Чтение онлайн

– Ма! Та! Та!

– Пра-авильно, маму пришли будить, умничка ты моя, – и Рей продолжил уже своим обычным тоном, – извини, тебя очень просила, хныкала. Мы погуляли немножко, две площадки обошли.

– Ох, а ужин-то я… – всполошилась Лариса.

– А ужин я заказал.

И снова Лариса почувствовала за всплеском радости и признательности слабый укол вины. Вкрадчивые намеки Элоны на Ларисину несостоятельность как жены и хозяйки ввинтились в душу и засели там, словно заноза.

 ***

Элона откровенно скучала, сидя в уютном кафе с бокалом любимого ягодного коктейля. Мужчина за столиком в середине зала бросал на нее заинтересованные взгляды, но девушка, занятая планами покорения чужого мужа, практически не обращала на них внимания.

На экране ее телефона светилась страница Рея в соцсетях. Элона задумчиво пролистывала нечастые посты владельца вниз, иногда в задумчивости теребя прядку волос.

Добавить его или еще рано? Элона глотнула коктейля и подозвала официантку:

– Принесите мне кофе, пожалуйста. – Палец с опрятным маникюром ткнул в строчку стоящего на столике сезонного промо-меню. – И пирожное “Фруктовое счастье”.

 Когда коктейль был допит, палец девушки все же скользнул на кнопку “Отправить запрос дружбы”. Нажав, она отметила “лайком” несколько последних фотографий Рея, прежде всего те, где он был с дочерью. Не то чтобы Элона любила детей, но надо же показать мужчине, что у них общие интересы.

“Вот даже и славно, что у него уже есть дочка, – подумала она, отодвинув от себя пустой стакан с болтавшейся в нем ярко-фиолетовой трубочкой. – Значит, родительский инстинкт уже удовлетворен, а мне не придется портить фигуру и не спать ночами, когда мы поженимся”.

Элона переключилась на свою страницу, которую активно приводила в порядок последние несколько дней. Критически оценивала каждый пост, каждую фотографию. В указанные интересы добавила “дети”, “семья”. Слишком откровенные фото скрыла, оставив на виду только более приличные, но все равно с изюминкой. Теперь осталось дождаться, когда жертва ее охотничьих интересов примет запрос.

Однако что-то Рей Хеннел не спешил заходить в свой аккаунт, хотя Элона уже успела и кофе допить, и пирожное съесть, и даже послать сердитый взгляд надоедливому кавалеру, который все пытался то улыбнуться ей, то встретиться взглядами. Расплатившись, девушка с недовольным лицом поднялась и вышла на улицу ловить такси. До дома было недалеко, но Элона не любила пешие прогулки, да и ноги устали от высоких элегантных туфель на немыслимой высоты шпильках.

Поймав машину, она закатила глаза и отвернулась к окну при первой попытке водителя с ней пофлиртовать. Вот уж только водителя такси ей не хватало! Элона вспомнила внушительную цифру заработной платы, которые получал руководитель проекта по разработке межмировых приложений. Вот это – да, вот это – уровень. А не на машине подвозить. Нет уж, такого перспективного кандидата она ни за что не упустит!

 ***

Лариса бросила взгляд на циферблат: ну надо же, одиннадцать часов, а у нее сна ни в одном глазу, хотя во всем теле чувствуется тяжелая, накопленная усталость. Рей уехал вечером на какую-то конференцию по своей специальности, предупредив, что будет поздно.

Лара спустилась в кухню, убрала грязную посуду в машинку, которую, невзирая на ее протесты, купил муж. Теперь Лариса уже не представляла своей кухни без этой тихо журчащей помощницы. Опять-таки до рождения дочки мыть посуду было сродни медитации, а после – превратилось в тягостную повинность. Некогда, некогда, отвлеклась, не замочила, а каша присохла намертво; едва намылила сковородку – а дочка, играющая рядом, ударилась и заплакала…

Протерев стол и плиту, Лариса решила завтра приготовить пирог, рецепт которого она не помнила. Поднялась наверх, взяла свой ноутбук и заодно решила проверить сообщения.

Теперь у Ларисы было две версии интернета. Сеть этого мира была дешевой и быстрой, а связь с родным миром все еще оставалась медленной и дорогой, поэтому Лариса заходила туда гораздо реже, в основном ради общения с мамой и несколькими подругами.

 Зайдя в родные соцсети, Лариса обнаружила кучу непрочитанных сообщений. Первым она открыла те, что от брата. Вдруг с родителями что? Мама и отец с трудом осваивали новые технологии, даже звонили они до сих пор по старым кнопочным телефонам, а подаренный на прошлый Новый год смартфон снова лежал в коробке после пары неудачных попыток мамы освоить сенсорный экран.

Пашка. Привет, Лар, тут Серега твой заходил.

Лариса замерла. Известие о бывшем муже было сродни удару под дых. Зачем, интересно? Столько времени он вообще не подавал признаков жизни, а тут вдруг зашел. В бывшей Ларисиной квартире сейчас жил младший брат-раздолбай Пашка.

Лариса. Привет, Паш. А что ему надо тут было?

Пашка. Зарядник какой-то забрал старый и еще что-то там из коричневой тумбочки.

Лариса. А почему меня не предупредил?

Пашка. Да говорит, дозвониться не смог. У тебя же постоянно телефон выключен.

Это было правдой – одним из минусов Ларисиной жизни было то, что ее телефон в этом мире превращался в бесполезный и молчаливый кусок пластмассы, набитый микросхемами.

Лариса. Ну, в соцсетях бы написал.

Пашка. Да ты тут тоже онлайн через раз.

И тут было нечего возразить: Лариса могла заходить в родные соцсети только с тяжелого черного ноутбука, который обычно стоял в ее комнате. С местного смартфона не было подходящих приложений, связывающих этот мир с родным. Хотя какой из двух миров ей роднее, Лариса уже сомневалась. Домашние хлопоты и часы, проведенные с дочкой, занимали столько врремени, что Лариса в основном общалась в местных соцсетях с телефона, а к ноутбуку подходила изредка.

 Лариса прокрутила множество неотвеченных сообщений на экране и нашла-таки пару безликих и сухих: «Привет. Телефон не отвечает» и «Привет. Я к нам на квартиру зайду, ты дома?» Хмыкнула, соображая, с чего это вдруг бывший муж, не писавший уже давно, вдруг решил возобновить общение.

Лариса. Сам понимаешь, с ребенком занимаюсь. Некогда. Что он говорил?

Пашка. Да ниче. Забрал и ушел.

Лариса вздохнула. В этом весь Паша: ну хоть спросил бы, как дела, что ли. Странно вообще, зачем Сергею вдруг понадобился зарядник, или что там он забирал. Мог бы новый купить, что ли, все же бывший муж не был ни бедным, ни жадным.

Напечатав брату простенькое: «Понятно, как там мама с папой?» – Лариса, повинуясь нахлынувшему любопытству, щелкнула по аватарке бывшего, открывая его страницу.

Она не делала этого уже давно, больше года. Открыла, ожидая, что на нее нахлынут воспоминания, но ничего такого не ощутила. Попыталась силком вспомнить эйфорию от свадьбы или боль от расставания – но чувства оказались притуплены, словно не с ней это происходило. Как будто вспоминала прочитанный роман или просмотренный кинофильм. Знакомое красивое лицо, небрежная улыбка… Надо же, а тогда, в том хмуром, безнадежном феврале, ей казалось, что она никогда не забудет Сергея, что вся ее жизнь рухнула, разлетелась на осколки. А теперь, надо же, даже не болит.