Чтение онлайн

— Благодарю, — ответил друг так, будто принимал соболезнования на похоронах близкого человека. — Добро пожаловать.

— Джан, познакомься, это Кадер. Кадер, это мой лучший друг Джан.

— Рада знакомству, — слегка пожала его руку девушка, не поднимая глаз.

Все чаще я замечаю, что она никому не смотрит в глаза, даже при разговоре отводит взгляд куда-то, смотрит вниз или на одежду, на руки собеседника, и контакта глазами избегает. При нашей первой встрече меня разозлило, что она не глядела на меня, даже показалось, что это презрение с её стороны, но скорее всего это какой-то комплекс.

Вместе с этим я заметил другой взгляд. Странный взгляд Джана на неё. Он смотрит на неё сожалеюще-печально, и вовсе не потому, что с ней что-то не так, он жалеет, что не может больше общаться с другими девушками. Во всяком случае, я надеялся, что думает он о других девушках, а не о Кадер.

Я довольно быстро познакомилась с друзьями Биркана, особенно добр ко мне оказался Джан, а Анри и Озгюр засыпали меня вопросами. И если Озгюр хотел знать больше обо мне и о всяких подробностях, за что получил щипок от брата и Биркана, то Анри, в странной, но чарующей манере, расспрашивал о Нихан. Со всем прискорбием я сообщила, что она счастлива и вскоре выходит замуж. От этой новости парень расстроился, будто подруга была центром его вселенной, хотя они ни разу не поговорили нормально, во всяком случае, Нихан ни разу не слушала, что он говорит

Мешать мужской компании я не стала и хоть и чувствовала себя странно, грязной тряпкой на фоне нарядов от кутюр, как говорит моя тетя, но мне срочно требовалось отойти в какой-нибудь угол и сесть, ибо терпеть боль в ногах уже было невозможно.

Так как других туфель у меня нет, а эти принесла мне тетя, и они на два размера меньше моего, мои пальцы сжались до такой степени, что грозились пробить костяшками обувь, а пятка настолько вжалась в край, что вероятно уже сейчас натерлась мозоль, и вот-вот хлынет кровь. Но во всем этом был плюс, даже если я начну прыгать на месте, обувь с меня не соскочит, вряд ли бы мне это пригодилось, но хоть что-то хорошее.

Я медленно, мне казалось, если чуть набрать скорость, то я собью или врежусь в кого-то, а лишнее внимание мне ни к чему, двигаясь, как ощетинившаяся кошка, перемещалась по огромному двору. Оценивала декорации: миниатюрные лампочки, белые и розовые атласные ленты изящно ниспадают с мраморных колонн, поднимаются вверх и окутывают пространство над садом. Словно навес из шелка.

Праздник проходил во дворе за домом семьи Бетлюч, часть гостей находилась на большой веранде из белого дерева, где как раз и размещались кресла и диванчики, обтянутые бело-молочной кожей. А вот во дворе, сразу после ступенек разместились столы с угощениями и напитками.

Гостей было так много, что я боялась заблудиться и среди этих людей, разместившихся и на террасе, во дворе и в большом коридоре, размеры которого превышали мой дом, как в высоту, так и в ширину, потерять Биркана.

Глядя себе под ноги я осторожно приближалась к замечательному месту, в самом углу террасы, возле перил, там был еще и вход в кухню, откуда часто выходили официанты, пополняющие столы и выполняющие некоторые личные просьбы гостей, в виде приготовления чая или кофе, поэтому народ не спешил занимать там места.

Незаметно для себя я подняла голову, услышав чей-то приятный смех, в нескольких шагах от меня, спиной ко мне стояла полноватая девушка, разговаривая с несколькими другими девушками, на ней свободное платье, чуть оголяющее лопатки. Сверху, на шее, платье придерживается шелковыми лентами, по цвету, так похожими на ленты коими украшена территория. Ленты развязались, и одна вот-вот норовит сползти по плечу, оголив этим всю верхнюю часть тела.

