Чтение онлайн

Он принял форму тени и метнулся вправо.

– Это обман, - рявкнул я, но моя челюсть расплылась в улыбке, когда я преследовал его всё выше и выше, а облака проносились мимо моего лица. Через секунду я превратился в дым и присоединился к нему.

И внезапно то, что было погоней, превратилось в танец. Мы закружились друг вокруг друга, вплетаясь в потоки и выплывая из них. Радость наполнила мой разум и разлилась по частицам моего тела. Время исчезло. Тревоги улетучились. Ничто не имело значения, кроме воздуха, неба и мужчины, который кружил вокруг меня. Подстраиваясь под меня. Кружась вокруг меня в танце, таком древнем и священном, что это было записано на наших костях.

Он вёл меня, и я позволял ему, устремляясь за ним, пока он пробивался сквозь облака и парил в воздухе. Когда он превратился в дракона и устремился к земле, я изменился вместе с ним - и рассмеялся, когда он провел когтями по снегу и подбросил кристаллы в воздух, заставив мир заискриться. Он напомнил мне гончих моей юности. После того как рыцари возвращались с охоты, собаки обычно катались по траве, тявкая на все и вся и вообще ведя себя нелепо.

Наконец, он повернул к замку. Когда мы приблизились к Северной башне, он превратился в дым и исчез в бойнице. Я перекинулся и последовал за ним, следуя за ним по коридорам и переходам, пока мы не достигли кальдария.

Кэллум приземлился на обе ноги, и его губы оказались на моих губах прежде, чем я успел перевести дыхание. Его хриплый смех сорвался с моих губ, когда я быстро отбросил его назад и опрокинул нас в воду. Он всё ещё смеялся, когда вынырнул мокрый и запутавшийся в моих объятиях.

Я прижал его к стене, и его смех превратился в сдавленный вздох, когда я прижался своим членом к его. Вода доходила нам до талии и стекала по нашим телам, пока мы терлись друг о друга. Он поерзал на мне, одной рукой запутавшись в моих волосах, а другой схватив за плечо. Мы стояли так довольно долго, наши лица были в нескольких дюймах друг от друга, и наше дыхание смешивалось, пока мы двигали членами вместе. Его глаза сверкали, как изумруды. Вода прилипла к его темно-русой щетине и золотистым кончикам ресниц.

– Такой красивый, - пробормотал я, просовывая руку между нами и сжимая его член. Он застонал, толкаясь в мою ладонь, когда я провёл рукой вниз по стволу и по его набухшей головке. Вода была прозрачной, я наклонил голову и стал наблюдать, как провожу большим пальцем по округлому темно-красному кончику.
– Краснеешь для меня.

Пробормотав проклятие, он схватил моё лицо и прижался губами к моим губам. Он тоже овладел собой, смело и грубо поглаживая меня языком. Проникая глубоко и заставляя мои челюсти широко раскрыться. Резким движением он развернул нас, поменяв местами наши позиции, так что стена уперлась мне в поясницу, а в его руке оказался мой член.

Удивление и удовольствие пронзили меня. Я мог бы остановить его, но не смог сопротивляться. Только не тогда, когда от его поцелуя ожил каждый нерв в моем теле. Под моей кожей вспыхнули маленькие огоньки, а сердце застучалось быстрее, пока не забилось в том же бешеном ритме, что и у него.

Его рука на моём члене была такой же потрясающей. Грубая, с мозолями фехтовальщика, но в то же время мучительно нежная, когда он ласкал меня от основания до кончика. Он точно знал, как прикасаться ко мне, как двигать рукой, чтобы свести меня с ума. Как заставить мое тело напрягаться, а оргазм нарастать. Как растянуть удовольствие и как довести меня до предела, прежде чем вернуть обратно.

Наконец, я оказался слишком близко и вырвался, моя грудь тяжело вздымалась.

– Это была одна из моих фантазий?

