Почему он нас уничтожал? Сталин и украинский голодомор
Шрифт:
Почти одновременно с В. Малинковичем в газете «День» выступил политолог Михаил Бежецкий. Сторонники концепции геноцида должны доказать, указывал он (как и Малинкович), что украинских крестьян уиичтожали как этнических украинцев, а не крестьян или жителей определенной территории. Однако, в отличие от Малинковича, он не считал аксиомой закрепленное в Конвенции ООН от 9 декабря 1948 года политико-правовое содержание понятия «геноцид». Его выводы сводились к следующему:
1. Голодомор 1932–1933 годов является одним из наиболее страшных злодеяний в истории человечества.
2. На вопрос о том, подходит ли Голодомор под юридическое определение геноцида, нельзя однозначно ответить в связи с неконструктивностью этого понятия.
3. Чтобы мировое сообщество могло лучше противодействовать массовым уничтожениям людей, наподобие тех, которые происходили в XX столетии, надо закрепить в международном праве такое же весомое понятие, как геноцид, но более общее.
Верховная Рада и президент Украины уже обратились к международному сообществу с просьбой признать украинский Голодомор геноцидом. Пежецкий фактически предлагает, чтобы они отозвали свои обращения и удовлетворились другим вариантом квалификации сталинского преступления.
Альтернатива действительно существует. Это — понятие преступления против человечества или преступления против человечности (английское слово humanity имеет оба значения, вследствие чего термин в русском языке остается нестабилизированным). В неявной форме это понятие было заложено во Вторую (1899 год) и в Четвертую (1907 год) Гаагские конвенции о законах и обычаях сухопутной войны. В них провозглашалась необходимость придерживаться «законов человечности» в ходе вооруженных конфликтов. В явной форме понятие преступления против человечности впервые использовано в приговоре Нюрнбергского трибунала. Римский устав Международного криминального суда (2003 год) квалифицирует преступление против человечности как действия, связанные с сознательным нападением на гражданское население (в форме убийства, уничтожения, порабощения, депортаций, заключения в тюрьму и т. д.).
Все признаки преступления против человечности прослеживаются в событиях 1932–1933 годов. Понятно, однако, что любая другая квалификация террора голодом при наличии понятия «геноцид» не может нас удовлетворить.
Украинский народ следует воспринимать не только как этнос, но и как политическую нацию, а Украину — не как территорию, на которой живут украинцы, а как страну. Если так подходить к событиям 1932–1933 годов, то мы должны признать геноцидом террор голодом, примененный против украинцев в УССР и на Кубани под видом хлебозаготовок.
Такой квалификации не может препятствовать то обстоятельство, что конфискация продовольственных запасов, то есть террор голодом, применялся в УССР не только против украинцев. В равной мере мы признаем факты террора голодом, направленные не обязательно против украинцев и даже совсем не против украинцев в Северо-Кавказском крае и в Поволжье. Кремль применял террор, в том числе террор голодом, во всех политико-административных частях Советского Союза, где существовала особая политическая опасность для режима.
Организовать смерть миллионов людей непросто. Это дело требовало опыта и десятков тысяч исполнителей. Отрицая сформулированный Дж. Мейсом вывод комиссии Конгресса США о голоде 1932–1933 годов в Украине, Ш. Мерль писал: «Изъятие зерна происходило, как правило, местными активистами украинской национальности. И этот факт, который с сожалением констатируется в докладе Конгресса, трудно сочетать с тезисом о геноциде».
Почему национальность непосредственных исполнителей должна иметь какое-то значение при определении меры ответственности за преступление? Суждение немецкого профессора страдает типичной абсолютизацией этничности. В равной мере не имеет значения национальность организаторов государственной акции, повлекшей за собой смерть миллионов людей. Кому придет в голову бросить тень на народы, из лона которых вышли грузин Сталин, еврей Каганович, русский Молотов, поляк Косиор?
Отбросив спекуляции на национальной принадлежности исполнителей и организаторов, которыми любят пользоваться крайние националисты, посмотрим, как был организован геноцид.