Чтение онлайн

Как-то во время одной из персональных тренировок, еще в самом начале, Толик с Сержем сцепились не в шутку. У молодого Трубецкого что-то перемкнуло, и он наехал на казака со всем своим дворянским превосходством и пренебрежением, на чисто французском наречии обзывая своего партнера по тренировке быдлом. В ответ получил на том же языке ответ, от которого легендарный парижский босяк Гаврош только бы восхищенно произнес 'О-ля-ля!'.

Петровский загиб на языке Вольтера, а в легионе и не такому можно было научиться, высказанный со всею пролетарской ненавистью Толиком контре Трубецкому, юного князя не остановил, а только раззадорил. Схватив саблю, полез на Виверру всерьез, но был обезоружен и отхлестан клинком плашмя ниже спины. И тогда князь полез в кулаки...

Почему Толик его не убил, осталось для меня загадкой. Наверное, потому, что тот уже избитый до полусмерти и совсем потерявший координацию, все равно, с упорством бультерьера, лез на своего противника, вернее уже полз, поскольку на ногах не держался.

Толик вылил на горячего парня ушат талой воды и сказал ему на том же французском в затуманенные болью глаза, что за такой базар в следующий раз князя грохнет на месте, а быдло стоит в стойле. А если тот офицер, а не сопля, пусть тренируется раза в три интенсивнее, тогда у него появится шанс расквитаться с обидчиком самому, а не вызывать солдат на помощь. Или слабо?

К счастью, эту сцену не видел никто, ее мне потом Толик рассказал, когда я пристал к нему - отчего он нянчится с князем? Кстати, бил он их сиятельство как Лелик из 'Бриллиантовой руки' - больно, но аккуратно, оттого, на видимых народу частях тела следов побоев потом не наблюдалось. Хм... Почти.

Так вот, экс-легионеру понравилось, что перед тем как лезть с кулаками, князь за плеть было ухватился. А потом, секунду подумав, бросил и пошел с голыми руками. А самое главное, как только смог подняться на ноги подошел к Виверре и, хоть и сквозь зубы, попросил прощения за несдержанность. А еще попросил научить его так драться, чтобы в один день он мог Толику с процентами вернуть долг.

Спецназу такой характер упертый пришелся по нраву. Он выставил ряд условий, на которые князь согласился, и свое согласие подтвердил дворянским словом. Вот с тех пор и постигает науку боевого мордобоя, а также прочие премудрости у бывшего спеца. Но, что интересно, если вначале князем двигала злость, то очень скоро она сменилась практическим интересом, а там и искренним уважением к своему наставнику.

Толик свое мнение князю не навязывал никогда, но всегда, когда тот спрашивал, растолковывал для чего то, да для чего это и почему, на его взгляд, надо делать так, а не иначе. При этом ссылался на таких авторитетов в философии, военной науке и науке управления, что в итоге молодой человек чего-то там в своей голове нафантазировал. По крайней мере, к Толику он обращался с тех пор подчеркнуто уважительно, а главное, как к человеку равному ему по статусу.

– Он меня за какого-то знатного отпрыска считает, - откровенно ржал Виверра, - который скрывается инкогнито от злой родни. Прям - мексиканский сериал. Ха!

Вот она, Серега, молодость. Все их на романтику тянет! Но из лоботряса я офицера сделаю, как он сам хочет, есть в нем основа. Не, Серый, в натуре ведь через пару лет мне фэйс начистить еще раз попытается. Он долгов не забывает, ети его сиятельство... И правильно, пускай попробует - еще отгребет, но я придурку путь на Сенатскую площадь отрежу, мозги, как умею, но вправлю. Если к тому времени парня обойдут пули, сабли, сума да тюрьма, он сам тех бобиков-декабристов давить будет.

Да, Толик хоть и сапог, но образованием и жизненным опытом его судьба не обделила. Весьма нужное дело, если вдуматься, делает. Молодежь - наше все.

