Чтение онлайн

— Оружию позволительно быть красивым ровно до тех пор, пока оно не начнет убивать. В смерти красивого нет ничего, — буркнул я, наблюдая за пальчиками, держащими спицу. Они даже тоньше её…

— В таком случае, в самой жизни нет места радости. Красоте можно радоваться, но сама жизнь не что иное как очень медленная смерть, — Фанориа улыбалась в отблеске света на спице и гладила полированный металл. — Рождение чего-то нового заставляет гибнуть старое, чтобы когда-нибудь самому постареть. Стоит радоваться каждому мигу, движению, звуку. Гореть, пока возможно, и учить своему огню тех, кто только начинает тлеть. Вдохновлять жить!..

«Перечит!» — не слишком думая о том, что учу своему льду Риа, я искал слабину в её словах. Девушка же, встретив тишину, улыбнулась ещё шире и пристально посмотрела на бревно, в которое я всадил спицу. Я ждал продолжения разговора, но вместо него дождался взмаха тонкой руки. Что-то от её движения замерло в моей груди и со слышимым лишь мне грохотом упало до уровня пупка. Спица из рук княжны мягко вонзилась в ствол ровнее моей и лишь немногим ближе к желаемому центру.

— И часто ты упражняешься со спицами?.. — я так растерялся, что упустил все словесные ухищрения княжеского ранга.

Голос сел до хрипящего полушёпота. Я мог язвить и глумиться, но само движение девицы для броска затыкало меня. Если я пускал от ведущего плеча почти по прямой, то княжна метала от противоположного плеча, как с разворота, так ещё и через низ. Непривычно.

— В Пике Бездны — всё время, пока родители не видят, — Риа кивнула Нисе, и та быстрым шагом поспешила вернуть нам спицы.

— Но это бывает нечасто, а последние годы и вовсе редкость, — предположил я, поглядывая на Фаненису, а после — на разочарованную княжну. Она поджала губы и хмуро опустила плечи. — А рука набита. Есть же секрет!

— Может, и секрет, — огорчение сменилось задумчивой тоской.

Фанориа забрала у подошедшей Нисы одну из спиц и снова стала вертеть её в руке. Я вновь ждал, теперь броска, вот только княжна отложила спицу и интенсивно потёрла ладони одну о другую, словно те нуждались в разогреве или даже мытье. Тем не менее, Риа всё смотрела на ладони и морщилась.

Применение магии ощутимо щёлкнуло по маковке. Практически одновременно с этим, с малым запозданием, княжна подула на руки, над коими заклубился густой пар. Захрустел, затрещал, плотнея и вытягиваясь, чтобы стать куском льда, чрезмерно похожим на отложенную спицу, чтобы быть случайностью. Двинулась Риа стремительно. Быстро перехватила ледышку и кинула в бревно без какой-либо подготовки. Может, и следовало — сосулька пусть и воткнулась в дерево, но от верхнего среза её отделяло самое малое два-три пальца высоты.

— Большая вышла. С мелкими проще, — Фанориа подула на раскрытые ладони снова, призывая магию и облачко пара.

На одной льдинке ничего не закончилось. Ледяная тучка творила осколки один за одним, чтобы они со свистом проносились от Риа к бревну и разбивались на звонкие обломки. С каждым снарядом поток льда усиливался, наседая на ствол. Помимо ледяного крошева, полетели и куски коры, а там и щепки. Магия в Стае не слишком была в почёте просто из-за того, что учили нас больше обращению с оружием, отчего от постоянной колкой щекотки у меня, кажется, замёрз затылок. Колдовство привлекло и занимающуюся Стаю, особо после того, как с десяток льдин тоньше моей спицы оставили от бревна жалкие лохмотья.

Княжна выдохнула с таким удовлетворением, что мне было впору позавидовать. Запрокинув голову, Риа глухо засмеялась. Сбивчивое дыхание она и не пыталась восстановить, улыбаясь каким-то своим мыслям. Я же смотрел то на остатки бревна, то на хрупкое создание, что разобралось с его целостностью.

«Её бы в Стаю. И не важно, что она так магией умеет. Научим остальному», — мигом пронеслось в моей голове.

— Кажется, я перестаралась, — княжна наконец-то разглядела во что превратилась цель её магического приёма.

— Надо думать, — поддакнул я и соглашаясь с ней, и в то же время восхищаясь её умениями.

— Я помогу поставить новое, — в Нисе проснулся кошак из Стаи, и она заторопилась к подоспевшим младшим ученикам, вынимающим остатки пня с креплений.

— Хорошо, — уже в спину Тени бросила Фанориа. Поёжившись, она спрятала руки под широкий меховой воротник. — Было весело. Но теперь голова кружится. И пальцы не отогреваются.

— Так бывает. Здесь много магии помимо твоей. Отчасти поэтому мы не пользуемся почти никакой магией в самой Крепости, — я протянул к княжне ладони. — Подай руки. Ну!

— Зачем? — девушка робко оторвалась от пушистого воротника.

— С непривычки болеть будут.

Заполучив тонкие ладошки, я без жалости нажал на середину ладони. Княжна пискнула и попыталась освободиться, но я только сильнее перехватил нежную добычу. Дальше я стал уже осторожнее мять подушечки под фалангами и растирать пальчики и ладони княжны.

— Город Ледяного Пика больше других насыщен магией и, применяя магию свою, ты сопротивляешься в первую очередь силовому полю города. Вот только чувство приходит позже. Неконтролируемый выпуск магии не приносит боли, а вот намеренный — другое дело…

«Какие тонкие и маленькие», — растирая пальчики, напрасно причинять боль княжне я не собирался. Прогонять её своей наигранной неловкостью и открытой агрессией было бы слишком низко. Силой бы я просто-напросто сломал её, по-настоящему. Не приученная к грубости и жестокости… Эта показная храбрость со спицей единственная для неё.

— Чем больше магии ты применяешь, тем сильнее сопротивление. Чем больше магии в тебе, чем ты сильнее и выносливее, тем меньше Крепость давит на тебя…

Поясняя для княжны, я вдруг задумался о том, как мы расстались с ней этой ночью. Её Ворон применил к ней магию. Наверняка, как мне после подумалось, он или знал о последствиях применения столь неслабого приёма, или до сих пор валяется в своих покоях и мучается от судорог в конечностях, если не от головной боли. Я желал ему терзаний. Кем бы он ни являлся, он не смел наглеть до той степени, сколько позволил себе.

— Ты так уверенно обо всём рассказываешь, что утверждение о том, что «вы не пользуетесь магией» крайне сомнительно, — заметила Риа, морщась от новой растирки.

— Серьёзно магию продолжают преподавать тем, кто желает ей заниматься. Этого достаточно, — сделав паузу, я сжал ладони княжны своими, надеясь быстрее согреть и уже не так изуверствовать с нежными ручками. — Ледяной Пик известен своими ледяными магами так же, как Клык Дракона славится отборными огнедышащими ящерицами.

— Не так уж близко меня к драконам допускали, — обиженно пробубнила Фанориа.

— Мои успехи хуже, чем того желал бы Ярчайший, — в тон ей добавил я, больше занятый мыслью отчего руки княжны остаются такими холодными. — Как его наследнику, мне нужно отлично владеть родной магией Твердыни.

— Во всяком случае, мне понятно, почему выбор вашей партии пал на меня, — новая обида Фанориа на этот раз задела меня.

Опять вспомнился Ворон и его язвительные уколы словами. То, что княжна не по своей воле приехала в Ледяной Пик. По наставлению родителей, по договору Князей… не важно. Важно то, что она не желала находиться рядом со мной.