Чтение онлайн

– Давай, усатый, плесни-ка мне рюмочку вон той наливочки, – обращаясь к трактирщику, указал гном на одну из багряных бутылей у того за спиной на дальнем стеллаже.

Входная дверь трактира отворилась и в заведение зашла особа из рода зверолюдей. Наполовину кошка, наполовину женщина в цыганском красно-чёрном платье, видневшемся из-под накидки. Представительница народа фелинов была с красивыми серьгами и головным убором в виде треугольной косынки «дикло», закрученной на концах и завязанной на затылке, украшенной бисером, бусинами и металлическими побрякушками, и в поблёскивающем монетном ожерелье.

– Ты ж смотри, какая киса! – присвистнул Аргон, поправляя свою шляпу и приглаживая бурые кудри.

Цыганка уселась за столик, пододвинув к себе пустую тарелку, поглядела по сторонам и первым же делом начала прятать в левый рукав платья столовую вилку быстрым, но ловким движением. После чего проделала с ножом то же самое и, гневно, всплеснув руками, спросила, оскалившись и сверкая жёлтыми глазами, почему ей до сих пор не удосужились принести приборы.

– Ну, сейчас начнётся… – глядя на это, проговорил Берн. – Пора допивать да сваливать, пока всякая заварушка из-за воров не началась.

– Да куда ж ты денешься, когда разденешься, – усмехнулся цверг. – Пойду объясню этой кисе, что красть – грешно! – так и не глотнув наливки, спрыгнул он с мягкого, обитого чёрной кожей сидения близ стойки. – А ты пока тут посиди, радость моя, подожди. Да пребудет благословление Фрейи с тобой! – взял он девушку за руку, накрыв сверху второй ладонью и нежно похлопав.

– Так лорд, говоришь, вырубкой леса заинтересовался? – развернулся и Берн вслед за ушедшим гномом, обращаясь, по всей видимости, к златовласке на углу стойки.

– Где можно рубить, где нельзя… Охотничьи угодья там разные, чтоб не исчезли… Куда отправлять древесину потом… – лениво отвечала та, потягивая свою медовуху и ревниво косясь на Аргона, подсевшего к цыганке-фелину.

– Сударыня! Ваши глаза такие красивые и выразительные, – заперебирал крепкими пальцами Аргон по струнам своей лютни, влюблённым взором глядя на особу с кошачьей головой. – Они словно две большие луны, ярко взирающие с небес!

– Ох и хитрюга же вы, незнакомец, – протяжным «мяукающим» голоском произнесла та.

– Вот заливает, сукин сын, а! – оборачиваясь на них, качал головой Берн. – Охмуритель года ни дать ни взять.

– А что, и на это дело теперь конкурсы проходят на ярмарках? – протирая бокалы, бросил на него взор Ганс. – Что? – поймав ответный взор под скривившимися бровями, уточнил он. – Я во время праздников здесь делом занят, наплыв клиентов, мне не до соревнований на толстого хряка, большущую тыкву и самый уродливый помидор, похожий на харю тётушки Харли, – посмеялся он, а вместе с ним и Бернхард.

– Отца и дядю в шахте при взрыве ранило, настоящий хаос творится, – восклицал тем временем прибывшему лорду Петрус, да так, что было слышно даже у стойки.

– Взрывоопасные газы, горючие смеси, вспыхнувшая сера… Разное случается, – спокойным тоном ответил аристократ. – Я привёз лекарства и мазь от ожогов, всем пострадавшим помогут, – заверил он. – Только, думаю, шахту придётся пока закрыть на время, чтобы не рисковать больше местными. Верховный судья Хашгаузен уже прислал распоряжение не допустить повторных происшествий в связи с несчастными случаями и гибелью людей. Его, видимо, родственники жертв уже закидали письмами. Хорошо не камнями. Пришлю рабочих, экспертов по шахтам, они со всем разберутся.

– Экспертов? – озадаченно уточнил один дровосек с вытянутым лицом и длинными каштановыми волосами на прямой пробор.

