Чтение онлайн

Я побледнел и, чувствуя, как затряслись руки, крикнул кэбмену:

— Поехали!

— Слушаюсь, сэр, — раздался грубый голос сверху, и колеса кэба снова загрохотали по булыжнику.

Я сильно сомневался, что кто-то умудрился задать Луби вопрос насчет последних событий. Скорее всего, местонахождение его неизвестно. «Анонимное сообщение» с его паническими догадками во внимание принимать не стоило. Последние строки — глупость, явно рассчитанная на сенсацию и возбуждение в лондонцах чувства страха. А вот упоминание о Джоне Конвее я перечитал еще раз.

В Лондоне наверняка проживает не один человек с таким именем. Однако где газетчики узнали, как зовут лоцмана? Гаррисон им не рассказал бы. От Перселла?

Я застонал. Отмахнуться от факта таинственного отсутствия Конвея невозможно. Как бы ни была мне противна эта мысль, разумно предположить, что лоцман — член Братства. Вероятно, скрывается, чувствуя свою вину в гибели шестисот невинных человек.

Закрыв глаза, я припомнил его дом: аккуратно прибранное жилище вдовца с портретом покойной жены на полочке.

С другой стороны, кто сказал, что дама на фотографии — супруга Конвея? Да пусть даже так — однако она умерла, и, возможно, утрата свела лоцмана с ума, хотя безумие свое он тщательно скрывал. Может, ее убили? Тогда Конвей мог возненавидеть англичан, а особенно лондонцев. Или, допустим, он истово верил в цели ИРБ в части возрождения автономии республики.

Что толку гадать? Конвея надо найти — вот и все.

Субботнее утро я посвятил поиску тела лоцмана «Замка Байуэлл» среди мертвецов в ангаре газового завода. Потом перебрался через реку и посетил мастерские «Карстейрс», где трупы были выложены в длинном бараке без окон, наполненном запахами разлагающейся плоти. Бродить среди мертвых тел — то еще занятие, однако Конвей нужен был мне позарез, и следовало убедиться, что он остался в живых. Цвет волос лоцмана существенно облегчал поиски. Я нашел лишь двух покойников с ярко-рыжими шевелюрами: женщину и ребенка лет восьми. Комитет по крушениям почти справился с задачей извлечения трупов из реки, на что ушло четыре дня. Закончив осмотр, я получил более-менее твердую уверенность, что Конвей жив.

Дальше мне предстояло отправиться по госпиталям. Подобных заведений в Лондоне десятки, и я начал с южного берега, раз уж меня сюда занесло. Первое из них находилось в полумиле от мастерских. Пострадавших, соответствовавших моему описанию, у них не было, зато мне дали адреса еще восьми госпиталей на этой стороне реки, куда доставляли людей после крушения. Ни в одном из них Конвея обнаружить не удалось. Со вторника рыжих ирландцев здесь не принимали и не выписывали.

Солнце уже клонилось к горизонту, на улицы упала вечерняя тень, и я решил прекратить свою экспедицию. День получился долгим, изматывающим, и все же я не мог отправиться домой, не навестив ма Дойл. Следовало поговорить с ней насчет Колина, выяснить, что ей известно. Вдруг мы вместе сумеем найти способ убедить мальчишку, что я способен вызволить его из лап Маккейба?

С самого утра, путешествуя по городу, я прокручивал в голове его слова и гримасы, толковал наш разговор и так, и этак. Как я сам на месте Колина воспринял бы свой побег из Уайтчепела? Что произошло за то время, пока меня здесь не было? Я помнил Колина жизнерадостным плутоватым ребенком. Почему все так изменилось? Конечно, за эти годы я видел его множество раз, но так и не удосужился обратить внимание на копившуюся в нем горечь.

Поднявшись по лестнице к черному ходу, я постучался, но мне никто не открыл. Достав свой ключ, отомкнул замок и толкнул дверь, однако та даже не дрогнула — похоже, изнутри ее чем-то подперли.

— Ма! Элси! С вами все в порядке?

— Иду, иду, Микки! — раздался голос девушки.

Через секунду за дверью что-то заскрежетало, и вход освободился.

Перешагнув порог, я указал на отставленный в сторону стул.

— Это еще зачем?

— Я сегодня одна дома, — пожала плечами Элси, — поэтому заклинила ручку для спокойствия.

— Его что-то могло нарушить? — озадаченно глянул на девушку я.

— Обычная предосторожность.

Я снял пальто и бросил его на стул.

— Где ма?

— Пошла в гости к миссис Маккиббен.

Элси добавила угля в печку.

Хм. Конвея я не нашел, а теперь и ма не застал дома. Что за день такой…

— Чайку? — спросила через плечо Элси. — Боюсь, у нас нет этой горькой гадости, которую ты обычно пьешь.

— От чая не откажусь, — с улыбкой ответил я. — Когда я отказывался?

Элси сверкнула ответной улыбкой и потянулась за чайником. Захлопотала, заваривая чай и расставляя чашки, и все же я заметил, что она искоса на меня поглядывает. А может, и ничего, что ма нет дома… Элси — девушка наблюдательная и практичная, вся в мать, и наверняка о брате-близнеце знает побольше. Ма ведь прошлый раз упомянула, что Колин больше общается именно с сестрой.

Я выдвинул стул. Заметил, что шатающуюся ножку так никто и не починил, и на всякий случай поменял его на другой, крепкий.

— Элси, я вчера вечером видел Колина.

— Неужели?

Она заперла дверь и уселась напротив.

— Нашел его у Пинтона.

Лицо девушки омрачилось.

— Часто он там бывает?

Ее лоб прорезала вертикальная морщинка — в точности как у ма.

— Не знаю, где он проводит время, Микки. Дома появляется редко, иногда даже ночевать не приходит. Значит, говоришь, у Пинтона? — Элси вздохнула. — Я подозревала, что Колин играет. В прошлом месяце он дал ма денег и… хм…

Я понял, о чем она думала. Денег было больше, чем Колин мог заработать.

Другое дело, что источником дохода игру в кабаке считать нельзя, как бы ни был умен Колин. Если он просто собирал выручку с заведений Маккейба, подобным занятием много не заработаешь. Где же он брал деньги? Я почувствовал укол страха.

Боже, надеюсь, Колин не обсчитывает Маккейба… Этак он подпишет себе смертный приговор.

Я заговорил как можно более непринужденно:

— Ма говорила, что Колин всего день-два в неделю работает на доках. Кажется, его постоянное место там занял другой человек.

— Какой там день-два… — усмехнулась Элси.

— Хочешь сказать, что он вообще лишился работы?

Если так, неудивительно, что мальчишка связался с О’Хаганом и Маккейбом.

— Ма ничего не знает, но на доках его нанимать отказались.

— За драку? — догадался я.

— Колин кого-то там ткнул ножом. Говорят, этот человек попал в госпиталь.

Я припомнил синяк на его щеке.

— Поэтому вы и ссорились в воскресенье? Мне показалось, что ты его отчитывала.

— Да нет…

Чайник издал низкий свисток, и Элси, обернув его ручку сложенным вдвое полотенцем, залила кипяток в заварку.

— Он пытался меня поучать, а я этого терпеть не могу.

— Насчет чего он тебя поучал?

— Настаивал, что вместо Имана мне следует встречаться с одним его дружком. Еще чего! Этот парень — мерзкий тип.

— А Иман тебе нравится, я не ошибаюсь? А ты ему?

Элси кивнула, и ее черты сразу смягчились, сказав мне о многом.

— Только Колин его недолюбливает, — продолжил я.