Чтение онлайн

Экономка заморгала, смахивая слезы, вновь навернувшиеся ей на глаза.

— Вы очень добры, сэр.

— Вы можете идти.

— Да, сэр. Сию минуту, сэр.

Как только миссис O'Xapa вышла из комнат, Натаниэль перевел взгляд на меня, надеясь, судя по всему, услышать объяснения, которых, к сожалению, у меня не было.

— Тейлор, кто и почему мог желать твоей смерти? Ты нажила себе врагов в прошлом? Поэтому ты убежала?

Я покачала головой, тронутая его заботой. Итак, он все-таки беспокоился за меня.

— В одном я уверена — никто из тех, кто знал меня раньше, понятия не имеет, где я сейчас нахожусь.

Он с встревоженным видом погладил подбородок.

— Руф знает, что ты подслушала их с Пратвеллом разговор вчера вечером?

— Возможно, — признала я. — Феннивик видел, как я вошла с веранды сразу же вслед за ними. Он тут же бросился к ним и стал что-то им говорить. У Руфа был такой вид, будто он подавился. Но я уже рассказала тебе все что слышала, — я помолчала, — кроме одной вещи. Руф сказал, что тебя нужно остановить любым способом, и отец Пруденс с ним согласился.

В его глазах вспыхнул гнев.

— Ты подтвердила мои подозрения, что за вчерашним пожаром стоит Руф. Он, несомненно, видит в тебе угрозу. Может, он считает, что ты слышала больше, чем было на самом деле. Ну, например, что-то, что доказывает его причастность к пожару.

Я обдумала это замечание.

— Возможно. Сначала они разговаривали в дальнем конце веранды и только спустя некоторое время подошли ближе, так что я смогла их слышать. Но почему…

— Руф — беззастенчивый негодяй, и для него сейчас на карту поставлено целое состояние, — нахмурившись, объяснил Натаниэль. — Если он стоит за всем этим, то ты не будешь в безопасности здесь до тех пор, пока он не окажется за решеткой.

Я припомнила свои уроки истории.

— Он там окажется через несколько…

— Я не могу рисковать твоей головой, основываясь на предположениях. Есть только один способ обезопасить тебя — ты должна уехать из города сегодня же.

— Что? Но свадьба… До нее осталось каких-нибудь пара часов. Я не могу…

— Сможешь. — Он положил руки мне на плечи и посмотрел в глаза. Я увидела в глубине его черных, как ночь, глаз отражение внутреннего смятения. — Тейлор, ты знаешь, что я привязался к тебе за эти несколько дней. Даже больше, чем привязался. По правде говоря… — Он помолчал, глядя на меня с нежностью, и от этого взгляда мурашки побежали у меня по спине. — Мне невыносима мысль о том, что с тобой что-то может случиться.

— Не случится. Я буду осторожна. Я…

— Нет, — он приложил палец к моим губам, вынуждая меня замолчать. — Я не могу позволить тебе этого. Наш обман тянется слишком долго. Виктория и я не являемся твоими родственниками. Я не позволю тебе рисковать жизнью ради соблюдения приличий. Перед свадьбой я скажу Виктории, что ты заболела и должна была уехать домой. К концу церемонии тебя уже здесь не будет.

У меня возникло ощущение, что стены комнаты смыкаются вокруг меня.

— Неужели ты не понимаешь? Я не могу уехать домой. Я … не могу.

— Ну, ну, успокойся! — Его усы защекотали мне щеку, когда он наклонился и, обняв, привлек к своей груди, утешая. — Я обещал, что не отправлю тебя туда, откуда ты пришла, и это были не пустые слова. Я помогу тебе начать новую жизнь. Я куплю тебе билет на поезд и дам денег, достаточно для того, чтобы начать все заново — поехать в любое место, в какое захочешь, или за границу, если тебе это больше нравится. Я охотно предоставлю тебе место на любом из своих судов, лишь бы быть уверенным, что ты в безопасности.

Мне показалось, что пол уходит у меня из-под ног, как при землетрясении. Если я соглашусь, то никогда не смогу вернуться в свое время.

— Неужели ты не понимаешь? — хрипло. прошептала я, глядя на него.

— Не понимаю чего? — Он ласково погладил меня по волосам, провел пальцами по шее. Глаза у меня заболели от усилий сдержать слезы.

— Не понимаешь, что я не хочу оставлять тебя, — ответила я. Губы у меня дрожали как струна под смычком скрипача, исполняющего вибрато.

Он коснулся губами моего лба. Затем отступил назад, держа меня на расстоянии вытянутой руки.

— Ах, Тейлор, а ты разве не понимаешь, что это часть проблемы? Мы становимся слишком небезразличны друг другу. Будет лучше, если ты уедешь и забудешь, что повстречала меня, лучше для тебя же самой.

— Я не могу взять и выбросить тебя из головы, как выбрасывают пару старых грязных носков.

— Чулок, — поправил он, и губы его тронула легкая улыбка. — Помни, ты теперь леди. И ты забудешь меня со временем.

— Так же как ты забудешь меня? Он с трудом сглотнул и выпустил меня.

— Я тебя не забуду. Но через пару часов я стану женатым человеком. Мой долг — быть верным Пруденс и соблюдать священные обеты, которые я намерен принять. И если говорить откровенно, — он в последний раз посмотрел на меня в мучительном раздумье, — я не уверен, что смогу это сделать, если мы с тобой будем жить под одной крышей.

Я уставилась в пол, желая скрыть охватившее меня волнение. Я теряла его — теряла в гораздо большем смысле, чем он догадывался.

— Скажи мне, куда бы ты хотела поехать-, — снова заговорил он. — В Чикаго? Денвер? Нью-Йорк? Или в какое-то более экзотическое место — например на Гавайи или в Сингапур?

— Куда угодно… никуда. Это не имеет значения, — тускло проговорила я. Должно быть какое-то другое решение, другой способ спасти его. Я вскинула голову. — А что если я не поеду?

— Тейлор, — он говорил тихо и очень настойчиво. — Я не прошу тебя уехать, я тебе приказываю. В этом вопросе у тебя нет выбора. Я велю слугам найти для тебя какие-нибудь чемоданы на чердаке. Ты должна уложить вещи к тому времени, как мы отправимся на свадьбу. Я скажу своему управляющему, чтобы он заехал за тобой в два часа и отвез в порт или на вокзал, по твоему выбору. К вечеру, когда я приведу в дом свою жену, ты должна уехать.

— Значит, все кончено, — ошеломленно пробормотала я.

Неужели мне суждено остаться в прошлом и к тому же вдали от Натаниэля и его семьи? Нет, по логике вещей, у этой безумной истории должен быть другой конец, если, конечно, предположить, что в ней вообще была какая-то логика, в чем я начинала сомневаться.

Натаниэль низко склонился и — прощальный рыцарский жест — поцеловал мне руку. Прикосновение его губ к коже было подобно прикосновению бархата.

— Увы, это так, моя леди.

Затем повернулся и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Чувствуя себя неживой, я сжалась в кресле, стараясь преодолеть полный сумбур в мыслях, от которого у меня кружилась голова.

Усевшись на кровати в комнате для гостей, я подперла голову руками и стала жадно смотреть в окно. Даже с высоты третьего этажа Натаниэль во фраке выглядел красивее, чем жених на свадебном торте. Меньше чем через час он станет мужем другой женщины. Я должна была выкинуть его из головы, но я не могла оторваться от окна, не могла отказать себе в удовольствии посмотреть на него в последний раз перед тем, как он и другие члены семьи уедут в его «Серебряной тени» в церковь… и из моей жизни.