По военным дорогам отца
Шрифт:
А потом достал из портфеля давнюю спутницу многих моих поездок - синюю книжицу со статьями и речами отца. Открылась она на первой странице его доклада в ЦК РКП (б) «О состоянии Народно-революционной армии Дальневосточной республики к лету 1921 г.». Открылась потому, что именно здесь оказалась бесценная для меня фотография, запечатлевшая боевых соратников отца, старых большевиков, ветеранов революционного движения и гражданской войны. Сделана она была в Москве 28 октября 1962 года, в день, когда этим славным товарищам в ознаменование 40-летия освобождения Дальнего Востока [123] от белогвардейцев и интервентов вручили ордена Красного Знамени.
Дальневосточники гордятся ими, этими геройскими людьми. В центре - Федор Николаевич Петров, член РСДРП с 1896 года, ученик В. И. Ленина. Отбывал каторгу в Шлиссельбургской крепости, был сослан на вечное поселение в Сибирь. После Октября устанавливал Советскую власть в Иркутске, сражался в партизанских отрядах против Колчака, член Дальбюро ЦК РКП (б), заместитель Председателя Совета Министров Дальневосточной республики. Слева от старейшины большевиков Моисей Израилевич Губельман, член партии с 1902 года, организатор первых забайкальских рабочих боевых дружин, политкаторжанин. В годы гражданской войны поднимал партизанское движение в Приморье, являлся членом Дальбюро ЦК РКП (б) и одновременно был членом Военного совета НРА Дальневосточной республики. Это с него, утверждают приморцы, Александр Фадеев писал известного героя Левинсона.
Позади седовласых стариков - Ольга Андреевна Лазо, большевик с 1914 года, участница подпольных организаций, боевая подруга легендарного Сергея Лазо, прошедшая с ним в партизанских отрядах все пути гражданской войны…
Счастлив, что судьба подарила мне не одну встречу с этими замечательными людьми, что слышал их живые, волнующие рассказы о днях, слава которых не смолкнет и не померкнет никогда.
Ветераны подарили мне несколько лет назад эту памятную фотографию, подробно представив незнакомых до той поры остальных участников торжественной съемки - В. А. Бородавкина и С. Г. Вележева - крупных партийных и партизанских руководителей Забайкалья и Приамурья, а также непосредственных организаторов Волочаевского боя А. В. Сухомлина и В. Я. Пляскина, ставших впоследствии видными военачальниками, генералами Советской Армии.
– Но все мы, - говорили ветераны, - с великой готовностью уступили бы тогда здесь свои места другим, куда более заслуженным товарищам. Кому? Конечно же, прежде всего Василию Константиновичу Блюхеру, а также Павлу Петровичу Постышеву, Степану Михайловичу Серышеву, Николаю Дмитриевичу Темину и Якову Захаровичу Покусу… [124]
В кругу таких друзей-сподвижников и довелось отцу исполнять повое ответственнейшее поручение партии. Тут кроме командирской воли, мастерства требовалась и мудрость государственного деятеля. А если так, надо уметь не только повелевать другими, но и самому учиться, учиться.
Свой первый доклад в Центральный Комитет РКП (б) вновь назначенный военный министр и главком всеми вооруженными силами Дальневосточной республики начал со слов: «Прибыв в Читу и ознакомившись с состоянием армии, нашел, что армия переживает катастрофическое положение» {98}.
О том же свидетельствовал и вошедший в состав Военного совета НРА член Дальбюро ЦК РКП (б) М. И. Губельман. Народно-революционная армия, вспоминал он, была в значительной мере настроена партизански, слабо дисциплинирована, плохо вооружена, исключительно плохо одета, с питанием дело было поставлено из ряда вон плохо, народоармейцы и командный состав армии долгое время не получали жалованья. Можно было только удивляться, что в этих условиях НРА благодаря героической работе Коммунистической партии сохранила революционный дух, преданность идеям социализма и волю к победе.
А вот как запомнилась первая встреча с новым военным министром республики большевику с 1909 года, командиру одного из партизанских отрядов Амурской области В. А. Бородавкину.
«Это было в 1921 году в Чите, - вспоминал он.
