Чтение онлайн

Взошел на вершину пика Ленина 21 китаец. Четверых Кузьмин прямо с вершины провел на соседний в южном гребне пик 6852м, взяв с собой Клецко, Ильинского и В. Буянова. Мы хотели назвать его пиком Мао, но китайцы возразили, так как он ниже пика Ленина. Его назвали «пик Москва-Пекин».

Осенью под Эверест с китайской стороны на разведку была направлена группа в составе - Е. Белецкий, Л. Филимонов, А. Ковырков, они поднимались примерно до высоты 6000 м.

После похода с китайцами пошли, уже в Москве, напряженные тренировки: пешком, на лыжах, и в январе выехали в «Шхельду» для тренировочного восхождения на Эльбрус, конечно, под присмотром Абалакова и Кузьмина. Акклиматизация в Шхельде, пара дней пребывания на Приюте Одиннадцати, подъем на седловину Эльбруса, расстановка лагеря, ночлег… Автору достались соседями в палатке: Н. Гусак, старые друзья Миша Хергиани и Иосиф Кахиани. С утра восхождение на Западную вершину, повел Абалаков. Погода была теплая, светило солнце, некоторые даже приладились позагорать. Вторая ночевка. Однако, погода испортилась, начался сильный ветер. Эльбрус не шутит… Мы все уже побывали в разное время на вершинах Эльбруса. Гусак восходил на Западную даже зимой 1935г., поднимался в феврале 43-го при снятии фашистских флагов, автор был на Западной в 1933 г., на Восточной в 50-м. Мы с Гусаком под шум ветра вспоминали первую встречу с Эльбрусом в далеком 1931 году, Баталпашинскую (ныне город Черкесск): лениво разметанную казачью станицу с флегматичными мазанками в мальвах и подсолнухах, степь - высокая трава, густой дух меда, мяты и жирной, согретой солнцем земли этого спокойного края. Одно только было здесь беспокойно - монотонно маячили тополя над станицей, неспешно пылило вечерами стадо по широкой улице, но в немыслимой дали и выси, над холмами предгорий вставал легкий контур Эльбруса. Внизу, у земли копошились травы, дороги, а над хлебами насущными, над степью стоял он, неподвижно возвышаясь как тень иного мира, прозрачного и холодного.

А теперь мы в этом мире... И ветер не на шутку треплет нашу палатку, стучит снегом, холод пронизывает. Наутро холод и сильный ветер еле-еле дали нам взойти на Восточную вершину, кое-кто даже подморозился.

В Москве продолжились тренировки. Подошло время выезда, нас собрали во Всесоюзном Спорткомитете и… через некоторое время объявили, что можно идти домой, экспедиции не будет. Пояснения дать отказались.

Позже мы узнали, что причиной было восстание в Тибете.

Так закончился «Эверест-59» [10] . 

Надо было срочно строить планы на лето. Виталия тянуло снова в просторы Памира, в дальнюю экспедицию, к новым местам после знакомого исхоженного Кавказа. Он предложил забраться в сердце Памира, в район ледника Бивачного, где никто кроме Гусака не был. Отсюда начинался путь первовосхождения на пик Сталина (Коммунизма), но по нему прошли уже несколько групп. К северо-востоку от него стояла высокая (6645 м) вершина, о которой вообще не было ничего известно, кроме высоты и названия (тогда - пик Ворошилова). Даже топографы, составлявшие карты района, не сумели в точности нанести его окрестности из-за трудностей подходов. Имелась лишь одна нечеткая фотография, снятая издалека в 1933 г. Вот восхождение на эту вершину и наметил Виталий.

Вновь город Ош, знакомый караван - повторяем путь через Алтын-Мазар, поклонившись золотой могиле, но теперь переправа легче, т.к. на ледник Федченко теперь шли повыше места, где сливаются три истока р. Муксу - Сельдара, Каинды, Сауксай. Переправы намного легче, и Султан - опытный караванщик провел нас по леднику Федченко, уходящему в туманную даль, до верховьев ледника Бивачного на моренную поляну над ледником. Это была уже самая глубина Памира.

Собрались под эгидой капитана - Гусак, Аркин, Буданов, К. Клецко, И. Кахиани, Филимонов, Ильинский, Лапшенков, Аграновский и автор. Размышления о выборе пути предстоящего восхождения были прерваны охотой за сурком: в драке с соседом он скатился на нашу поляну, сосед успел убежать, а драчун, с суматохой, индейскими воплями и тигриными прыжками, был изловлен. Но в команде происходит раскол, образуются две партии - суркоедов и антисуркистов. Восторжествовала первая - и съела сурка «на страх врагам», не заболев чумой (Виталий его не ловил, но примкнул к суркоедам). Итак, идем на пик Ворошилова (ныне - Ахмади Дониш) по восточной стене.

Вперед пошла разведка через рукава ледника Бивачного - дико разорванные льды выглядели насмешливыми демонами, одевшими белое платье невинности, чтобы заградить наш путь. После тяжелого лазания удалось найти небольшой спокойный ледник под склоном горы и просмотреть гребень, ведущий к вершине - не слишком крутой, но какой-то странной формы.

