Чтение онлайн

Кристофер погладил ее щеку.

— Что случилось? Я причинил вам боль?

Она изо всех сил пыталась сесть. Ей казалось, что, покидая его объятия, она разрывает себя надвое.

— Вы были правы, Кристофер. Это было ошибкой.

Ему эти слова показались ударом хлыста. Но это было неважно; он был мастером обмана, ведь вся его жизнь состояла изо лжи.

— Я приношу свои извинения, моя леди. Я надеялся, что это продлится несколько дольше, чем вы себе представляли. — Дрожащими руками он пытался привести в порядок свою одежду, порванную в некоторых местах, надеясь, что его штаны не развалятся до того, как он выберется из этой адской бездны и достанет новую пару.

Она сползла с его коленей, ее щека порозовела, возможно, от смущения или прикосновения к колкой бороде. Пряди волос выбились из-под ленты и вились вокруг ее личика в форме сердечка. Кристофер сожалел, что не сорвал ее и не позволил великолепным волосам рассыпаться каскадом.

— Я не это имела в виду.

Она завозилась со штанами и ботинками, и когда, наконец, прекратила суетиться, то посмотрела на него.

— Я имела в виду, что теперь забыть вас станет еще тяжелее.

Ее мягко произносимые слова ослабили его защиту и абсолютно выбили из колеи. Что он мог сказать? Даже, если он согласится с нею, это не имеет никакого значения. У них не было столь сильной воли, чтобы оставить выбранные ими пути и предать древние фамилии. Это было невозможно.

— Я должен был остановить вас.

Уголки ее губ тронула улыбка.

— Я не должна была настаивать.

— Я старше, чем вы. И, как предполагается, лучше все понимаю. — Он провел рукой по взъерошенным волосам. — И также я знаю, насколько сильной может быть связь между полами. Почему вы думаете, что моя мать бросила моего отца ради вампира? Как только они создали свою связь крови, он ее больше не волновал.

— Почему вы не ненавидите вампиров?

Он развел руками.

— Потому что в детстве, я часто думал, что лучше бы, если бы моя мать взяла меня с собою. Возможно, я решил, что, присоединившись к борьбе, я смогу защитить их всех, и что, возможно, моя мать услышит об этом и будет мной гордиться…, — на секунду он замолчал. — Кажется, что независимо оттого, что они такое, или кто такой я, я просто не могу перенести того, что на мою мать и ее род будут охотиться.

Розалинда выдохнула.

— Я думаю, что чувствовала бы то же самое. Даже притом, что вы не вампир, вы связаны с ними, желаете вы этого или нет.

Он не отвел взгляд.

— Даже притом, что я создал с вами вампирские узы.

Она нахмурилась.

— Это пугает вас?

— Да, и должно пугать вас.

Она неуверенно улыбнулась.

— Я не волнуюсь о том, что вы убьете меня, если, именно об этом вы думаете.

— Я не волнуюсь о том, что смог бы захотеть причинить вам боль. Я не знаю, как отреагирую, если увижу, как кто-то еще тронет вас. Например, Рис.

— Вы не причините ему вреда.

Ее спокойная уверенность одновременно потрясала и смиряла, но, так или иначе, она лишь разожгла его гнев и отчаяние. Она думала, что все понимает, эта охотница на вампиров, но она не могла понять силу вампирских уз, которые могут заставить нести вред и разрушение.

— Откуда вы можете знать, когда я сам не уверен в этом?

— Поскольку я знаю вас. — Розалинда наклонилась вперед и коснулась его лба. — Здесь.

Кристофер закрыл глаза от чувства нежнейшей заботы, желания прижаться к ее спине. Он знал, что это будет ошибкой, и все же он так отчаянно этого хотел.

— Мы должны вернуться и попробовать попасть в часовню.

Она разочарованно вздохнула и отошла. Он смотрел, как она меняет свечу и вновь зажигает свет. Она бросила на него последний долгий взгляд через плечо и пошла к выходу. Что она от него ждала? Перестроить весь порядок вселенной просто для того, чтобы удовлетворить их желание? И, даже тогда она не поблагодарила бы его, нося ненависть в своем сердце за то, что он изменил ее.

И таким образом, он причинит ей боль.

У него не было иного выбора.

Розалинда шла за Кристофером по туннелю, ведущему в часовню. С того самого момента, как она поднялась на ноги, ее мышцы просто горели от боли. Она попыталась заставить его осознать связь между ними, но лишь пробудила его страхи и напомнила обо всех причинах, почему им несуждено быть вместе.

Эти причины были правдой, и их было очень тяжело игнорировать в холодном утреннем свете. Розалинда вздохнула, и изо рта вырвалось облачко пара. После того, как они убьют вампира, они покинут дворец. У них еще есть другие сражения и битвы.

И тут ее озарила одна мысль, и она повернула голову к своему спутнику.

— Кристофер? Ваша мать все еще жива?

— Насколько я знаю, да. Если только вы считаете, что вампир живет.

Его слова прозвучали как-то осторожно, а голос был дерзким, словно он хотел оградиться от боли, которую мог причинить ее вопрос.

— Почему вы спрашиваете?

— Потому что вы сказали, что вампир говорила с испанским акцентом.

Он остановился.

— Я думаю, что узнал бы свою собственную мать.

— Вы никогда не встречали ее. Откуда вам знать?

Он вновь начал идти и, проходя мимо, чуть не ударил ее об стену.

— Это не моя мать. Этот вампир казался очень старым — древним.

Розалинда не могла не согласиться с этим, поскольку у нее было то же самое ощущение.

— Что относительно других арогонских родственников?

— Что относительно них?

Она пошла за ним, стараясь говорить, как можно спокойнее.

— Возможно, из-за необычных обстоятельств вашего рождения, у вас есть способность общаться со всемивампирами, которые разделяют кровь вашей матери. — Он дошел до основания лестницы и посмотрел вверх, как будто девушки, идущей рядом, не существовало. — Кристофер, возможно ли, что ваша мать обратила других членов семьи?

— Конечно, это возможно, но я никогда не слышал об этом.

Розалинда нахмурилась от резкого тона его голоса.

— Или возможно все еще сложнее. Вампир, который обратил вашу мать — возможно, в вас течет его кровь. Он был родом из Арагона?

— Понятия не имею.

— Ну, разве вы не думаете, что мы должны это выяснить? Если удастся проследить вампиров в вашей родословной, мы могли бы узнать имя женщины, которая угрожает нашему королю и королеве.

Неожиданно, Кристофер остановил и толкнул ее в тень. Сверху раздавался какой-то скрежет. Мгновение спустя, прозвучала знакомая птичья трель. Розалинда схватила Кристофера за руку.