Чтение онлайн

После второго такого случая женщину тут же перестали пускать, а пациента выпускать. Но через пару недель мужчина отказался от лечения, тогда же за ним и пришла бывшая посетительница.

— Ты кто? — Спросила женщина, с трудом выговаривая фразу, на едва незнакомом ей языке.

— Я пришел поговорить с господином Джошкуном, — поясняю я, замечая полное непонимание в глазах Татьяны.

Она не знает, что я прошу, но на всякий случай преграждает мне дорогу, вытянув руку в сторону, уперев её в дверной проём кухни.

— Господин Джошкун, — громче позвал я, решив не вступать в преждевременный конфликт. Ответом мне стало молчание. Позвал ещё раз.

— Но-но-но, — повторила женщина, наверное, имея в виду слово нет. И как это понимать? Как вообще с ней договариваться?

— Мне необходимо поговорить с хозяином дома, не могли бы вы позвать его? — Спрашиваю я, на этот раз, переходя на английский язык, это её но же было с чем-то связано.

Непонимание в глазах прибавилось, теперь ответа я не удостоился, она просто покачала головой.

Ладно, наверное, отца Кадер нет дома, мой зов он должен был услышать, принимаю решение приехать позже, поборов желание вызвать эмиграционную службу на Татьяну, пока та не приняла решение стать мачехой моей возлюбленной.

Разворачиваюсь, уже подхожу к выходу, и вижу у косого забора нужного человека, он тоже видит меня, замирает от удивления, непонимающе смотрит на меня.

Я приветственно киваю, ожидая, пока хозяин войдёт в дом, не побежит же он от меня. Пришлось подождать пару минут, что со стороны выглядело странно, будто за мужчиной пришла Смерть с косой, и он не спешит к ней приближаться.

— Что вы хотите от нас? — Спрашивает мужчина, явно не радуясь моему приходу.

— Поговорить о вашей жизни, — спокойно отвечаю я, совершенно не смутившись.

— Тебя разве должна касаться моя жизнь? Свою сначала проживи, а потом в чужие дела влезай, — с нескрываемой неприязнью почти шипит мой будущий родственник.

— Вы правы, меня это совершенно не касается. И мне, честно говоря, плевать как вы ведёте свои дела, и каким способом расслабляетесь. Единственное, что беспокоит меня, ваша дочь, это же должно беспокоитьи вас.

— Ты купил её, — злобно прорычал Джошкун. — Забрал, как ненужную вещь. Насильно сделал своей любовницей.

— Вы собираетесь обсуждать это здесь? Почти на улице, при открытой двери, чтобы соседям было о чём поговорить?

— Пусть слушают! Слышат, какой ты человек. Чтобы до всех дошли эти слухи, и ты опозоришься!

— Не советую так кричать, скорее всего, сейчас вы выставляете свою дочь в неприглядном свете, — чуть жестче проговариваю я, выразительно, с некоторым высокомерием, глядя на мужчину.

Нельзя допустить, чтобы нас кто-то услышал, плевать, что будут думать обо мне, но Кадер, особенно среди своих соседей, не должна поддаваться осуждению.

Игнорируя мнение хозяев дома, прохожу в гостиную, где без приглашения усаживаюсь за стол, примерно на то же место, где мы впервые разговаривали.

— Да что ты себе позволяешь, мальчишка? — Следом за мной заходит Джошкун.

— Не хочу, чтобы посторонние слышали наш разговор. А теперь прошу вас выслушать меня. Так уж сложилось, что когда люди заводят детей, они принимают на себя ответственность заботы о них, а так же, заботы и о себе. Но по какой-то причине вы забыли об этом, и вместе со своей жизнью, губите жизнь Кадер.

— Она сделала свой выбор, отказалась от меня ради богатой жизни. Стала падшей женщиной.

— Прошу не делать поспешных выводов. Считаете, что она переехала в новый дом из-за своего стремления жить богато? Нет, она села в мою машину в тот день, не взяв с собой ничего, оставив здесь свою душу и сердце, только потому, что хотела для вас блага. Она не соглашалась уезжать, промолчала и поехала, узнав о вашем согласии на это. Это вы не оставили ей выбора.

— Ты обвиняешь меня? — Закричал мужчина, вновь вскакивая на ноги. В его глазах пылал огонь ненависти. Интересные у нас будут отношения, когда с Кадер всё зайдёт слишком далеко.

— А вы обвиняете её. Между нами не было ничего, что принизило бы Кадер в ваших глазах.

— Но ты забрал её, как покупают товары в магазине. Я никогда не поверю, что ты помог нам из добрых побуждений. Ты не относишься к таким людям.

— В чём-то вы правы. Я оплатил долг по одной единственной причине, я влюблён в вашу дочь, и как это ни странно, на тот момент это казалось мне единственным способом обратить на меня внимание.

— Обратить внимание? Ты хоть понимаешь, что говоришь? Ты заманил её, заставил быть рядом, а теперь говоришь, что это был единственный выход?

— Влюблённые совершают странные поступки, чтобы быть рядом с тем, кого они любят. Я не оправдываю себя, сейчас, зная её лучше, я не поступил бы так же, хотя, это был единственный способ к её сердцу.

— Ты, в самом деле, маньяк, парень! — Воскликнул мужчина, но уже не так злобно, скорее удивленно.

— Вероятно, вы не поняли уровень значимости Кадер для меня, но тем не менее, я сделаю всё, чтобы она не расстраивалась.

— А причина её расстройств я? Ты ошибаешься. Она сама сказала, что теперь оставляет меня, и не будет помогать мне.

— А что ещё ей нужно было сказать? Вы для неё самый родной человек. Всю свою жизнь, все мечты она перечеркнула для вашего спасения. И что получила в итоге? Плевок в душу? Кадер могла сказать многое, но это было на эмоциях. Сколько бы она не говорила, что вас больше не существует, переживания об отце оставят неизгладимую яму в её душе.

— Вы оба меня не понимаете! Я не могу остановиться, алкоголь мой единственный способ забыться. Моя жена, любовь всей моей жизни оставила меня. Я больше не смогу взглянуть ни на одну женщину так, как смотрел на неё. Никогда я не буду счастлив. Так оставьте мне возможность залить горе и не испытывать невыносимую боль.

— Рано или поздно придеться остановиться. Забыть жену. Начать новую жизнь. Чувства угасают со временем, если постоянно не подпитывать их. А вы только этим и занимаетесь, судя по всему.

— А ты остановился? Ты забыл мою дочь? Нет, ты сделал всё, чтобы привязать её к себе, — рассерженно взглянул на меня Джошкун, в его глазах отражалась безмерная тоска. Так по мёртвым не горюют, как он убивается по бросившей его женщине.

— Возможно, но в том то и дело, я сделал, а не сидел за столом, выпивая горячительные напитки, в надежде, что когда-то её осенит, и она поймёт, что является моей судьбой.