Одна из собеседниц, с идеально прямыми черными волосами, её уложенная челка кокетливо прикрывает голубые глаза, прекрасно замечает, как медленно сползает лента по кругловатому плечу своей подруги, даже следит за этим краем глаза, но молчит. С плеча её взгляд переводится на меня и красивые, чуть раскосые, голубые глаза смотрят с интересом и сомнением.

Красивое лицо девушки показалось мне стервозным, сложилось впечатление, в особенности от её взгляда, что она ждет, когда платье сползет от резкого поворота или от ветра, и девушка опозорится перед кучей людей.

Не совсем вникнув в свои действия, я шагнула к ним, обойдя небольшой пуфик, бесцеремонно вмешиваясь в чужой разговор. Не зная, что следует сказать, а что сделать, я, чувствуя как мои щеки алеют, осторожно коснувшись её оголенного плеча пальцами, произнесла:

— Прошу прощения, можно я поправлю кое-что?

Девушка, с глазами испуганного зверька, обернулась ко мне, не понимая, что я хочу от неё.

— Что такое? — У неё оказался неожиданно милый, высокий голос, почти детский.

— Отойдем подальше, я поправлю ленты на твоем платье. Честное слово, сейчас ветер подует и всё улетит, — пояснила я, с некоторым сожалением.

Она с удивлением попыталась посмотреть на свою спину, а рукой потрогала себя за шею, проверяя мои слова. В это время я заметила прожигающий ненавистью взгляд от другой девушки, и адресован этот взгляд мне.

— В самом деле, — охнула девушка. — Спасибо тебе, давай зайдем в дом.

Она, приложив руку к груди, придерживая платье, развернулась, и хотела было отправиться в помещение, но вдруг послышался треск. Мы резко обернулись, та самая голубоглазая девушка случайно наступила на край длинного платья и оно разошлось.

Она спрятала нижнюю часть лица ладонями, глаза её округлились, и она произнесла:

— Ох, Мелике, прости. Я хотела пойти за вами, помочь тебе, но испортила всё. Ох.

На глаза девушки навернулись слезы, она с таким сожалением смотрела на это платье, будто на умирающего человека. Она вот-вот расплачется, а на нас уже начали поглядывать гости, я взяла её под руку и повела вперед, не давая произнести хоть что-то.

— Сегодня мой день, возможно, самый счастливый день, — протянула она, давясь слезами, пока я, сев на корточки возле её ног, пыталась придумать, что сделать с платьем. — А всё случилось хуже некуда. Я так долго выбирала платье. Захотела быть самой красивой, и что теперь.

— Не паникуй, я сейчас придумаю что-нибудь. А ты пока умойся. Посмотри на себя, тушь потекла, так не годится, осторожно смой это, только без лишних движений.

Мелике послушно выполнила моё поручение, включив кран и шмыгая носом. Я залезла в свою маленькую черную сумку, схваченную наспех из дома, в поисках чего-то. К счастью, моя тетушка всегда просит носить меня с собой швейный набор, но, к сожалению, я не всегда внимательно её слушаю. Вместо того чтобы взять комплект с иголкой и ниткой, я прихватила прозрачную, пластиковую коробочку, в которой хранятся совсем непонятные для меня вещи, а именно: пара мелких белых, и пара черных пуговиц, четыре заклепки, приделанные в маленькие картонки, пара швейных булавок и наперсток. Я обрадовалась нахождению булавок, коих в комплекте было всего четыре штуки, чего может быть недостаточно при таком длинном разрезе.

— А ведь матушка говорила мне, нельзя ходить с открытыми плечами, это неприлично, — продолжала Мелике. — А я не послушала её, и вот, Всевышний наказал меня.

— Успокойся, дело не в твоих плечах. Та девушка, может, я не права, но она будто специально наступила на платье.

— Йетер? Нет, она хоть и не ангел, но не поступила бы так. Да я и не делала ей ничего плохого.

— Люди делают плохие вещи не только из мести, — не согласилась я, и почти сразу перевела тему. — У тебя случайно нет ниток? Или запасной одежды? — Последний вопрос был настолько глуп, что у меня самой приподнялись брови, но хотелось верить, что одежда есть.