Подающая надежды
Шрифт:
«Что же ты скрываешь-то, индюк? Зачем так благородно поступаешь? Как может отрок такого существа оказаться настолько добродушным и без какой-либо задней мысли помогать кому-то, не прося ничего взамен?»
Пугало ли девушку такое поведение тайца? Может быть, она не уверена. Но она точно знала, что это интересовало её, интриговало — что же он выкинет в следующий раз? Каким себя покажет? Пока ей лишь оставалось гадать.
Глава 9
Под руку с Прасетом Доминика вошла в жёлто-зелёную комнату для персонала, чувствуя лёгкое волнение в груди, и тут же упёрлась ногами в травяной угловой диван — короткая сторона заканчивалась прямо перед дверью, а длинная распласталась по стене напротив. Справа находился небольшой, но очень симпатичный, обклеенный различными миниатюрными стикерами с артистами из разных стран кухонный уголок с плитой в зеленовато-коричневых оттенках, наполняющими напольные шкафчики столовыми приборами, посудой и посудомоечной машиной. Сама же комната была скромненькой, рассчитанной максимум на четыре существа, хотя и трое ребят в ней помещались с трудом, но довольно уютной, что Ника даже слегка расслабилась, на пару мгновений представив себя, собирающейся остаться здесь на ночь после трудного рабочего дня, если бы она работала в этом котокафе.
Мэу усадила послушного, но донельзя дерзкого на вид Цок-цок на пухлую подушку в виде кошачьей лапки, а гостей пригласила на диван, где те и разместились. Дома присела на короткую часть, а Сет распластался почти по всей длинной. Пока Кэт занималась приготовлениями кота для передачи его сил и энергии своей замастевой — так называли существ, связанных с мастевыми животными, — сама мастевая сложила руки в молитвенном жесте, успокоено закрыла глаза и стала взывать к Тёмному принцу, подготавливая собственный организм к обряду с помощью внутреннего спокойствия, созданного за счёт моления своему Богу.
— Малыш Цок-цок готов, — оповестила Китти через время, ласково погладив мальчика от головы до длинного хвоста. — Мы можем присутствовать во время обряда, но можем и уйти, если тебе некомфортно.
— Останьтесь, я не знаю, как поведёт себя мой организм и в случае чего хотела бы, чтобы вы могли моментально прийти на помощь.
Маги понимающе кивнули и отошли к кухонному углу, оставив девушку на месте с сидящим напротив усатым. Она знала, какие действия необходимо было совершать — в школе такому обязательно обучали с первых же классов, так как невозможно было предугадать, в какой момент жизни встретишь связанного с собой зверя, а потому спокойно принялась за дело. Придвинулась к краю удобной бархатной мебели, посмотрела котику в полные уверенности и решимости глаза и настроилась на передачу энергии. Такая передача представляла собой простое всматривание обеих пар глаз друг в друга, в ходе которого ото лба животного ко лбу существа перетекала линия тех сил, какие второму были необходимы в настоящий момент. Цвет передаваемой энергии определялся способностью мага и цветом мастевого — кожи, чешуи или шерсти.
Всё получилось так, как и обещалось. Страх, необузданное волнение и все переживания о худшем покинули тело темнички с взыванием, а потому поводов отступать не находилось. Да и взывание это, в противном случае, дошло бы до самого Бога, а тот уж точно в стороне не останется и при необходимости примет определённые меры. Но, к счастью, всё обошлось и помощь извне не пригодилась. Цок-цок действительно оказался тем животным, какое было предначертано этой девушке при рождении, а во время передачи могуществ животное из кота превратилось в самую настоящую пантеру, только маленькую — он стал котёнком, детёнышем пантеры.
— Ну что, Нонг’, подаришь ей это чудо? — Тоже осознав, что пара мастевого с замастевым действительно были связаны друг с другом кровно, с озорной усмешкой намекающе прошептала Мэу Сету на ухо по-тайски, что сложил руки в задумчивой позе: левой подпёр правую, а пальцы правой поместил на губы.
