Чтение онлайн

Легче от сказанного Артему почему-то не стало. Он продолжал еще о чем-то думать и достал из пачки следующую сигарету.

– Тём, я тебе не верю.

– Да что ты ко мне привязалась, в конце концов! Все, больше мне тебе сказать нечего. Я действительно поссорился с этим козлом! Я расстроен именно из-за этого. Давай поговорим о чем-нибудь другом.

– Ну, хорошо, давай о другом.

Минуты две длилось тяжелое молчание.

Ей хотелось, чтобы он сказал правду, и хотелось самой во всем признаться. Но ни то ни другое не казалось возможным.

"Наверное, никогда у нас больше ничего не будет, о чем я мечтала до Бердянска. Раньше хоть призрачный шанс оставался, а теперь уже все сломано, и нет надежды", - думала Саша.

Ему в этот момент хотелось только чтобы она ушла и оставила его в покое на несколько дней, пока он не переживет свой кошмар, пока что-то не выяснится. А если так и не будет ничего известно ни о той девушке, ни о том - ищут ли его или нет? "Лучше бы я вернулся тогда - хотя бы знал, что с ней".

– Солнышко, прости меня, мне сейчас, правда, плохо, нет никакого настроения общаться - это с тобой никак не связано, давай... я побуду пока один, я тебе обязательно позвоню через несколько дней, ладно? Мы сходим куда-нибудь, устроим романтический ужин, можно в Венецию слетать на пару дней, - он плохо себе это представлял, но главное было сейчас хоть что-то сказать - все, что угодно, лишь бы создать хорошее впечатление, лишь бы она ушла, а потом выпить еще спиртного, и тогда точно все будет хорошо.

– Ну ладно, как скажешь.

Она вышла в коридор, мучительно долго возилась с завязками на босоножках. Взяла зеленую войлочную сумку в цвет ногтей и сережек. Железная дверь за ней захлопнулась.

Ему вдруг стало ужасно грустно. Будто грохот двери спугнул последнюю надежду, она выпорхнула в раскрытое окно, и теперь впереди лишь одиночество, страх, пустота. Он застыл посреди коридора, лицо руками закрыл. "Дурак, нужно было все ей сказать, она бы обязательно что-нибудь придумала, а теперь я и ее теряю. Еще не поздно все вернуть..." Но тело не слушается. Он продолжает стоять минут семь. Затем медленно идет к бару...

Она сидит возле двери на корточках. Слезы тихо текут по щекам. Хочется, чтобы как раньше, в сердце - лишь он один; чтобы полностью быть на его стороне, искренне стараться помочь, понять - в любой час любого дня. Но как раньше, уже никогда не будет, а возможно, больше не будет вообще ничего. "Зачем же тогда уехала из Бердянска? Как все глупо и сложно, а счастье, наверное, в простом...

...Ну, раз уж я здесь, нужно все же забыть ту грозу и Олега. Хотя бы на несколько часов".

Он слышит стук в дверь, бутылку ставит на место, и на измученном лице мелькает улыбка.

Саша

Артем открывает дверь, бросаюсь ему на шею, как раньше. Бердянск растворяется, будто и не было вовсе, чувствую просто любовь. И он - какой-то другой, и кажется, больше желания быть со мной - в объятьях. В измученном взгляде - больше тепла... Нежность обволакивает. Теперь ты все мне расскажешь. Проходим в комнату. В полумраке лишь дневной свет сочится сквозь вновь задернутые шторы. Садимся на постель.

– Что случилось у тебя?

– Я...

Закрывает лицо руками, локтями упирается в колени. Сижу с ногами на кровати, вижу его фигуру в профиль. Буду расспрашивать, пока он не скажет. Он чувствует мою решимость и не пытается врать. Но ему тяжело сказать правду.

– Мы... ...А потом Рома с Ксю...шей вышли из машины. Больше я их не видел. А я...

– Что ты?!

Мне вдруг становится совсем жутко.

– Я... не...
– он подавился словами, - не мог вернуться. А если там труп?

