Чтение онлайн

Ксюша со слезами на глазах бросилась следом, но у преступника были огромная фора, длинные ноги и невиданная силища, он как пушинку нес девочку и шустро скакал между грядок.

«Что я смогу сделать? Как спасти девочку? Так это дом воеводы? Для него потеря дочери будет страшным ударом», — пронесся вихрь заполошных мыслей в голове женщины.

Пока Ксюша думала, за похитителем кинулся Буян, он легко догнал двуногого и вцепился ему в голень, яростно рыча. Мужик взвыл, попытался стряхнуть с себя злобного пса, но какое там. Собачьи челюсти надежно сомкнулись, разрывая плоть. Тут уж и Ксюша очнулась, осмотрелась, увидела лопату, схватила ее и помчалась к Буяну на подмогу.

Тем временем великан поудобнее перехватил Анюту и свободной рукой дернул отважного пса за хвост-колечко. Буян жалобно заскулил, но челюсти не разомкнул. Мужик поднажал, приподнимая пса за хвост и дергая, что есть мочи. К счастью, подоспела Ксюша. Она воспользовалась тем, что преступник занят собакой, подкралась к нему сзади и треснула лопатой по голове. Похититель, не выпуская из рук собачий хвост, обернулся к своей обидчице. На его лице было недоумение. Ксюша жутко испугалась, что ее удар показался громиле легче комариного укуса, и со всей дури заехала ему черенком по лбу. Тут уж он не устоял — пал к ее ногам.

Ксюша оттащила от преступника Анюту, которая явно была без сознания, и высвободила хвост Буяна. Пес залился благодарственным лаем.

— Иди лучше за помощью, — проворчала Ксюша, — А я пока его свяжу.

Собака будто поняла приказ двуногого и кинулась прочь, оглашая округу громким лаем. Ей вторили и другие псы, пробуждая сонную от летнего зноя деревню.

Ксюша же сняла с великана пояс и им же связала за спиной огромные руки.

— Руки-то я связала, а с ногами что делать? Очнется и удерет…

Осмотревшись, она решила заглянуть в сарай, что стоял рядом. Выглядел он вполне надежным сооружением.

— Эх, его бы туда дотащить и запереть, — подумала вслух Ксюша.

Она трезво оценивала силы своего нового тощего тела. Великана ей даже не сдвинуть. Поэтому находчивая попаданка решительно взяла веревку, которую нашла в сарае, и надежно связала ноги преступника от щиколоток до колен.

Аккуратно взяв на руки девочку, Ксюша побежала в трактир.

— Данила, Пелагея, беда! — крикнула она с порога и уложила Анюту на ближайшую лавку.

— Что опять стряслось? — недовольно проворчал Данила.

— Кто-то пытался похитить Аню. Возможно, это разбойники хотели воспользоваться отсутствием Трофима и взять его дочь в заложники, чтобы потом угрожать ему ее жизнью. Нужно позвать старосту и знахарку. Я не понимаю, что с Аней. Она вроде дышит, но в себя не приходит.

Пелагея за спиной мужа запричитала:

— Бедная сиротка. Без матери растет, да еще такая напасть…

Данила по-мужски собранно распорядился:

— Ты, Ксюша, беги к знахарке, я к старосте. Пелагея, ты присматривай тут за ребенком.

— Разбойник на заднем дворе на грядках валяется. Я его хорошо связала. Надеюсь, не убежит… — крикнула хозяину Ксюша на ходу.

Она знала, что Агриппина Аристарховна пошла к мельнику, поэтому устремилась к торчащим в небо лопастям в конце села. От волнения она быстро запыхалась, к счастью, ведьму она встретила на полпути. Та шла все с той же корзиной и недовольно поджимала губы.

— Беда! Агриппина Аристарховна, беда! — выдохнула Ксюша, подбегая к ведьме.

Она очень старалась отдышаться, но ведьма не дала ей времени. Пошла вперед с ворчанием:

— Что ж ты такая заполошная! Все у тебя беда. Никто не помер, значит, нет никакой беды.

— Аня… — выдохнула в спину ведьме Ксюша.

Агриппина Аристарховна замерла, спина ее напряженно выпрямилась, хоть сутулость и осталась. Она резко обернулась и потребовала:

— Говори! Что ты пыхтишь, как самовар! Говори! — прикрикнула на Ксюшу ведьма.

— Ее хотел какой-то огромный мужик похитить. К счастью, Буян вовремя его схватил за ногу. Я успела огреть гада лопатой. Но Аня, она будто спит, я ее тормошу, а она не просыпается.

Знахарка бросилась вперед, на ходу устроив допрос:

— Где она сейчас?

— Я ее в трактир отнесла. За ней Пелагея присматривает.

— Хорошо. Кровь, синяки есть?

— Нет… вроде… я не заметила, — растерялась Ксюша.

Ведьма бросила на нее недовольный взгляд на девушку, и та, наконец, высказала все, что кипело в ней с тех пор, как она увидела Анюту под мышкой у великана.

— Почему Трофим оставил дочь на целый день одну? Почему вы не сидите с внучкой?

— Не твое дело! — рявкнула Агриппина Аристарховна.

И Ксюша поняла, что попала своими вопросами в больную точку.

В трактире все так же было тихо. Пелагея сидела на лавке и напевала колыбельную. На ее коленях покоилась светлая голова девочки, ворчливая хозяйка осторожно гладила волосы, туго заплетенные в две косички, и всхлипывала.

Увидев знахарку, она жалостливо запричитала:

— Что ж это делается, Агриппина Аристарховна? Средь бела дня малое дитя, ни в чем не повинное, гробят. Неужто не осталось на этом свете у людей ничего святого?

— Успокойся! Хватит каркать! — рыкнула ведьма и опустилась на колени перед лавкой с внучкой.

Прощупав пульс, знахарка принюхалась, приоткрыла веки ребенка, всмотрелась в глаза и встала.

— Она спит. Ее опоили дурман-травой. Видимо, чтобы похитить. Отнесите ее домой, я с ней посижу.

— А почему раньше не сидела? — прищурившись, спросила Ксюша.

— Все ж знают, что воевода с матерью поссорился. Люто! Потому он ее к внучке и не подпускает, — уперев руки в бока, поведала Пелагея.

— Значит, девочка останется здесь. Я за ней присмотрю, — сделала вывод Ксюша.

— А ты кто такая, чтобы моей внучкой распоряжаться? — злобно прошипела ведьма, делая шаг в сторону Ксюши.

— Я ее спасла! — отрезала девушка и взяла Анюту на руки.

— Тебе некогда за ней следить будет! — рыкнула бабуля.

— Тебя тоже могут вызвать в любой момент, — парировала Ксюша, — Как там мельник, кстати? Жив?

— Да что с ним будет. Если бы Фома тебя выбрал в жены, ему бы точно плохо стало, а сестра твоя хотя и бедная, но покладистая да порядочная. Детей точно от мужа понесет.