Чтение онлайн

Не так представлял это себе Трубецкой...

Ага, так тебе и будет барабанный бой, развевающийся на фоне заката черный плащ, обвинительная речь и удар кинжала благородного мстителя в сердце предателя. Смотри Серж, смотри... Это выглядит чаще так, чем иначе. Но помочь как-то надо, а то не выйдет ничего у князя. А если...?

– Фролин! Глянь на меня!
– Я пытался поймать блуждающий взгляд безумца.
– Глянь сюда! Я - причина смерти твоих сыновей! Я - Горский! Гляди на меня, старый хрыч, гляди!!!

Мой крик остановил метания связанной фигуры. Взгляд на миг стал осмысленным.

– Гоорссский!
– Мою фамилию Фролин прошипел змеей. Сколько же ненависти в этом слове... Океан! Глаза, и так с кровавыми жилками налились кровью, словно у разъяренного быка. Замер. Потом выдохнул:-Умри!
– рванулся в путах с такой силой, что веревка затрещала уж совсем угрожающе рвущимися волоконцами.

Именно в этот момент Серж нанес свой удар. Куда, я не смотрел, не отрывая глаз от взгляда предателя.

– За измену!
– Вскрик Трубецкого.

Голос сорвался, дав петуха, но сейчас это не важно.

Хорошо учил спецназовец. Фролин вздрогнул всем телом. Он умер мгновенно.

– Князь! В сторону!
– Толик отодвинул рукой застывшего перед трупом Трубецкого. И резким толчком вонзил стилет под челюсть бывшего штер-кригскомиссара, и отшатнулся, оставляя клинок в ране.
– За солдат! И - контроль! Готово... Серый?

Нет жалости... Сдохни! И гори в аду!

– Да! Мне тоже должен...
– Кинжал в моей руке совершает короткую дугу и вонзается в уже мертвое тело.
– За Горки и Анну...

– Аминь!

Только сейчас мы заметили, что карета остановилась. У раскрытой двери стояли Гаврила и наш безымянный проводник. Именно он и поставил точку в акте казни своим словом.

Все. Финиш... Мертвым - мертвое, а живым - живое.

Нам надо теперь сохранить свои жизни. По простому, грамотно свалить.

А время жмет...

Вот же ж..., словно опять вернулся в прошлое на полтора года. В пехоту-матушку. Одна разница, тогда догонял, теперь - убегаю. А наука марш-бросков суворовских вот как пригодились. Опять знакомый ритм...

Раз - два - три - четыре - пять...
– бегом

Раз, два, три, раз

– раз, два три, раз

– раз, два три, раз - быстрым шагом.

И по-новой - бегом... шагом... бегом...

Бодрит, однако, ощущение дичи, на которую охотятся... Ага! Хорошо хоть не с вертолета.

Эт, да... Во всем находим позитив. Но тут вот с положительными эмоциями как-то напряжно. Под ложечкой холодно, спине зябко, словно от ненавидящего целящегося взгляда. Брр... Неприятно. А посему - беги, Серега, беги...

– Идет охота на волков, идет охота...

На серых хищников! Матерых и щенков.

Шаг - бег, шаг - бег. Уходим волчьим скоком. И загоняют нас по-волчьи. Охотники. Гвардейские конные егеря.

Ну, с матерыми - понятно. Толик, тот еще 'лобо', поди его возьми... Гаврила не на много отстал, сероманец неслабый. Со щенками, тоже, полный порядок. Наш Серж - самое то.

А я где-то посередке. Из щенят уже вырос, а в матерые, так пока опыта маловато, несмотря на все мои ордена. Еще дожить надо. И шкуру сберечь. Но я на правильном пути... вот, шаг - бег, шаг - бег.

Наша хитрость с умчавшейся в сторону моря каретой не прошла. Безымянный лазутчик, сев на козлы кареты, сумел увести основную погоню за собой, но загоном тут занимаются, явно, не дети.

Нас почти накрыли.

Вернее сказать, обнаружили заготовленных для того чтобы смыться лошадей. И всего-то нам пройти надо было с пару верст, до лесочка в стороне от дороги... Не успели. Тревога была поднята раньше, чем мы рассчитывали, и погоня организованна мгновенно. Конные егеря... Я их зауважал, честное слово. Вместо флажков алые ментики загонщиков. Тоже красиво...

И смертельно.

– Кровь на снегу...

И пятна красные флажков...

Едва ли наш проводник сможет уйти...

Хотя, как знать? Он 'Штирлиц' тертый. В водах полоскан, огнем прожарен - может и выскочит. Он тут - местный.

Погоня проскакала буквально через пятнадцать, может двадцать минут, как мы направились в сторону леска. Проскакало по дороге около взвода, может чуть побольше, с факелами и фонарями, а отделение в девять человек свернуло в сторону возможного места укрытия похитителей. Лесок как раз подходил...

Ха! Мы сами так ловили татей по виленским лесам. Тактика, как у нас. То есть - хорошая.

– Ложись!
– это Толик.

Твоя стихия спецназ! Тебя учили уходить от погони, а ты нас поднатаскал неслабо. Во! И это пригодилось, не меньше марш-бросков...

Хана сюртуку! А какой был...

– Хлюп...

– Чвак...

... модный!

На пузо в лужу и по весенней грязи...

Толик - ящеркой, Гаврила - ловко, я - так сяк, Серж - ...?

Ну,... Серж пока неважно. Но ползем в близкий распадок. Похоже на ручеек, заросший по берегам вербовым кустарником. Защита - никакая, укрытие - так себе... А другого нету. Пластаем по земле, защитнице нашей. Укрой матушка от взгляда злого, ищущего, укрой от погони кровавой... Не доползти нам, не успеть... Далеко...

Наверное, очень уж горячо молились мы, земля нам и подарила небольшую ямку-промоину, вроде воронки от снаряда, куда мы и забились вчетвером. Эта ямка и укрыла от глаз проехавшего в сторону леска отделения. А ведь меньше, чем в полусотне шагов от нас были. Ночь-то ночь, но на голом выпасе мы - мишени. Если б не ямка...

Тогда, Серый, была б хана не только сюртуку, но и тому, кто в нем.

Патруль проехал. Всё, ползем к кустам. Там хоть какой-то шанс... Двигаться к лошадкам уже нет смысла, через десяток-другой минут егеря их обнаружат. Слава Богу, никого из людей там быть не должно, только приготовленный для нас транспорт.

Капнуло мокрым. И еще... Дождь.

Ура! Дождь! Для нас спасение... Только бы подольше... Собаки след не возьмут... Да и откуда брать? Мы до лошадей не добрались. Ах, как я рад, весеннему, мокрому и противному, но такому желанному дождю!