Чтение онлайн

Предварительная работа в этом направлении показала, что адекватным для изучения разноуровневых установок личности является принцип построения экспериментальной модели, берущей начало от исследований К. Левина, который условно может быть назван принципом «игровой имитации». Эксперимент указанного типа отличается особыми характеристиками, главными из которых являются: а) имитация в лабораторных условиях некоторой естественной ситуации; б) активное «игровое» поведение экспериментатора и использование подставных лиц (Басина, Насиновская, 1977). В дальнейшем планируется отработка экспериментальной модели, основанной на принципе «игровой имитации», и изучение на ней реальных условий, влияющих на формирование смысловых альтруистических установок.

Задача выделения и разработки целого арсенала методов, построенных на основе принципа деятельностного опосредования, приобретает особую значимость в свете такой сугубо практической и жизненно важной проблемы, как проблема воспитания личности. Следует особо подчеркнуть, что с нашей точки зрения психологическим объектом воспитания являются смысловые образования личности (Асмолов, 1977,1979). Из подобного понимания психологического объекта воспитания вытекает то, что перевоспитание личности всегда идет через реорганизацию деятельности и не может осуществляться посредством воздействий чисто вербального характера. Здесь необходимо специально оговориться, уточнить представление о вербальных воздействиях. Под вербальными воздействиями имеются в виду лишь воздействия посредством текста (Бассин, 1978; Хараш, 1978), через которые передается система значений, сумма знаний о действительности, а не воздействия, выражающие личностные смыслы и смыслообразующие мотивы деятельности. К числу последних прежде всего относится такая специфическая форма деятельности общения, как искусство, основная особенность которой и состоит в том, чтобы, по выражению А. Н. Леонтьева, суметь побороть равнодушие значений и передать личностные смыслы (см. Братусь, 1974). Истинное искусство как раз и является одним из самых могучих источников формирования и изменения смысловых образований личности. Поэтому, выдвигая положение о том, что перевоспитание личности всегда идет через реорганизацию деятельности, мы, конечно, подразумеваем и такую форму деятельности, как общение, особенно общение посредством искусства.

В настоящее время уже получены данные, которые позволяют судить о действенности методов, построенных на принципе деятельностного опосредования, в такой выделенной нами специальной области исследования личности, как восстановительное воспитание тех или иных нарушенных смысловых образований личности, в частности смысловых установок личности. Речь идет о том, что процесс реабилитации рассматривается как особый случай воспитания личности и, соответственно, как процесс трансформации и смысловых образований личности. Подобное понимание реабилитации приводит к возникновению особой задачи — задачи выделения принципов и выработки конкретных приемов восстановительного воспитания. Предварительно полученные данные (Реньге, 1978 а, в), а также анализ литературы (Бернштейн, 1947; Леонтьев А. Н., Запорожец, 1945; Лурия, 1969; Цветкова, 1972) позволяют выдвинуть два гипотетических принципа восстановительного воспитания: а) принцип «опоры на сохранные смысловые установки личности»; б) принцип «включения» личности в значимую деятельность (А. Г. Асмолов, В. Э. Реньге).

Описанный подход к изучению смысловых образований предполагает разработку проблемы личности не столько в интрасубъектном, сколько в интерсубъектном плане, рассматривающем личность сквозь призму коммуникативных взаимодействий, в которые она включается.

Основания интерсубъектного подхода к исследованию личности, вытекающие из критики ограниченности традиционно-интрасубъектного понимания человеческого «я», четко сформулированы А. Н. Леонтьевым: «Мы привыкли думать, что человек представляет собой центр, в котором фокусируются внешние воздействия и из которого расходятся линии его связей, его интеракций с внешним миром, что этот центр, наделенный сознанием, и есть его «я». Дело, однако, обстоит вовсе не так. <…> Многообразные деятельности субъекта пересекаются между собой и связываются в узлы объективными, общественными по своей природе отношениями, в которые он необходимо вступает…» (Леонтьев А. Н., 1975, с.228). Человеческое «я» оказывается таким образом включенным в общую систему взаимосвязей людей в обществе, при этом не растворившимся в ней, а, напротив, обретающим и проявляющим в ней силы своего действия.

