая улыбка до сих пор стояла перед глазами

Но неужели дайхедды такие отморозки? Вадим закрыл глаза и растёр ладонью лицо. Во что же он влип?! Во что же он влип?!

– Думаешь о павших? – Айюнар стояла рядом на церемонии погребения. – Не стоит долго жалеть об их гибели, они знали, на что шли.

Вадим смотрел, как хоронят пятерых погибших бойцов из охраны. Двух сайхетов и трёх нимейских наёмников.

Что тут можно сказать? Да, они знали, на что шли. Любой солдат-контрактник, любой полицейский и даже пожарный в идеале знает, на что идёт и понимает, что любая командировка или выезд по вызову могут стать для него последними, но всё-таки… всё-таки реакция Айюнар показалась Вадиму если не сухой, то довольно сдержанной.

Он взглянул на неё, и ему показалось, что за внешней маской сдержанности в душе у неё, как ни крути, бушует целая буря эмоций, которую она скрывает неимоверным усилием воли. Руководителю нельзя показывать слабость. Никогда.

Сначала слово взял Даут, командир наёмников и офицер безопасности, он был краток: знал их лично, служили верно, исполнили долг до конца, их семьи могут ими гордиться, и не будут жить в нужде. Стандартная формулировка, в общем.

В то же время, Вадим уловил ещё одну капельку знаний о новом мире: здесь существуют семьи, что уже хорошо. Значит, они в чём-то похожи. Значит можно найти дополнительные точки соприкосновения. Оставалось надеяться, что под семьёй здесь понимают примерно то же самое, что и он, и не вкладывают в это понятие смысл, который сейчас набирает популярность в Западной Европе. Всё-таки Вадим был консервативным, что касается отношений мужчины и женщины.