— Ага, завтра как раз собирался, я ж потаскун хоть куда, каждой второй симпатичной девушке животного, что ей жизнь спасти способен дарю! — С иронией пробасил Сет вполголоса.
— Ну, какой потаскун, Нонг’Сет? Что за выражения такие? Тут высокие чувства, а ты такие слова говоришь! На данный момент такой подарок — самый лучший способ для того самого признания ей из всех, какие я знаю! После такого любая девочка тут же на руки дарящему запрыгнет, а тут ты дарить собираешься — красавец всех красавцем! — Вновь усмехнувшись, пролепетала кошачья магичка.
— Зато мы с ней друг друга не знаем, Кэт. Мы знакомы неделю, как, ты думаешь, я ей такой подарок сделаю, тем более, когда он с такой символикой? А её реакцию ты хоть представляешь? Что за чушь, Котик?
— Н-да? — Кошка окутала друга недоверчивым взглядом с головы до ног. — А выглядите вы так, словно уже полгода точно общаетесь! Иначе зачем тебе ещё её сюда было приводить и деньги тратить на её «приватный сеанс» с мастевым животным? Да и какая в нашем веке разница, сколько знакомы? Для такого время не должно иметь большое значения! Хватай, если согласна, да радуйся своему счастью, Нонг’!
— Это, я думаю, как раз в твои годы бурной молодости было популярно! Ну или, разве что, у нас такая политика, но она из другой страны, о которой я в целом знаю и не понаслышке — у них к такому большинство коренных относиться иначе. И ты наверняка успела почувствовать, что с самым перелётом к нам она уже с лихвой успела настрадаться, хотя находится здесь всего семь дней. А я просто не отношусь к тому типу существ, которые плюют на проблемы других, особенно, если эти «другие» — ученики школы, которой в недалёком будущем я буду управлять. И притом я — не мой отец, который это делает ради своей выгоды, я действительно переживаю за своих будущих подопечных. Не думаю, что отцу дадут дослужиться до положенных ста пятидесяти и Вознестись ему не позволят стопроцентно. Не то у него положение среди Советчиков и обычных магов. А потому я должен быть готов к перениманию наследства в любой день и заранее следить за любым ухудшением здоровья учеников ТМШ.
— А ты всё такой же, Нонг’, молодец! — С гордостью в голосе похвалила друга Китти, счастливо улыбаясь, и нежно потрепала того по голове, хотя была на голову ниже. — Но раньше, если меня память не подводит, у тебя не было привычки всех сколько-либо заболевающих девушек и парней ко мне сразу водить. Я тебя здесь только с Нонг’Бунси видела, а она подруга твоя с детских лет, так что в счёт не идёт!
— Кэт, знаешь, как в России говорят? — Напряжённо от накатывающей злости задал Пхантхэ риторический вопрос.
— И как же, дорогой?
— «Будешь много знать — быстро состаришься». А ты у нас итак немолодая уже дама, детей полное кафе бегает! Так что давай, не руби дерево так, чтобы оно на тебя упало, может, помолодеешь ещё, когда шестьдесят наступит.
— Ах ты обнаглевший ребёнок! — Возмущённо вздохнула Мэу, грудь её от негодования поднялась, лёгкие до отказа наполнились воздухом. — Ты, Нонг’Сет, змею за хвост не хватай[1] лишний раз! Мало ли как я в другой раз отреагирую, когда этой чудной девы здесь не будет?!
Парень лишь тихо посмеялся и продолжил ждать знакомую в молчании. Девушка закончила ритуал достаточно быстро, а когда оторвалась от влекущих глаз Цок-цок и замыленным взором посмотрела на пару у кухни, те убедились в действенности проведённого обряда: её глаза кардинально изменились. Цветом, состоянием, сверкающей внутри эмоцией. Ярко-чёрная радужка неестественно переливалась блеском, беглыми бликами, точно от меняющего ракурс света, белки вернули себе натуральный белый с голубоватым отливом цвет, относительно живой взгляд с разжёгшимся где-то в глубине огоньком, уже не походящий на взгляд заядлой алкоголички, а лёгкий синеватый оттенок на нижнем веке сменил собой цвет неба безлунной ночью.