Чтение онлайн

— Ваше наказание не обсуждается, — скупо проговорил он, доставая для нового класса учебники и методички.

— Михаил Сергеевич, пожалуйста, у меня правда… Мне с выходных сложно концентрироваться… Но не стоит… — я сглотнула, теперь разглядывая учительский стол. — Скоро всё пройдет…

— Я терпелив. Подожду, — кивнул мужчина, снимая очки и поджимая губы. — Учиться никогда не поздно. Заодно отоспишься. Да и самообразование тоже пойдёт тебе на пользу. Жду сегодня после… седьмого урока в этом же кабинете. Не придёшь — на следующем уроке будет «внезапная» контрольная работа. Не думаю, что класс будет счастлив от этого.

Я только пискнула от наглости, хотя хотелось топать и выть от настолько крутого поворота. Каша в голове только подливала масла в огонь. Видимо, Левин и сам увидел, что перегнул палку, поэтому стал немного мягче. Сцепив пальцы в замок, он пожевал губы.

— Это для тебя. Дисциплина тебе сейчас нужна. Поэтому это — всего лишь помощь. Упустишь раз — и больше не исправить, — Михаил Сергеевич не смотрел на меня, но и не нужно было.

— Я приду, — сжав кулаки, глухо произнесла я, проглотив неприятные слёзы обиды.

— Вот и хорошо, — с явным облегчением согласился Михаил Сергеевич, а я, сжав зубы, пошла на следующий урок, чувствуя себя хуже некуда. Литературу я кое-как проспала, смутно вспоминая всё, что мне привиделось под ностальгическую песню во время школьного похода.

Следующие полтора часа я ковырялась в учебнике истории как в не очень-то вкусной еде. Другие ребята уходили домой, с молчаливым сожалением поглядывая на меня, а мне приходилось сидеть в одиночестве и учить параграфы, которые не так давно рассказывал учитель. Сам Левин читал какие-то записи, отмечая что-то на отдельном огрызке бумаги. Серьёзный, как обычно, ни улыбки тебе, ни какого лишнего движения…

…Перо скользит по бумаге, изредка окунаясь в чёрно-синие чернила. Я искоса наблюдаю за чужой работой, молчаливо восхищаясь усидчивостью писца. Тень, крепкий солдат, носящий за спиной двуручный меч, наконец-то остался в коридоре и не выдавал своё присутствие раздражительным сопением и запахом костра, присущим, наверное, только ему. Да и моя Тень, мастер хлыста и ножей-спиц, отсыпается в своей комнате. Всё-таки даже таким выносливым ребятам нужно время от времени вести себя как детям.

— Попалась скучная книга? — тёплый улыбчивый голос интересуется моим бездельем. Перо перестало царапать материал и застыло в ожидании новой работы.

— Я это уже читала. И цитировала тебе прошлый раз самую полезную и жуткую часть, — я капризно надуваю губы, прикрывая том, заботливо одетый в кожаную обложку с вышивкой разноцветными нитями.

— Разве? — кончик пера заглядывает в чернильницу и продолжает свой танец.

— «Слеза Императора», — меня от неприязни даже передергивает. — Ужасный состав. Его изобретателя следовало бы поить этой мерзостью, пока не перестанет биться сердце…

— Недолго бы пришлось. Верное название. Одна капля — и ты перестаешь дышать… — голос стал задумчивым, словно пожалел о теме разговора. Через несколько мгновений молчания тишина была прервана. — Верни книгу на место, родная. Посмотри вон ту, на предпоследней полке.

— С нефритовой рыбкой на корешке? — я ставлю прежнюю книгу на стеллаж и без труда двигаюсь вдоль полок, ласково касаясь резьбы и украшений на обложках.

— Нет, рядом. Аметистовый ирис, — в голосе столько нежности, что хочется обернуться и посмотреть на обладателя улыбки. Но я не хочу отвлекать его от работы, поэтому послушно беру предложенную книгу, рассмеявшись от одной надписи-вышивки на обложке.

— Сказания Чёрного леса! Легенды! — я прижимаю книгу к груди и, придерживая подол платья, схожу с подставки на ковёр, утонув в его длинном ворсе. — А не рано ли?..

— Не рано, — писец за столом усмехается, вновь зацарапав пером. Я усаживаюсь в кресло, сдерживая слишком широкую улыбку. — Почитай нам вслух…

Теперь я усмехаюсь. Моя ладонь осторожно опускается на округлившийся за месяцы живот, но я, словно коснувшись огня свечи, вновь берусь за книгу. Сначала любуюсь подобранными камешками и четкими стежками мастера переплета, осторожно открываю, закусив губы в ожидание красивой заглавной буквы и чёткой строки на светло-коричневой странице, но вместо этого на меня из книги смотрит темнота. Я в страхе поднимаю глаза на письменный стол, но он оказывается пуст, оглядываюсь — библиотека молчит. Подозревая худшее, отбрасываю книгу от себя. Ладони опускаются на живот, на плоский и мягкий живот!

Брошенная книга вздрагивает на полу, залившись горьким хохотом. Мне же хочется рыдать от тяжести внезапной потери, до крови закусывая ладонь и пальцы.

— Mleo ba lipro ep seh’p? — сквозь смех, переходящий в плач, интересуются из её глубин…

«Черт, побери!» — я вздрогнула, понимая, что минимум минуту смотрю прямо на учителя, а он в свою очередь не сводит глаз с меня и даже не моргает. Видение улетучилось, как сон.

— В чём дело, Соловьёва? — всё-таки спросил Михаил Сергеевич, собирая книги и тонкие тетради вместе. — Ты справилась с заданием, что я тебе дал?

— Да… — я поспешно закивала, судорожно хватая свои вещи и кидая, не глядя, их в рюкзак.

Добравшись до листочка с простыми вопросами и подойдя к учительскому столу, дрожащими руками передала его преподавателю. Он, перестав глядеть на меня, коротко пробежал взглядом по моим изрядно искривившимся записям.

— Можешь же, когда хочешь. Просто приступ невнимательности, — я снова получила свой листок, от лёгкой радости слишком сжимая его. Мягкий спокойный взгляд снова поднялся на меня. — Жду завтра, снова после уроков.

— Хорошо, — слова я уже проглотила, спеша в раздевалку за курткой. На ходу включила телефон, и он уже через минуту начинает пиликать.

— Ритка, ты чего мобилу вырубила? — возмущается Антон, почти крича в трубку. Судя по фону, он был где-то на улице — слишком шумели машины. Да и компания изрядно веселилась.

— Левин мне продлёнку устроил. Извини, — я машинально пожала плечами, забирая одежду и на ходу одеваясь.

— С чего это? — мой парень недовольно возмутился, но зато нашёл угол потише.

— Я на уроке заснула, забей, — я испытывала короткое угрызение совести перед своим молодым человеком, но его вскоре как ветром сдуло. — Боюсь, я всю неделю после уроков буду оставаться…

«Боюсь?» — вдруг удивилась я, потому, что внутри всё прыгало и хлопало в ладоши.

— Рит, ты уверена, что тебе не стоит в больницу заглянуть? Может, ты в походе что подцепила?

— Нет, нет! Всё нормально, правда! Давай, я тебе попозже позвоню, ладно?..

Не дожидавшись ответа, я положила трубку и, сунув руки в карман, побежала догонять собиравшийся отчалить автобус. Почти впрыгнула внутрь и устроилась в уютном уголке, разглядывая привычный пейзаж за окном. Контролер со скукой отвязался от меня, увидев проездной.