– Я в этом деле не то чтобы сильно понимаю, – признался лорд. – Доверяю профессионалам. Тем, кто всю жизнь этому посвятил и дока в рудокопных делах, снабжении, оснащении, организации труда в тоннелях. Нужны знатоки, кто сможет заверить, что все балки надёжны, а в глубине не содержится едких и горючих веществ. А то потом вновь одна искра от удара киркой и… Дело нередкое, бывают такие трагедии в наших тоннелях. Мы всё поправим. А настоящий хаос – это когда маленькие и незначительные явления, казалось бы, никак меж собою не связанные, начинают складываться вдруг в большую и единую картину глобального ужаса. А сделать с катастрофой уже ничего нельзя. Вот истинный лик Хаоса. С опорами шахты же мы разберёмся. Эксперты подскажут причину, не стоит паниковать преждевременно.

– А лесопилка? Который год уже просим организовать, – поинтересовался ещё один из компании дровосеков.

– К концу года планирую собрать совет, где будут обсуждаться планы на ближайшие лет пять. Так что обещаю рассмотреть вашу просьбу со всей серьёзностью, – сказал на это ему лорд.

Рыжий усач же заметил, что за лордом, помимо него, пристально наблюдает ещё один посетитель трактира. Явно давненько сидящий здесь в углу голубоглазый блондин осторожно пил душистый травяной чай из чашки, едва касаясь тонкими губами узорчатого борта, словно напиток его был ещё слишком горячий. Перед ним на тарелке поблёскивали обглоданные косточки от индейки – остатки недешёвой трапезы господина.

Светло-зелёный плащ с застёжками в виде золотых птиц прикрывал кожаные наплечники дорогого синего камзола со сложным переплетением узоров на груди. Под правым плечом – фамильная брошь с изображением волчьего профиля. На шее же поблёскивал амулет в виде нефритовой оленьей головы с раскидистыми рогами.

Пряжка на поясе длинноволосого аристократа была под стать застёжкам плаща, а уж высокие декорированные сапоги и вовсе выглядели самым дорогим элементом костюма. Подобные в этих краях не смогла бы купить даже знать, что явно в посетителе выдавало человека неместного, отнюдь не завсегдатая таверны. Он делал вид, что глядит либо в мозаичное окно, либо перед собой, но сам то и дело косил взор своих ярко-голубых глаз направо, поглядывая и прислушиваясь к тому, что происходит.

Худощавое телосложение и отсутствие оружия при себе говорили о том, что аристократ сей не воин, не наёмник и либо беспросветно глуп, что пустился в путешествие без средств к самозащите, либо чрезвычайно храбр, что ничего не страшится в дороге. А быть может, были у него и свои тузы в рукаве. По крайней мере, колоду карт с улыбкой хитрого лиса своими тонкими, украшенными парой изящных колец, пальцами он неторопливо и элегантно вращал, словно заманивая к себе за стол игроков с целью тех разорить. Как яркий хищный цветок, ожидающий доверчивую и наивную жертву, притягивая сладостным ароматом и блестящими капельками смертоносно-клейкого нектара.

– А это ещё что за «красавица» такая выискалась? – поинтересовался с сарказмом в голосе Берн у трактирщика. – Я проспал, что ли, когда этот златовласый приехал?

– К полудню. Похож на чародея, ты не считаешь? Картишки раскидывал. Кому гадал, с кем просто играл. Всех обирал, в общем. Не беден. Уж теперь-то так точно. Попросил лучшее жаркое из индейки и сезонное овощное рагу. Спрашивал, нет ли раков… – ответил Ганс.

– Раков?! – рассмеялся Берн. – В Далкастре?! Ох уж эта аристократия… Хоть бы вместо ухода за волосами и игральных карт географическую выучила для начала эта златовласка. Откуда ж мы в наших краях ей раков возьмём! Это к лорду вон, в Аргус, крупный портовый город! Там, поди, и раки, и омары, и ракушки с жемчужинами, и алый бархат на паруса для элиты… – поглядел он в сторону Берлиса. – Нет, ему реально гном кружку продал за десяток медяков? – развернулся мужчина к хозяину заведения. – Тут или одно, или другое, сам знаешь. Либо лорд умом тронулся, хрусталь от стекла не отличая, либо этот низкорослик даже дерьмо с подошвы продать способен как лучшее удобрение для посевов… – перевёл усач взор на посиделки гнома с женщиной-кошкой.