Чтение онлайн

Рей принес ей два стаканчика – яблочный и грушевый, – и все-таки ушел к остальным. Лариса устроилась с дочерью и телефоном, листая соцсети. Скучно ей не было. Даже наоборот: Ануся задела ручкой сок, и на маминой кофте расплылось пятно. Ладно, если слингом прикрыться, то не видно, философски подумала Лариса.

Она поглаживала уже совсем медленно сосущую девочку и мурлыкала рифмованные вирши, которые совсем недавно стали приходить ей в голову:

– Анечка-Анусенька,

Девочка-малюсенька…

Выйдя со спящей в слинге малышкой, Лариса принялась искать мужа. Обойдя пристройку к коттеджу, женщина увидела, что между деревьев было устроено несколько гамаков, где под присмотром нанятых специально нянечек покачивались спящие малыши.

– Давайте и вашу положим, – улыбчивая женщина средних лет негромким тоном обратилась к Ларисе. – Вы не волнуйтесь, мы присмотрим и сразу вас позовем, как проснется.

Нянечка протянула ей тоненький браслет, который должен был просигналить сразу, едва дочка проснется. Лариса, подумав, осторожно положила Анусю в гамак и с облегчением расправила плечи. Хоть слинг и удобная штука, но спина все равно почему-то уставала.

Наконец она увидела мужа. Тот стоял рядом с такой шикарно одетой женщиной, что у Ларисы упало сердце: это была женщина из ее кошмарных мыслей, красавица-коллега в дорогом платье, с безупречной прической и взглядом хищницы. Уже только посмотрев на такую, Лариса ощутила себя жалкой и страшной, машинально пригладила выбившиеся из простого пучка волосы. После родов они начали сильно лезть, и хоть Лариса и знала, что это нормально, не хотелось чувствовать себя лысоватой. А еще крепкие ручонки Ануси, которые так больно вцеплялись в остатки таких густых раньше Лариных волос…

Рей стоял рядом с Разлучницей – так Лариса интуитивно и безошибочно окрестила красотку, – о чем-то болтал с ней, совершенно не замечая, что эта наглая хищница явно пытается его завлечь. Это было видно по всему – и по ее платью, более уместному для голливудской красной дорожки, чем для корпоратива, и по укладке, в которой с помощью искусных рук мастера сочеталась аккуратность и естественность распущенных блестящих прядок.

– Привет. – Рей словно почувствовал взгляд жены, слегка нахмурился, уловив, что она снова о чем-то беспокоится, и сделал несколько шагов ей навстречу. – С малышкой все в порядке?

– Да, я ее в гамак положила, – ответила Лариса.

– Да, я тоже потом этот детский уголок заметил, хотел тебе предложить. Ну, а с тобой все хорошо? Не устала? – заботливо поинтересовался муж. – Поесть что-нибудь хочешь?

– Нет… еще нет, наверное. – Лариса продолжала украдкой поглядывать на расфуфыренную Разлучницу.

Та сразу же подошла, сверкая белозубой, по-крокодильи дружелюбной улыбочкой.

– О, вы, наверное, Лара? Я – Элона. Рей только о вас и говорил, – произнесла девушка невиннейшим тоном и сразу же нанесла первый болезненный укол. – Рассказывал, как вам тяжело приходится с дочкой…

– Тяжело? Да нет, не очень. – Лариса метнула быстрый взгляд на Рея. Неужели он жаловался на то, что она не справляется? Да еще какой-то посторонней разнаряженной дамочке?

– Ну что вы, – сладко пропела дамочка, – я же все понимаю. Конечно, дети – это такое счастье, но мамам все равно приходится нелегко. Эти растяжки… Круги под глазами от недосыпа. Некогда отдохнуть, уделить время мужу…

– Я уделяю время мужу, – холодно произнесла Лариса, хотя внутри у нее все вскипело от обиды.

– Ой, что вы, я не хотела вас обидеть, – притворно забеспокоилась Разлучница. – Просто хотела сказать, что с появлением ребенка супруги реже бывают вдвоем. Романтика теряется… Но дети того стоят, – прибавила она с лицемерным вздохом.

Лара плотно сжала губы, чтобы не сорваться и не наговорить гадостей. Это что же, она сейчас пела Рею в уши о том, как его жена вся ушла в заботу о дочери, да и с этим делом плохо справляется? Да как он мог вообще такое слушать!

– Вы, наверное, собираетесь поесть? – спросила Элона. – Да, кормящей маме надо много кушать. Конечно, от этого можно поправиться, но здоровье ребенка важнее…

Лариса ощутила, как ее щеки заливает румянец смущения и гнева. Она и так была недовольна своей фигурой, а тут еще эта стройная красотка с медовой улыбочкой била по больному.

– Пойду посмотрю, как там Ануся, – пробормотала Лариса. Она всем сердцем желала, чтобы муж составил ей компанию, и тут Рей не подвел:

– Пойдем вместе. – Он кивнул Элоне и сказал: – Ну, пока, увидимся.

Та попрощалась самым дружелюбным тоном, прикидывая в уме, какой следующий шаг предпринять, чтобы выиграть этот приз.

Пожалуй, решила Элона, для первого раза достаточно. Не навязываться, но достаточно поиграть на нервах жены, чтобы та закатила ссору из ревности, а еще лучше – начала бы следить за его телефоном и соцсетями…

Лариса отошла от Разлучницы, внутренне кипя от злости и чувствуя себя униженной, растоптанной. Вроде бы на посторонний взгляд эта хищница ничего такого не сказала, и даже Рей, такой умный, такой понимающий, не заметил тщательно замаскированных и попавших в цель колкостей.

– Элона в твоем отделе работает? – спросила она, прикидывая, насколько может быть опасна эта роковая красотка.

– Да нет, я ее впервые вижу, – пожал плечами Рей. – Вернее, второй раз, я даже удивился, что она меня тогда запомнила.

– Тогда – это когда? – уточнила супруга.

– А, она как-то заплутала у нас в коридорах, я ей подсказал, как пройти.

– А, понятно. – Лариса немного успокоилась. В голосе Рея не звучало и нотки заинтересованности навязчивой коллегой, но некоторая тревога осталась. Лариса была уверена, что такие, как Элона, готовы пройти по головам, лишь бы добиться своей цели. А уж то, что эта женщина запала на ее любимого, Лара не могла не заметить. Как она на него смотрела, как улыбалась! Вот только этого еще не хватало…

 Домой чета Хеннел вернулась довольно поздно. Ануся сладко проспала всю дорогу на руках папы, но как только девочку внесли в дом, та сразу проснулась, немного поела и расшалилась. Так что ложились уже ближе к часу ночи.

Рей уютно устроился под одеялом и обнял жену, прижал к себе, осторожно поглаживая, словно пробуя, отзовется ли она на его ласку или, как часто теперь бывало, уснет, совершенно вымотанная прошедшим днем. Лариса почувствовала, словно ее разрывает пополам: одна половина желала ответить на прикосновения любимого мужа, вторая уверяла, что сон куда важнее. Рей тем временем аккуратно разминал ее уставшее от ношения малышки плечо, иногда легко, дразняще задевал грудь. Лариса слегка морщилась: почему-то теперь это не было так приятно, как до беременности и родов. Муж тем временем поглаживал спину, бок, бедро, и Лара позорно вырубилась прямо во время прелюдии.