И дальше множество объяснений, почему он был прав, объяснений, которым нет конца. Не могу больше это слышать, кричу:

– А когда ехал дальше, ты думал о ее родных?! О тех, кто ее любит? Для кого она - часть жизни, важная, лучшая часть! А теперь ты не знаешь даже, жива она или нет! Сбежал и чего добился?! Счастлив?!

– Я так и думал, что ты это скажешь! Ну хорошо. Что я должен был сделать? - раздраженно.

– Не пускать пьяного Рому за руль машины твоего отца.

Молчит. Видимо, это еще не приходило ему в голову. И с этим он не может спорить. Встает. Подходит к окну. Открывает шторы. Закуривает. Да, это нелегко пережить. А он думал, что это все Рома. Не сидел за рулем сам, и все хорошо, да? Можно свалить все на других! Так просто. Да только - это путь в никуда. Путь в пропасть, в бездну собственной никчемности. Ответственным быть легко. Безответственным - сложно. Сложно - в плохом смысле. Когда все вокруг тебя - виноваты. Ты сломлен. Ты - святоша, а это все они - вот кто делает твою жизнь адом. "Выпью-ка я еще бокальчик".

Молчит... затем, еле слышно:

– Ты права, - поворачивается. В глазах блестят слезы.

– Хорошо. Что ты теперь можешь со всем этим сделать?

– Стекло не разбито, я осмотрел машину и...
– и дальше чудный план, как все замять и заставить исчезнуть факты.

– Артем, - устало, - это опять одна сплошная ложь. И ты не сможешь жить так, будто ничего не случилось. А если сможешь, нам не по пути. Выбирай - или ложь, мартини, постоянный страх, что тебя найдут, постоянная борьба с самим собой, когда один ты - все понимаешь, а другой - делаешь вид, что все нормально и ничего не произошло. Либо я, выяснение правды, да, проблемы, и да, возможность когда-нибудь быть счастливым. Возможность смотреть самому себе в глаза и знать, что хоть ты и ошибся один, даже два раза, но ты оказался достаточно зрелым, чтобы признать ошибки и исправить их. Хотя бы частично (потому что полностью это невозможно) возместить ущерб девушке, если она еще жива. Или ее родным, если нет. А если что, я поговорю с твоим отцом, и он поверит тебе. Рома мне никогда не нравился.

– Но... а если там труп? Меня посадят...

– А почему ты раньше об этом не думал, когда давал Роме ключи от машины?!

– Но ведь могло и обойтись, ведь не всегда же попадают в аварию...

– А вот не обошлось. Знаешь, в каком случае могло обойтись?

– ?

– Если бы за рулем сидел трезвый. У пьяных скорость реакции замедленная и внимания меньше. Скажи мне теперь насколько важно было доказать себе, что вы крутые? Насколько это важнее человеческой жизни?

– Что я дурак, я уже понял. Чего ты еще от меня хочешь?! И вообще, что ты ко мне прицепилась! Не нравлюсь какой есть - тебя никто не держит!
– кричит.

Почем я все еще сижу здесь и пытаюсь вытащить Артема из грязи, к которой он так упорно стремится? Противно. Уйти? Но уйти сейчас - равносильно тому, как он сбежал с места аварии. Что ж, пусть мы и не будем вместе, помочь ему я обязана. Хотя бы попытаюсь, сделаю все, что в моих силах.

– Артем. Ты, правда, думаешь, что сможешь быть счастливым, если оставишь все как есть? Если будешь делать вид, что ничего не было. Всю жизнь. И бояться, что тебя найдут. По сути, ты уже сейчас это и делаешь. И как ты себя чувствуешь? Расскажи мне, как?

Молчит. Смотрит в окно. И слышно в тишине, как тикают настенные старинные часы. Медленно текут минуты. Визг тормозов выдергивает его из оцепенения. Он вздрагивает. И я вижу - теперь он понял, что я пытаюсь сказать.

– Паршиво. Очень. У меня в ушах почти постоянно звук тормозов и крик Ксю. А если не это, то я объясняю сам себе, почему не виноват, но легче от этого мне не становится ни капли. И чтобы забыться, пью. Помогает неважно. Пожалуйста, помоги мне. Я не знаю, что мне делать. Придумай что-нибудь, пожалуйста, Саша. Прости, что я тебе нагрубил. Я не хотел. Мне очень, очень плохо.