Чтение онлайн

— Боюсь, я сам сейчас не в состоянии, придётся тебе перенести нас обоих… — прохрипел он. — Но учти, спасательница, если со мной приключится расщеп, тебе придётся левитировать меня или и вовсе тащить на себе.

— Тащить? Вот ещё, ты же фунтов сто пятьдесят весишь! — шутливо возмутилась Мари, чтобы разрядить обстановку, и увидела, как разбитые губы Теда тронула слабая улыбка. В эту секунду она любила его так сильно, что готова была на всё.

И она трансгрессировала прямо к витрине заброшенного универмага «Чист и Лозоход лимитед».

Остаток дня Мари просидела в коридоре первого этажа, пока целители колдовали над Тедом в перевязочном боксе. Находящиеся в неведении и наверняка обыскавшие все окрестности «Ракушки» родители, дядя Гарри и тётя Гермиона присылали Патронусов одного за другим, но у Мари не было моральных сил на то, чтобы создать ответного Патронуса, поэтому она воспользовалась услугами больничных сов и отправила с одной из них короткое письмо родным.

— Приветствую, мисс, — прозвучал над ухом низкий голос, и в тот же момент на скамью рядом с ней плюхнулся парень, как две капли воды похожий на Лисандера Саламандера, и с ходу спросил: — Вы Мари Уизли, верно?

— Да, — немного растерянно ответила она, внимательно вглядываясь в лицо собеседника, которое казалось знакомым и в то же время чужим. — А вы?..

— Я Лоркан, брат-близнец Лисандера, — с готовностью пояснил тот, и Мари сразу поняла, что отличало его от брата: чуть глубже посажены глаза, чуть сдержаннее была улыбка, ну и голос, который никак не вязался в её представлении с внешностью Лисандера, за которого она сперва его приняла. — Ну как там Тед?

— Сейчас лежит в перевязочной, скоро в общую палату переведут.

— Какие повреждения?

— Сказали, что средней тяжести, — вздохнула Мари, хотя для неё эти, как выразился Лоркан, «повреждения» были самые что ни на есть смертельные. Вдруг ей вспомнилось, что у мракоборцев было какое-то важное дело, на которое из-за нападения и не смог отправиться Тед. — А как у вас всё прошло?

— Эээ… — Лоркан явно не ожидал такого вопроса. — Да всё в порядке… Слушайте, я пойду, а вы передавайте привет нашему больному от всего отдела. Скажите, что мы за него кулаки держим.

— Обязательно, — Мари улыбнулась уголком рта. — Передам, конечно.

— Отлично. Счастливо.

Он ушёл. Мари посидела ещё немного в тишине, потом прошла взад-вперёд по коридору в поиске каких-нибудь брошюр или медицинских журналов, желая отвлечь себя чтением, но ничего подобного не увидела. Тогда она вернулась на прежнее место и села поудобнее, понимая, что придётся ещё подождать. Когда сон и усталость почти сморили Мари, её разбудил целитель в лимонном халате.

— Мисс, это вы с больным Люпиным поступили?

— Да, — она резко встрепенулась, протирая глаза.

— Его перевели в палату на втором этаже, так как здесь всё забито. Можете побыть с ним до восьми вечера, но потом нужно будет покинуть больницу.

— А когда же… — начала Мари.

— Приёмные часы — с десяти до двенадцати. Но, я думаю, завтра его уже выпишут. Больно уж на свободу рвётся наш пациент, — целитель улыбнулся.

Мари побежала к лестнице, схватив на ходу халат у какой-то медсестры.

Тед лежал на кушетке, кое-где перевязанный бинтами, и тяжело дышал. Мари взяла стул и тихо села рядом. Он с трудом открыл воспалённые глаза, окружённые кровоподтёками.

— Тед… — потрясённо прошептала она, разглядывая синяки и ссадины на видимых участках его тела. Её сердце сжималось от жалости.

Он осторожно повернул голову и посмотрел на неё так вымученно, что Мари чуть не заплакала. Его рука слегка дёрнулась, и она вложила свою ладонь в его, горячую и влажную.

— Любимая… — прохрипел Тед. От этого слова к чувству жалости добавилось чувство нахлынувшего счастья. Мари еле справлялась с таким калейдоскопом эмоций и отвернулась, чтобы не показывать ему навернувшихся слёз. Но он, как всегда, всё понял и еле заметно сжал её руку.

— Спасибо…

— Так и должно быть, — по привычке ответила она и, не в силах больше сдерживаться, прильнула к Теду и уткнулась лицом ему в шею. Он тяжело, но умиротворённо вздохнул. Мари гладила его по голове — там, где не было бинтов — и слегка прижимала к себе.

— У тебя нет переломов? — спросила она еле слышно, боясь услышать ответ.

— Нет, слава Мерлину. А если бы и были, я всё равно настаивал бы на завтрашней выписке под свою ответственность.

— Тед, тебе надо прийти в себя! Ты же ходить не сможешь…

— Почему же, — он потихоньку улыбнулся, — не то что ходить, бегать буду. И даже самостоятельно трансгрессировать.

— Лежи. Это мой приказ, — сказала она твёрдо.

— Мари, какая же ты…

— С кем поведёшься, — подмигнула Мари, пытаясь поднять Теду настроение. — Кстати, твои ребята передавали тебе большой привет.

— Спасибо. Это приятно, чёрт возьми. Ну, то, что я для них не просто начальник, но и человек тоже.

— А ты сомневался? — удивилась Мари, но в этот момент в дверь постучали.

— Посетители, на выход!

— Мне надо идти… — мгновенно погрустнела она.

— Будь осторожна. Трансгрессируй лучше в «Ракушку», всё-таки у тебя сегодня праздник, да и там ты под присмотром главного аврора, — Люпин попытался усмехнуться, но вышло без особого успеха. — Обязательно сообщи мне, как будешь дома.

— Хорошо, — Мари встала, но потом наклонилась и осторожно поцеловала его разбитые губы. — Я приду завтра.

Она шла по больничному коридору, стараясь думать только о хорошем, но в голову лезли жуткие картины сегодняшнего дня, и перед внутренним взором раз за разом всплывало имя этого Эльмара Флинта, новичка Следственного отдела, люди которого напали на Теда. «Кто же он такой, что он замышляет? Вернее, уже не замышляет, а вовсю претворяет в жизнь…»

С этими тяжёлыми мыслями Мари вышла на улицу и спустилась в метро, не слишком торопясь домой — ей нужно было ещё немного времени, чтобы подумать. «Надо разузнать о нём, пока он не прикончил Теда. Только как это сделать?.. Ах, да! Джеймс! Тед говорил, что именно Джеймс донёс до его сведения информацию о саботаже Флинта… Только расскажет ли он хоть что-нибудь мне? Ну ладно, попробовать в любом случае стоит».

В «Ракушке» Джеймса уже не было, их с Гарри срочно вызвали в Аврорат. Наспех объяснив всё домашним и стараясь не встречаться с их изумлёнными взглядами, Мари сослалась на головную боль и отправилась в постель. Однако поспать ей так и не удалось, и она проворочалась до самого утра, а в начале седьмого начала потихоньку собираться в Министерство. Нужно было подождать, когда основные министерские отделы начнут свою работу, а не бежать туда сломя голову прямо сейчас, когда во всём здании наверняка лишь обслуживающий персонал да несколько дежурных колдунов.