Интересно, как из таких смелых и честных мальчишек выросли позже конченые циники? Массоны-каменщики, блин, общечеловеки фашиствующие. Я читывал программы этих державных строителей, с пирамидой и циркулем в голове и прочими масонскими атрибутами в мозгах. Не приведи Господи их претворения в жизнь тогда, да еще и в русском исполнении. Во бы, где кровушки пролилось...

А наш Серж в душе все же карбонарий. Бомбист и народоволец потенциальный - факт. Он буквально вытребовал себе право лично казнить старшего Фролина. Вот неугомонная душа. Мне эта кровожадность пришлась не по нраву, а Толик только посмеивался на мою тревогу.

– Пускай... Это ведь не так легко, как в бою. Пусть попробует. Охоту к казням у него на всю жизнь отобьет, у ентого декабристского диктатора. Вот!
– После добавил, посерьезнев лицом.
– Пойми, Серега, из князя ликвидатор никогда не выйдет. Не тот психотип. Это сейчас он копытом бьет, а как дойдет до дела... Да что я тебе говорю. Сам в его шкуре не был, что ли?
– Вздохнул сочувственно.

– Ты думаешь, Гаврила с братами пошли тогда в фольварке резать спящих, а тебя вроде как ненароком потеснили на бодрствующих? На самый опасный участок? Не... Все они поняли и меж собой сговорились. Никто и не сомневался, что и ты бы справился, но вот после... Ты и башкой мог двинуться на таком, пусть и на короткий срок, а им командир был нужен в добром здравии. Спящих резать - не всякому ноша по силам. Вот и взяли ту ношу на себя. Тоже их переломало, по ночам, бывает, кричат до сих пор от кошмаров, но у них, не в обиду тебе, порог прочности на это дело выше. Их жизнь больше била, да и старый Силантий воспитал жестко. Но мой тебе совет - не парься. Каждому свое, а им-то чуток легче, чем было бы тебе. Они это знали. Скажи спасибо и при случае их ношу подхвати. За такое отблагодарить только таким макаром и можно.

– А князь?

– А что - князь? Он ведь решил весь мир облагодетельствовать. Сопляк еще... Вот пусть и попробует один из инструментов установки мировой благодати на своей шкуре. Лично. Заднего не даст, но и повторять когда - заречется. Я таких людей видел, Серый. В бою - чистые черти, но на грязь не пойдут и под автоматом. Потому как пробовали уже... Все хорошо будет, Серега. Он поклялся. Понимать надо...

Вот так. Толик меня и утешил, и озадачил слегка. Я-то прежде считал советских, а позже российских офицеров несколько недалекими людьми, а совершенно напрасно. Вон как он меня лихо. И не обидно, вроде, а гордыню пообломал в момент. Да еще и настроил, для достижения дальнейших... В боевой и политической... М-да...

Интересный нюанс. Только сейчас приметил. Толик с отцом Андреем, моим суровым смоленским священником, принимавшим мою исповедь, чем-то сходен. Хотя чего это я? Служат ведь. Без фанфар и громких слов, сами себя обязав на служение. И тот и тот. Только на разных фронтах. В разных, так сказать, войсках. Но командование у них одно. Земля наша, да люди что на ней живут. А остальное - вторично.

Не, но это просто здорово, что Виверра с Гаврилой сейчас со мной. Да и Сержу общение с ними выходит совсем не лишним.

Саму операцию по ликвидации Фролина описывать нет желания. Если бы не одно событие. Поскольку стоила нам вылазка нервов немерено, и выкрутились мы лишь чудом, да помощью, которая явилась нежданно...

Но обо всем по порядку.

Вначале-то все хорошо было. Мы его выкрали на манер 'кавказской пленницы', предварительно пристукнув и заткнув рот, после чего в виде тела унесли. Через окно утащили, а в это время перед входной дверью его комнаты бдел караул. Но сработали чисто, без шума. До утра могли и не хватиться, если никто не вздумает проверить сооруженную нами на кровати 'куклу' которая заменила под одеялом вроде как спящего человека. А там садиком до пролома в заборе, потом в карету и ходу.