Это положение А. Н. Леонтьева явилось одним из исходных при разработке метода группового воздействия на личность больных с афазией, задачей которого является восстановление речи и трансформация смысловых образований личности у этого контингента больных в ходе реабилитации. Данная форма восстановительного обучения больных позволяет реализовать принцип деятельностного опосредования смысловых образований личности при помощи использования различных видов общения как одной из форм деятельности, а также различных видов предметной деятельности (частично в игровой форме).

Подобная реабилитационная работа методом групповых занятий проводится уже более четырех лет. Полученные экспериментальные и клинические данные позволяют говорить о возможности эффективного использования методов группового воздействия на больных с афазией как для преодоления дефектов личности, так и в восстановлении способности к вербальному и невербальному общению. Указанная форма воздействия на патологические изменения личности способствует не только преодолению частных дефектов, но прежде всего социальной реадаптации больных. Опора на различные виды деятельности, в группе способствует восстановлению смысловых образований личности. Что же касается восстановления самой речи, то воздействие на личность больных через их групповое взаимодействие способствует восстановлению как общего модуса вербального общения человека с человеком, так и восстановлению таких внешних характеристик коммуникативной функции речи, как ее активность и интенциональность (Цветкова, 1972, 1975; Цветкова, Глозман, Калита, Цыганок, 1977).

В дальнейшей разработке проблемы личности под интерсубъектным углом зрения мы исходим из противопоставления закрыто-монологической и открыто-диалогической форм общения. Первая из них характеризуется применением ситуативно сообразных конвенциально-ролевых «масок», тогда как для второй типична открытая фокусировка партнеров, пересечение их деятельностей (Хараш, 1977 а, б) на личностно-осмысленном общем предмете, производственной задаче, социальной норме или ценности, личной проблеме. Предполагается, что открыто-диалогическое общение как раз и является одним из стимуляторов созревания смысловых образований и роста личности (Хараш, 1978). Эту гипотезу мы предполагаем проверять и конкретизировать, изучая функции открыто-диалогического общения в воспитательном процессе, а также смысловую структуру диалогического сообщения в связи с уровнем его воздейственности, взаимодействие коммуникатора и реципиента в процессе публичного выступления и т. д. Особая роль отводится в нашем исследовании анализу процессов, протекающих в специально организованных группах открытого общения, воспроизводящих в своей структуре многообразную совокупность типичных межличностных взаимодействий.

Проверка принципов изучения личности, описанных в этой работе, ведется сейчас в целом ряде теоретических и экспериментальных исследований, которые должны в перспективе привести к созданию системы приемов воспитания и коррекции, построенной на принципе деятельностного опосредования. Такая система приемов могла бы быть названа смыслотехникой.

В заключение хочется отметить, что в этой статье лишь поставлены некоторые проблемы и выделены принципы, которые легли в основу программы, созданной группой по исследованию личности на факультете психологии МГУ. Мы надеемся, что кратко очерченные нами проблемы «большой» и «малой» динамики смысловых образований личности и методы, построенные по принципу деятельностного опосредования, выступят в роли ориентиров для будущих конкретных исследований по психологии личности.

Анциферова Л. И. Некоторые теоретические проблемы психологии личности // Вопросы психологии. 1978. № 1.

Асмолов А. Г. Деятельность и уровни установок // Вестник Моск. ун-та. Сер. 14, Психология. 1977. № 1.

Асмолов А. Г. Деятельность и установка. М., 1979.

Асмолов А. Г., Петровский В. А. О динамическом подходе к психологическому анализу деятельности // Вопросы психологам. 1978. № 1.

Басина Е. З., Насиновская Е. Е. Роль идентификации в формировании альтруистических установок личности // Вестник Моск. ун-та. Сер. 14, Психология. 1977. № 4.

Бассин Ф. В. У пределов распознанного: к проблеме предречевой формы мышления // Бессознательное: природа, функции, методы исследования. Тбилиси, 1978. Т. 3.

Бернштейн Н. А. О построении движений. М., 1947.

Братусь Б. С. Психологический анализ изменений личности при алкоголизме. М., 1974.

Братусь Б. С. Об одном механизме целеполагания // Вопросы психологии. 1977 а.№ 2.

Братусь Б. С. Психологические аспекты нравственного развития личности. М., 1977 б.

Выготский Л. С. Избранные психологические произведения. М., 1956.

Зейгарник Б. В. Личность и патология деятельности. М., 1971.

Зейгарник Б. В. Патопсихология. М., 1976.