Чтение онлайн

Я никогда не перестану искать.

Ветер завывал, выдергивая меня из прошлого. Я пододвинул к себе книгу и открыл её. Когда шторм начал обрушиваться на замок, я возобновил поиски.

Точно так же, как это было каждую ночь на протяжении более тысячи лет.

Меня разбудил холод.

Я моргнул, и мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, почему комната стоит боком. Я заснул, уткнувшись лицом в книгу. Когда я поднял голову, к моей щеке на секунду прилипла страница.

В кабинете было тихо. Слишком тихо. Лед покрывал все, включая кончики моих волос. Я провел рукой по спутанной массе, которую обычно срезаю ножом, когда она становится слишком длинной. Но это было последнее, о чем я думал, когда смотрел на сверкающий лед вокруг меня. На полке под слоем стекла мерцал хрустальный череп, его глаза были покрыты инеем.

Температура упала еще на десяток градусов. По обложке одной из книг на моём столе побежали трещины. Секунду спустя книга разлетелась вдребезги.

Хэмиш скользнул в дверь.

Я замер, как и вся комната вокруг меня.

Хэмиш остановился на пороге. Его каштановые волосы ниспадали на плечи, ярко выделяясь на фоне коричневого стеганого кашемира того же оттенка, что и его глаза.

– Любовь моя, - хрипло произнес я.
– Пожалуйста, говори, - это была бесполезная просьба. Хэмиш так и не произнёс ни слова. Он навещал редко - раз в десять лет или около того - и никогда, никогда не разговаривал. Ни разу за одиннадцать столетий.

Я не осмеливался подняться. Вначале, когда он только показался, я попытался подойти к нему. Но он исчез, когда я приблизился, так что я научился двигаться как можно меньше. Вместо этого я пожирал его глазами, пробегая взглядом по его красивому лицу и длинному, стройному мускулистому телу. Солнечный свет теперь был ярче, и его волосы горели огнем. Он стоял в дверях такой реальный, что я почти ощущал его дыхание на своей шее и его сильные руки, сжимающие мои.

Но его глаза были печальны.

– Почему ты...?
– начал я, но я уже знал. Я знал, зачем он пришёл.

Хэмиш уставился на меня, и печаль в его карих глазах превратила мои внутренности в кашу. В лучах утреннего солнца покрытый льдом кабинет сверкал, как бриллиант изнутри. Это было прекрасно. Я ничего этого не видел.

– Я отсылаю их прочь, - прохрипел я.
– Ведьма… Она пыталась обмануть меня. Инкуб работает с ней. Они хотят добраться до Оракула. Я им этого не позволю. Я прикажу им немедленно уйти, - мои мольбы превратились в невнятный лепет, слова путались.
– Я сделаю это немедленно, любимый. Я не хочу, чтобы они были здесь. Я не хочу...

Хэмиш скользнул назад, часть его плеча прошла сквозь дверной косяк.

– Нет!
– я схватился за край стола. У меня перехватило горло.
– Не надо… Пожалуйста, прости меня. Мне так жаль.

Солнечный свет падал на кабинет косыми лучами, в нескольких дюймах от кончиков ботинок Хэмиша, которые начали тускнеть.

– Не надо, - выдохнул я, отодвигая стул. На моей одежде образовались трещины от льда, когда я, спотыкаясь, обошёл стол, роняя свитки на покрытый инеем пол.

Взгляд Хэмиша оставался печальным, его волосы потеряли свой цвет, а ноги стали прозрачными. Его кожа посерела.

– Нет!

Я подался вперёд, поскользнулся на ледяном полу и сильно ударился. Мои бедро и локоть ударились одновременно, раскаленная добела боль пронзила меня насквозь. Я поднялся на колени.

Спереди на гамбезоне (прим. перев.
– кожаная куртка под доспехи) Хэмиша проступила кровь, превратив коричневую ткань в чёрную.

– Не надо, - прошептал я, но осознание того, что последует дальше, не уменьшило ужаса. Кровь стекала с его бледных губ. Она растекалась по его груди и животу, как ужасные ручейки, вытекающие из глубокого источника.

Он отодвинулся, не сводя с меня глаз.

Но он бы и так сделал. Он всегда уходил от меня.

– Прости, - прохрипел я.
– Мне жаль.

Кровь пропитала Хэмиша до пояса, она была такого же серого цвета, как его кожа и волосы. Она рекой текла по его подбородку. Я не мог остановить это. Я никогда не был в состоянии остановить это. Однажды его кровь пропитала мои руки. Так много. Мои пальцы задрожали при воспоминании о том, как я пытался поднять его с земли и положить обратно.

– Не уходи, - взмолился я, но мольба была такой же тщетной, как и в первый раз. Сейчас, как и тогда, мои колени онемели от холода, и я опустился на колени и помолился любому богу, который согласился бы меня выслушать. Я молился и Хэмишу, но он был так же молчалив, как боги много лет назад.

Влага стекала по моим щекам и замерзала на коже.

Слёзы.

Невозможно.

Невозможно.

Но они были твёрдыми и настоящими под моими пальцами, когда я дрожащими руками прижал их к бороде. Соленые сосульки образовались в уголках моих губ, и боль вернулась в грудь. Я цеплялся за это, задыхаясь от эмоций, которые поднимались из пыльных уголков моего сознания. Одно за другим они обрушивались на меня: замешательство, сожаление, печаль.

Последняя была как струп, сорванный с раны. Острая и безжалостная, она разрезала меня на части, вырывая влажные, дрожащие вздохи из моего горла. Когда я потянулся к Хэмишу, из меня вырвались животные звуки, и новые слёзы замерзли, едва успев пролиться.

– Она прокляла меня, - сказал я между всхлипами.
– Должно быть, она так и сделала.

Пиво.

Инкуб отвлек меня в Большом зале, а ведьма отравила напиток. Мысленно я увидел, как кувшин разливается по коридору. Увидел, как я опрокидываю его и осушаю, прежде чем сесть за свой стол.

Она отравила меня, заставив чувствовать. Парень был молод и слишком неопытен, чтобы сражаться со мной. Ведьма не могла сравниться со мной ни по силе, ни по могуществу. Поэтому она прибегла к коварной тактике своего вида.

– Я отсылаю их, - сказала я Хэмишу.
– Прости.

Я сожалел о стольких вещах.

Мягкие, печальные карие глаза не отрывались от моих. Хэмиш отошёл назад…

– Не надо!
– закричал я, ползком продвигаясь вперёд.
– Не оставляй меня снова!

Он превратился в ничто. Исчез.