Покачав головой, Кэллум пробормотал:

– Нет. Это была моя.

Моё сердце пропустило удар. Он тратил так много времени, давая другим то, чего они хотели. Как часто он получал то, что хотел? Я коснулся пряди волос, упавшей ему на лоб, прежде чем провести пальцами по его виску.

– Какие ещё фантазии живут здесь?

– Я хочу полизать твою задницу, Грэм, - сказал он тихим и будничным голосом.
– Я хочу, чтобы ты распластался на моём лице, пока я буду раздвигать тебя языком. Я хочу чувствовать, как ты дергаешься и вздрагиваешь надо мной, когда я буду входить в тебя, дразня и облизывая, пока ты не начнешь извиваться и умолять кончить.

Моё лицо вспыхнуло ярче солнца. Слова застряли у меня в горле, когда в груди смешались вожделение и осторожность.

– Что ты?..
– я прочистил горло.
– О чём ты просишь... конкретно? Потому что я не… Я имею в виду, не думаю...

– Тише, милый, - сказал он, останавливая мой лепет, приложив палец к моим губам. Его взгляд смягчился.
– Я знаю, как всё будет между нами, Грэм, и ты не услышишь от меня жалоб. Я не прошу ничего, чего бы ты не хотел дать, - он дёрнул меня за бороду, и в его глазах промелькнула злобная искра.
– Но даже большим, сильным парням иногда нужно подкрепиться.

Я прижался лбом к его лбу со стоном, в котором было поровну смущения и вожделения.

– У тебя пошлый рот.

– Ты даже не представляешь, - усмехнулся он. Кэллум положил руки мне на бёдра, погружая большие пальцы в складки, которые, казалось, были созданы для его прикосновений. Он погладил меня там, и у меня возникло ощущение, что он ласкает меня. Потому что он был нежным. И добрым. И таким милым, что мне захотелось забраться в его объятия и просто... отдохнуть в нём.

– Да, - прошептал я, дрожа от возбуждения.
– Разбери меня на части, m'eudail.

От нежности у него перехватило дыхание.

– Грэм, - пробормотал он, а затем поцеловал меня, на этот раз нежно, просто легчайшее соприкосновение губ и языка. В этом было обещание - возможно, он произнес это вслух, а я просто был слишком увлечён, чтобы знать наверняка. Но я все равно это услышал.

Я позабочусь о тебе.

Я позабочусь о тебе.

Когда у меня снова перехватило дыхание, он обнял меня и похлопал по гладкому каменному полу.

– Забирайся сюда для меня.

Мой член бешено раскачивался, когда я позволил ему принять нужную позу: он лежал на спине, а я - лицом к его ногам, оседлав его. Затем его руки легли мне на бёдра, направляя меня назад и опуская себе на лицо. Он раздвинул меня, и волна вожделения, пробежавшая по моему позвоночнику, заставила меня задуматься, как я переживу его язык.

При первом же теплом толчке я зажмурился. Он дразнил и облизывал меня, чередуя длинные, ленивые поглаживания с легкими щелчками, от которых у меня поджимались пальцы на ногах. Желание проложило горячую, томную дорожку от входа к моему члену. После нескольких нежных поцелуев он прижался языком к моей дырочке, надавливая на мой проход.

– Боги, - простонал я, и все запреты, которые я, возможно, скрывал, улетучились. Я выгнул спину и безудержно прижался к его губам, прося о большем. Он дал мне это, просунув в меня кончик языка. Я скакал на нём, прижимаясь к его лицу, и мое дыхание становилось неровным. Я открыл глаза и посмотрел на его длинное, мощное тело, распростертое передо мной. Его член, твердый и набухший, лежал на его подтянутом животе, кончик блестел и был таким соблазнительным, что у меня потекли слюнки.

– Можно мне прикоснуться к тебе?
– спросил я, в нескольких секундах от того, чтобы обойти разрешение и сделать именно то, что я хотел.