На следующий день Абалаков с Гусаком обработали выход на гребень, остальные сделали заброску на 5100 м, скалы страшно сыпучие - это не кавказские скалы. Отсюда начался путь. Сперва переждали день непогоды. Памир показал свое своеобразие - вершина оказалась совершенно необычной структуры, невиданной нами даже на Сандале и Музджилге: небольшие участки ледовых отвесов, узкие острые гребни сыпучих и скользких скал и, главное, изобилие огромных снежных карнизов самой странной формы вдоль и поперек склона, нависающие на обе стороны склона - приходилось прокладывать траншеи, косые прокопы, пару раз даже почти подобие туннелей, иногда приходилось с трудом обходить эти карнизы по крутому склону - это, пожалуй, и оказалось главной сложностью.

Ночлег, снова такое же движение и - о стыд, о позор!
– обернувшись, мы видим: то, что казалось снизу прочным снежным холмом, удобным для палаток, есть начало выступающего и свесившегося вниз карниза. Смущен даже Абалаков. На высоте 6000 м ставим - теперь осмотрительнее!
– штурмовой лагерь, в нем двухдневная непогода задерживает нас.

После «отсидки» выходим на довольно спокойный гребень, сама вершина - снежный купол. Последние шаги и так же, как в прошлые годы, нас охватывает торжество победы - мы прошли, это чувство с годами не слабеет! Видны пики Коммунизма и Е. Корженевской, безграничные горы, виден и знакомый пик Ленина, но нам не до любований, так уставать давно не приходилось. На 11-й день мы спустились. Снова пришлось ждать караван и возвращаться в зеленый город Ош.

В результате - на первенстве Союза наша команда заняла 1-е место по классу высотных и награждена переходящим призом Е. Абалакова. 

Виталий чувствует свои годы. Все прежние беды не прошли даром, соратники по команде тоже не молодеют, а «молодежь» становится взрослой. Ушел в тренерскую работу Иван Леонов, сделав со своей командой серьезный траверс в 1958 г. (2-е место), ушел с головой в развитие и организацию альпинизма М. Ануфриков. Боровиков едет тренером. Виталий спешит передать свой опыт, хочет дать возможность молодежи освоиться с высотой, но и его спортивный азарт еще не пропал.

В 1960-м году собирается большая экспедиция на «высотный стадион» - под пик Ленина. Чередова повела молодых спортсменов - выпускников «Шхельды» - через перевал Крыленко (О. Абалаков, Я. Дьяченко, Г. Кайнов, В. Соловьёв, Л. Успенский, А. Федоров, З. Хараб). Дьяченко с пика Ленина продолжил восхождение через перемычку на пик 6852 м (двое других, пошедших с ним, вернулись). Сам Виталий (ему уже пятьдесят четыре года) сделал большой и тяжелый траверс всей центральной части Заалайского хребта: Раздельная - пик Дзержинского - Ленина, заход на пик Москва-Пекин - Х1Х Партсъезда (Н. Гусак, Г. Ильинский, К. Клецко, М. Тимошин и Д. Кахиани). Это третье восхождение Виталия на пик Ленина - память своей молодости.

Потом, выполнявшие роль спасотряда: Аркин, Филимонов, Аграновский, И. Кахиани и автор совершили восхождение на пик Ленина с севера «в лоб». Этот маршрут можно проходить только после периода хорошей погоды, когда сошли все лавины, их следы, огромные комья смерзшегося снега, чрезвычайно затрудняют путь, а в верхней части снежный склон очень крут и камнеопасен (камни летят с предвершинного гребня), здесь нам для укрытия от камнепада в середине дня пришлось рыть пещеру (третью по счету, так как ниже, для укрытия от случайной лавины, также ночевали в пещере) и пересиживать до раннего утра, слыша порой гул летящих камней. Знакомый выход на вершину и недолгое блаженство под солнцем. Сейчас нет толкучки и суматохи, как с китайцами, можно посмотреть на Алайскую долину в пятнах-тенях облачков, голубые озера Ачик-Таша, дальний Алайский хребет в снегах и, обернувшись, посмотреть на пик Коммунизма и море вершин Памира. И, как всегда, скорее вниз, убежать от камней и лавин... Этот маршрут для нас был не очень труден технически, но запомнился постоянным чувством подстерегающей опасности.

Оба восхождения команд заняли на первенстве Союза вторые места по классам траверсов и высотных. 

На следующий год было решено не делать большой экспедиции, но запустить на самостоятельные восхождения более сильных учеников. Филимонов и автор организовали небольшую экспедицию на Юго-Западный Памир. После ряда тренировочных выходов были совершены восхождения на пик Маркса московской группой с юга - В. Кавуненко, В. Вербовой, Н. Радимов, а с юго-запада ленинградской - И. Евдокимов, С. Кисель, Б. Клецко, М. Тимошин (4 место на Союзе в высотном классе).

В альплагере «Шхельда» под присмотром оставшихся ветеранов «молодежью» было пройдено более 12 восхождений пятой категории сложности, в том числе наши былые «рекорды» - стены Уллутау, Щуровского, Мижирги (команда К. Клецко, 3 место на Союзе). Ребята значительно выросли!

После этого Абалаков решил организовать в 1962 г. экспедицию по новому принципу: был выбран район Гармо. Сформированы три команды: ленинградская во главе с прирожденным организатором П. Будановым (Г. Аграновский, Б. Клецко, И. Рощин), московская (Кавуненко - мастер спорта с 1960 г., Вербовой, Радимов, Я. Дьяченко, Олег Абалаков) и ветераны команды Виталия - Аркин, Боровиков, автор, К. Клецко, приглашены были Михаил Хергиани и Джумбер Кахиани.