– Там проходила работа дальневосточного Учредительного собрания. Нам сообщили, что вечером состоится заседание фракции большевиков, где будет делать доклад военный министр - главнокомандующий НРА товарищ Блюхер. Большинство из нас товарища Блюхера не знало, а также не знали мы о его боевых делах и заслугах.
Открылось собрание фракции. Слово предоставляется товарищу Блюхеру. На трибуну вышел крепко сложенный, немного выше среднего роста человек и начал говорить:
– Товарищи, мы на Урале и в Сибири били колчаковскую армию как бойцы и командиры Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Здесь, в пределах ДВР - от берегов Селенги до вод Тихого океана, Камчатки, Сахалина [125] и Курил, - мы вместе с вами будем уничтожать врагов нового социалистического общества как бойцы и командиры Народно-революционной армии. Форма нашей армии другая - я имею сведения, что некоторые наши командиры не хотят носить форму командиров НРА, говорят: «Зачем мне этот синий ромб-тряпка?» Я знаю, вы здесь в большинстве своем партизанские командиры, партийный актив. Ничего не поделаете, товарищи, как бы вам это ни не нравилось, а форму НРА надо надевать… Наша армия в ДВР должна быть такой же дисциплинированной, как и Красная Армия. Этого требует международная обстановка. Это - приказ Центрального Комитета партии, Владимира Ильича Ленина. А их приказы надо безоговорочно выполнять. Такой у меня выработался характер и любовь к выполнению приказов нашей партии.
Затем В. К. Блюхер начал говорить о стоящих перед нами задачах, вставляя «круглые» юмористические словечки, чем быстро расположил к себе буквально всю аудиторию… Сложилось общее мнение о Блюхере: парень свой, вояка, этот дело знает!»
По настоянию посланца ЦК РКП (б) правительство ДВР принимает решение о создании Военного совета НРА, который становится высшим коллегиальным органом управления всеми вооруженными силами республики. Возглавив совет, отец, бывший три года назад главкомом уральских красных партизан, «со всей решительностью взялся за искоренение в армии духа партизанщины», ибо для него «было очевидно, что с таким партизанским формированием, которое было на Дальнем Востоке, говорить о серьезной войне за социалистическую Родину невозможно». Пошел на это и потому, что по опыту строительства РККА знал:
«Партизанские отряды необходимы для дезорганизации тыла противника, для его ослабления, но они не могут обеспечить победоносных наступательных действий» {99}.
Борьбу за укрепление армии председатель Военного совета начал с ее реорганизации и… резкого сокращения численности войск.
«Когда мы начали партизанские отряды превращать в регулярную армию, - вспоминал отец на слете участников волочаевских боев в феврале 1937 года, - это не [126] только сокращало тылы, но и обеспечивало повиновение, выполнение приказов. Наряду с этим, как вам известно, наша армия стала менять свой возрастной состав. В ходе реорганизации мы пытались сделать армию однородной по возрасту и по физической выносливости. До реорганизации в армии состояли бойцы в возрасте от 15 до 70 лет, что было явно ненормально» {100}.
В приказе № 3 от 30 июня 1921 года председатель Военного совета главком НРА В. К. Блюхер и член Военного совета М. И. Губельман указывали:
«Только хорошо обученные, идейно воспитанные, спаянные сознательной революционной дисциплиной бойцы смогут составить крепкие, надежные боевые ряды, способные на выполнение ответственных задач, и подготовка таких бойцов является нашей первой неотложной задачей» {101}.
В создании кадровой, строго дисциплинированной армии особое значение придавалось партийно-политическому аппарату, для укрепления и улучшения работы которого было образовано военно-политическое управление НРА,
Организационная перестройка протекала в обстановке продолжающихся боев с бандами барона Унгерна. И чисто боевые дела отец решал, действуя рука об руку с М. И. Губельманом, широко привлекая к этой работе и других членов Военного совета НРА.
А позже ему довелось длительное время трудиться в самом непосредственном контакте с Ф. Н. Петровым, и притом не в столице республики, а далеко за ее пределами - в китайском городе Дайрене. В 1921 году заместитель премьер-министра возглавлял на конференции с представителями Японии делегацию Дальневосточной республики. Когда переговоры зашли в тупик, Ф. II. Петров обратился к правительству с просьбой командировать в Дайрен военного министра ДВР и главкома НРА.