Чтение онлайн

Кабинет начальника отдела межмировых аномалий выглядел ещё хуже, чем вчера. При дневном свете (если свет от светящихся шаров можно было назвать дневным) все его недостатки стали видны особенно отчётливо.

Во-первых, пыль. Она была везде — на стеллажах, на папках, на подоконнике, на столе Фредрика и, конечно, на моём столе. Толстым слоем, серой, пушистой, какой-то агрессивной пылью, которая, казалось, сама набрасывалась на любую поверхность, стоило ей остаться без присмотра хотя бы на минуту.

Во-вторых, папки. Их было не просто много — их было катастрофически много. Они лежали на столах, на стульях, на полу, на подоконнике, на стеллажах (которые, судя по прогнувшимся полкам, давно требовали замены). Некоторые папки были открыты, и из них торчали бумаги, другие были закрыты на тугие завязки, третьи — запечатаны сургучом с какими-то символами.

И в-третьих, звуки. Кабинет Фредрика был живым. Я не сразу это поняла, но через минуту пребывания внутри начала различать странный, едва уловимый шёпот. Он доносился отовсюду — из папок, из ящиков стола, даже из стен.

— Что это? — спросила я, оглядываясь.

— Папки жалуются, — ответил Фредрик, не поднимая головы. Он уже сидел за своим столом и что-то писал, делая вид, что меня не существует. — Если их неправильно положить, они начинают шуршать. Если перепутать местами — кричат. Если положить вверх ногами — плачут. Предыдущая секретарша научилась определять их настроение по тону шёпота. Вам тоже придётся.

— Папки… плачут?

— Образно выражаясь. Скорее, издают звуки, похожие на плач. Это связано с магическим полем документов. Каждый отчёт, каждое заявление, каждая жалоба содержит частичку эмоций заявителя. Со временем эти эмоции накапливаются, и папки начинают их транслировать. Отсюда шёпот, крики и прочее.

Я посмотрела на ближайшую папку. Она была коричневой, потрёпанной, с надписью на уже знакомом мне языке. Папка молчала. Но когда я протянула руку, чтобы её взять, она вдруг издала тонкий, жалобный звук, похожий на скрип половицы.

— Не трогайте, — сказал Фредрик. — Это архивные материалы за прошлый год. Они нервные. С них и начнём.

— С архивных материалов?

— С сортировки входящих жалоб, — поправил он. — Грета говорила вам, где что лежит?

— Нет, мы… мы сразу пошли к дракону.

Фредрик вздохнул. Этот вздох был красноречивее любой лекции.

— Значит, так. Ваше рабочее место — у входа, — он указал на столик, который вчера был завален бумагами, а сегодня, кажется, обзавёлся новыми слоями. — Сегодня ваша задача — разобрать входящие жалобы на бытовые магические помехи. Это самые простые документы. Вам нужно прочитать жалобу, определить её категорию — бытовая, коммерческая или криминальная — и положить в соответствующую папку. Жёлтая папка — бытовые, синяя — коммерческие, красная — криминальные. Всё понятно?

— Понятно, — сказала я, хотя на самом деле поняла только про цвет папок.

— Тогда приступайте. Я буду у себя. Если возникнут вопросы — спросите у Греты. Она придёт через час.

Фредрик снова уткнулся в свои бумаги, и я поняла, что аудиенция окончена.

Я подошла к своему столу и с ужасом уставилась на гору документов. Это была не гора. Это был Эверест. Джомолунгма из бумаги, сургуча и чьих-то эмоций.

— Ну, — сказала я себе, — начинаем.

Первые полчаса прошли на удивление спокойно. Я брала верхний документ (плотный лист пергамента, исписанный витиеватым почерком), пыталась разобрать написанное, определяла по ключевым словам категорию и клала в нужную папку. Жалобы были… забавными.

«Мой котел перестал греть воду по утрам, — читала я. — Вместо горячей воды он выдает мыльные пузыри. Прошу проверить, не нарушена ли магическая сеть в моем доме».

«Соседская драконья пальма (Дракон-змея) проросла сквозь стену в мою спальню и каждую ночь издает звуки, похожие на храп. Требую компенсацию за моральный ущерб и удаление растения».

«Мой фамильяр — кот по кличке Барон — научился открывать порталы в холодильник. Теперь еда пропадает необъяснимым образом. Прошу запечатать портальный фон в моей квартире».

Бытовая, бытовая, коммерческая? Я задумалась. Пропажа еды из холодильника — это, наверное, всё-таки бытовая. Положила в жёлтую папку.

В какой-то момент я почувствовала, что процесс вошёл в колею. Рука привыкла перекладывать документы, глаза — выхватывать знакомые слова, мозг — автоматически сортировать. Я даже начала напевать что-то себе под нос — кажется, «Спят усталые игрушки», детская колыбельная, которая почему-то всплыла в памяти.

И в этот момент я заметила артефакт.

Он стоял на краю моего стола, прикрытый стопкой бумаг. Небольшой, размером с кулак, предмет из тёмного металла, покрытый замысловатыми узорами. Сверху у него была круглая кнопка, а по бокам — несколько гнёзд, похожих на разъёмы.

Я взяла его в руки. Металл был тёплым, почти горячим, и когда мои пальцы коснулись узоров, они засветились тусклым красным.

— Ой, — сказала я.

Артефакт пискнул. Красный свет сменился зелёным, и из гнёзд вырвались тонкие нити, которые потянулись к моим пальцам, обвили их и… я нажала на кнопку.

Я не хотела её нажимать. Мои пальцы сами это сделали. Или артефакт заставил их. Или мне просто было интересно, что будет.

В общем, кнопка нажалась.

И мир вокруг меня взорвался звуком.

Голос — громкий, хриплый, с каким-то металлическим оттенком — заговорил прямо у меня в голове. Или из артефакта. Или отовсюду сразу.

— связь! Наконец-то! Слушай, я уже думал, вы там все вымерли! Где вас носило целую декаду?! У меня тут товар залежался, болотная слизь первого сорта, свежая, прямо с утра собрал! Берёшь?

Я замерла, не в силах вымолвить ни слова.

— Алло? — голос стал тревожным. — Есть кто? Я слышу, что есть! Дыхание там, шуршание. Ты кто? Секретарша? Новая? Ну, давай, не тормози. Слизь нужна? Могу с доставкой, могу самовывозом. Цена договорная. Если берёшь оптом — скидка десять процентов.

— Я… — мой голос прозвучал пискляво и неуверенно. — Я не знаю…

— Чего не знаешь? Слизь не знаешь? Хороший товар! Болотная, чистая, без примесей. Для зелий, для артефактов, для удобрения драконьих пальм — всё подойдёт! Ты хоть спроси у своего начальника, он знает!

— Я не могу…

— Да что ты за секретарша, если ничего не можешь?! — голос возмутился. — Ладно, давай по-другому. Бери десять литров на пробу. Если понравится — потом закажешь. Только быстро, у меня ещё контракт с Торговым домом висит, но тебе, как своим, отдам дёшево. Десять литров за пять альдов. Идёт?