Чтение онлайн

Я протянула руки к Оракулу и закричала:

– ПРИДИ КО МНЕ!

Тысячи оконных стекол разлетелись вдребезги.

Ветер вырвался из-за ледяных столбов. Он с рёвом пронёсся по кальдере, коснулся моих рук и вырвался на свободу. Порыв ледяного потока сбил меня с ног и отбросил назад. Сильные руки подхватили меня, и я рухнула на снег, а в ушах у меня звучал крик Кэллума.

– Я с тобой, ведьмочка! Лежи!

Кэллум накрыл меня своим телом, в то время как ледяной северный ветер бушевал вокруг нас голосом тысячи ураганов. Кэллум внезапно качнулся в сторону и вонзил в нас что-то.

– И с тобой тоже, - выдохнул он со всхлипом облегчения в голосе. Я повернула голову и встретилась взглядом с Грэмом. Увидела его заплаканное лицо. Его бороду. Его печальные, серьёзные глаза и любимые черты. Он обнял Кэллума за плечи, и мы втроем прижались друг к другу на земле, а Северный ветер завывал от ярости.

Но его гнев был направлен не на нас.

Как только я подумала об этом, ветер стих. Сердце застучало у меня в ушах. Секунду никто не двигался. Затем Кэллум оторвался от меня. Его потрясенный вздох заставил меня поднять голову, и недоверие и замешательство смешались в моей груди, когда я попыталась понять, что же я вижу.

Неподалёку на земле распростерлась потрясающе красивая женщина с длинными платиновыми волосами. Её льдисто-голубое платье развевалось вокруг неё. Над ней парил спиральный столб снега и голубых молний. Пока я смотрела на это, колонна переместилась, быстро сменяясь десятками фигур. Высокий мужчина с длинной белой бородой. Белоснежный фавн. Женщина с ужасными глазами. Маленький ребенок, одетый в ослепительно белые одежды. Колонна была всем и в то же время ничем. Она была всем. Неподвластная времени, бесформенная и непостижимо могущественная.

«ИДИ сюда», - манило оно, его беззвучный голос обволакивал меня и поднимал на ноги. Кэллум и Грэм тоже встали по обе стороны от меня. Мы втроём посмотрели друг на друга, а затем направились к Оракулу.

Женщина, лежавшая на земле, ахнула, глядя на нас снизу-вверх. Ее тело дернулось, и я поняла, что её удерживает Северный ветер. Когда ее ярко-голубые глаза остановились на мне, они сузились с такой злобой, что меня пробрала дрожь.

Грэм издал сдавленный звук.

– Цирцея...

Женщина судорожно вздохнула.

– Ты должен был быть моим.

Грэм побледнел.

– Что?

Её губы сжались.

– Он никогда не любил тебя так, как я, - она коротко и сердито всхлипнула.
– Я так долго ждала тебя. Я так много сделала для нас. Я подчинила лед и ветер! Я хранила Оракула более десяти столетий, пока ждала, когда ты придешь в себя. И все же ты по-прежнему отказываешься видеть!

– Что ты...?
– Грэм покачнулся. Затем его внезапно охватила неподвижность.
– Что ты для нас сделал?
– черты его лица потемнели, в глазах появилось что-то ужасное и опасное.
– Что ты сделала с Хэмишем?

– Я толкнула его, - сказала она.
– Я сделала это ради нас!

Грэм зарычал:

– Ты убила его.

– Нет, - настаивала она с умоляющим выражением в глазах.
– Я только толкнула его, Грэм. А потом я показала ему, почему он должен умереть.

Грэм

Я уставился на королеву Зимнего Двора и попытался осмыслить то, что она мне говорила.

Моё сердце болезненно забилось, но я был рад этому. Я хотел чувствовать.

Тёплая рука скользнула в мою.

– Смотри, - прошептала Джорджи, указывая на вращающийся Оракул.

Он засиял ярким, насыщенным синим светом... и затем появилась знакомая картина.

Южная башня Белых Ворот.

– Грэм!
– крикнул Хэмиш, появляясь в кадре.

У меня внутри всё сжалось, и я понял, что вижу. Северный Ветер показывал мне прошлое. Я собирался увидеть, как умрёт Хэмиш.

Джорджи крепче сжала мою руку. Кэллум, сидевший по другую сторону от меня, обхватил мои пальцы своими.

– Выходи, ты, задница!
– снова позвал Хэмиш, в его голосе слышались юмор и раздражение. Полуночное солнце запустило яркие пальцы в его волосы, поджигая пряди. Он направился к зубчатым стенам, оставляя за собой следы. Без предупреждения они разлетелись вдребезги, взметнув в воздух снег и камни.

– Что за хрень!
– воскликнул Хэмиш, отшатнувшись. Он пришёл в себя и бросился вперёд.

Нет.

У меня сдавило грудь. Меня охватил ужас, и мне захотелось зажмуриться, но я заставил себя продолжать смотреть.

Хэмиш остановился на краю разрушенной крепостной стены и наклонился, опустив голову и разглядывая землю. Прямо из воздуха у него за спиной появилась сосулька - длинная, круглая и смертельно острая. Невидимая рука вонзила её ему в спину и с силой швырнула его вперед. Он взревел. Закружился.

И упал.

Северный Ветер переменился, создавая рябь и завихрения. Голубоватый свет снова запульсировал, и картина изменилась. Теперь Хэмиш лежал на спине в снегу у основания башни. Он моргнул, явно ошеломлённый, когда пришёл в себя от удара. Его сердце болталось на длинной тонкой нити из розовой ткани, которая торчала из зияющей дыры в груди. Сосулька всё ещё пронзала его сердце, которое перестало биться.

Но этого было недостаточно, чтобы убить его. Не бессмертного. И уж точно не дракона.

– Дерьмо, - слабо произнес он, его лицо позеленело, когда он уставился на свою изуродованную грудь. Он нахмурился, затем повернул голову.

Картинка медленно повернулась вправо, и стало видно, что лежит на снегу рядом с ним.

Я.

Я уставился на себя, лежащего на земле, с оторванной от тела головой. Мои глаза невидяще смотрели в арктическое небо. Выражение моего лица было пустым. Обрубок моей шеи покрылся коркой инея. Моё тело промерзло насквозь, губы посинели и были холодными.

– Грэм!
– Хэмиш закричал, звук был хриплый и мучительный.

Внезапно видение померкло, оборвав его крик, и я понял, что Северный ветер избавил меня от мучительного созерцания предсмертных мгновений моей пары. Картинка прервалась, и на экране появился мертвый Хэмиш, распростёртый на мне, с дорожками замерзших слез на лице. Внезапно мое тело под ним превратилось в Цирцею, которая наложила на себя чары, чтобы выглядеть как я. Она оттолкнула от себя Хэмиша, встала и поправила платье.