Чтение онлайн

– Точно не знаешь?

– Мы не общаемся с Диаром после занятий, исключение - выходные, и вам двоим это известно лучше, чем кому-либо, - спокойно ответила девушка, решив не открывать пока все карты, - скорее я должна задавать такой вопрос тебе.

– Ты что-то скрываешь, - покачал тот головой, - и Тиала тоже!

– Вот у нее и спрашивай. Прости, но нам с Мираей пора, тен Хонер не терпит опозданий, а перед экзаменами особенно лютует.

– Как и наш рен Гориэт, - поморщился Виарн и повернулся к Мирае, - увидимся после занятий, милая. Лия, до завтра!

– Лия, с тобой точно все в порядке?
– спросила Мирая, когда они остались одни.

– Точно, и спасибо тебе за беспокойство, - улыбнулась Лия, - кстати, как у тебя с зачетным заданием по зельеварению? Разобралась или помочь?

– Правда поможешь?
– Мирая умоляюще посмотрела на нее, - не понимаю, зачем настолько сложные зелья давать, если никто их обычно не варит!

– Помогу, конечно. Завтра после работы, идет? А что сложные... Зато после этого простые легко даются!

К концу занятий Лия совсем успокоилась, решив, что объяснение с Диаром откладывается по крайней мере до завтра. Поэтому его появление перед ней и Мираей в то время, когда девушки шли в общежитие, заставило её отпрянуть в ужасе. Подруга удивленно взглянула на нее, перевела взгляд на выглядевшего слегка помятым Диара и удивленно воскликнула:

– Диар, что с тобой?

– Неважно, - ответил тот, - Мирая, прошу меня простить, но нам с Лией нужно поговорить наедине.

Блондинка хмуро посмотрела на него, затем вопросительно на Лию. Та кивнула, хотя ей было до безумия страшно остаться с Диаром наедине. Впрочем, сейчас это одиночество было условным: мимо то и дело проходил кто-то из учеников или преподавателей.

– Ладно, до завтра, - нехотя попрощалась Мирая, - Лия, так мы договорились?

– Да, конечно, - улыбнулась ей та, стараясь держаться естественно.

Стоило Мирае уйти, как Лия сделала шаг назад, демонстративно устанавливая дистанцию между собой и Диаром. Красиво очерченные губы того искривились в сардонической усмешке, а затем он болезненно поморщился, когда по его лицу скользнул солнечный луч.

– Может, отойдем в сторонку? Глазам больно.

– Неудивительно, - Лия старалась говорить холодно и спокойно, - светобоязнь - частое последствие применения дурмана. И всё же я предпочту остаться здесь.

Он поджал губы, дрогнувшие при словах относительно дурмана, а затем насмешливо спросил:

– Похоже, ты не сделала глупость и не попыталась обвинить меня в чем-то недостойном? Ведь любому понятно, что я никак не мог сделать что-либо, что могло бы запятнать имя моего славного рода!

– Я никому ничего не говорила, слишком это было мерзко. Это все, что вы хотели спросить, рен Диар?
– внутренне кипя от возмущения - он даже не попытался извиниться!
– спросила девушка.

– Рен Диар, значит...
– он полупрезрительно усмехнулся, - мерзко, так-так... Дурман, значит... И кто? Хотя это и так ясно, но её можно понять: по крайней мере, она честно пытается добиться того, чего хочет, в отличие от тебя!

– Что вы сказали?
– голосом Лии сейчас можно было заморозить реку.

– В том, что произошло, ты сама виновата!
– зло блеснув глазами, ответил Диар.

Девушке показалось, что она видит дурной сон. Сама виновата?! В том, что он её чуть не изнасиловал?!

– Что, скажешь нет? Завлекала меня, разыгрывая из себя недотрогу, думаешь, я не понимаю? Что, надеялась влюбить меня в себя? А может, тебе нравится не вежливое обхождение, а грубость, подобная вчерашней, поэтому и промолчала? Думаешь, я не помню, как ты тогда перестала сопротивляться? Похоже, если бы не тот странный побочный эффект зелья, ты сама бы попросила меня продолжать!

Лие казалось, что каждое его слово оставляет на её коже и душе след, пачкая их грязью. Как она могла так в нем ошибаться? Похоже, то зелье, что Тиала подлила ему, все еще действует, заставляя выдавать сокровенные мысли, те, что до поры до времени он прятал даже от себя самого! Девушка с ненавистью посмотрела на бывшего приятеля и отчеканила:

– Мне не нужно от вас ровным счётом ничего, рен Диар.

Повернулась уходить, но насмешливый голос заставил её остановиться:

– Всё равно прибежишь назад! Долго ли ты продержишься одна против всех? Хотя если ты меня должным образом попросишь, я, так и быть, сжалюсь над тобой...

Что?! Гнев захлестнул Лию с головой, она стремительно развернулась и прошипела:

– Клянусь, я заставлю вас пожалеть о каждом слове, что вылетело из вашего рта сегодня!

Диар отшатнулся, взглянув на лицо девушки. Впервые с той минуты, когда он проснулся сегодня и вспомнил вчерашний день, ему стало не по себе: ни разу женщина не глядела на него с таким искренним презрением и отвращением. "А хороша всё же, - мелькнула у него непрошенная мысль, - особенно сейчас, когда глаза зеленые, как у кошки. Что, киска, коготки показываешь? Ничего, я тебя обломаю!". Вслух же он произнес только:

– Ну-ну, попытайся, - и нагло усмехнулся ей в лицо.

Лия смерила его взглядом, сжала кулаки и быстро ушла, чтобы не поддаться искушению и не ударить его. "Я отомщу, но не так, - пообещала она себе, - нужно все продумать"!

Эрант. Магическая Школа. Две с половиной недели спустя.

– На этом занятие окончено, как и мой курс лекций, - рен Фирвин обвел аудиторию взглядом, - встретимся на экзамене через неделю.

Как только преподаватель покинул аудиторию, Лия поднялась и молча вышла следом: Мираю задержал Виарн, а больше говорить ей было не с кем.

Прошедшие недели дались девушке тяжело: на каждом занятии Диар устраивался прямо позади нее и сверлил её спину насмешливым взглядом. Они не общались больше, но Лия все чаще слышала смешки за своей спиной и предположения о том, что именно случилось между ними. К её искреннему удивлению, Мирая продолжала вести себя как ни в чем не бывало, да и Виарн всегда был с Лией неизменно вежлив, заставляя её гадать, рассказал ли Диар ему что-нибудь о произошедшем.

С Тиалой Диар все-таки расстался, будучи явно в бешенстве от попытки его принудить к чему-либо, и та отчаянно пыталась вернуть его расположение. Лию же она теперь обходила десятой дорогой, явно боясь последствий в том случае, если девушка решит на нее пожаловаться. Хотя и мотива нападать на Лию у нее теперь не было, ведь было очевидно, что между ней и Диаром возник разлад,.

Сама Лия все свободное время проводила за чтением: только сейчас девушка поняла, как слабы её знания в части законов империи. Будучи внутренне готова к тому, что Диару ничего не грозит за попытку изнасилования, она была искренне удивлена тому, что по крайней мере на бумаге не было разницы в наказании в зависимости от жертвы. Закон был довольно суров: если преступление совершалось и было доказано, преступник дворянского звания его лишался и подлежал бичеванию, не дворянина же ждала каторга. Другое дело, что доказать такое преступление было практически невозможно... Хотя Лия изначально не рассчитывала на то, что Диар испугается наказания, гораздо большей проблемой для него могли стать насмешки людей одного с ним круга.