Чтение онлайн

х х х

Только мелочи такие (Если сторож настоящий!) Не заставят пост оставить И оружие сложить! Сторожа не шевельнулись! Сторожа не шелохнулись! Вы, пожалуйста, не мешайте Им друг друга сторожить!!!

АРКАДИЙ СИГАЛ

ВИДЕНИЯ * * * Бывает часто: сплю и вижу. Что-то голову взбредает А дальше так: не сплю - не И нейдет из головы. вижу. Вернее, не совсем не вижу, Вы такая молодая, А вижу, но совсем не то. Удивительная Вы!

Ах, постойте, фея, нимфа, А если сплю - буквально вижу, Мы подуем на свечу То что нигде еще не видел,

Только в рифму, только в То, что нельзя увидеть просто, рифму,

Я иначе не хочу. А только лежа и во сне. И восходит рифма тихо И потому я сплю и вижу, В невысокое чело, А просыпаюсь и - не вижу, Ходит-бродит, ищет выход, А просыпаюсь и - не помню. не находит ничего.

Ни открытий, ни событий, И слава Богу, повезло, Вся граница на замке... Поскольку если бы и вспомнил, И посмотрел, и не увидел, Вы меня не торопите, То поначалу бы заплакал, Посидите в уголке. Потом бы опустился, запил И на себя широким жестом Только нервно, как на стреме Пустые руки наложил.

Все стоите над душой. Они лежали бы крест-накрест, А душа моя в истоме. А я бы спал и видел, видел Ей буквально хорошо. Все то. что никогда не видел, А душа моя летает Но видеть внутренне хотел. За околицей вдали...

Вам чего-то не хватает?

Уходите!

Вы ушли.

Вы ушли...

Какая жалость!

С глаз упала пелена.

Только рифма задыхалась

В пыльном черепе одна.

Алексей Таранин

Смерть Ивана Ильича

Повесть

Глава 1

Иван Ильич был сапожником. Он чинил сапоги. Он был известен на 2-ой и 1-ой Бунтарских улицах, на Пугачевской, на улице имени столяра-бомбиста Халтурина и даже одна дама с Большой Черкизовской не ленилась ходить сдавать в ремонт сапоги нашему Ивану Ильичу. Мы жили в одной квартире и мне хорошо удалось изучить в лице Ивана Ильича тот уходящий тип русского мастерового, воспетого Некрасовым - "...он до смерти работает, до полусмерти пьет". Время внесло свои поправки - Иван Ильич работал как все, а пил как раз "до смерти". Как сапожник. Во хмелю Иван Ильич бывал гневен и гонял свою жену и детей Маргариту и Геннадия, которые когда выросли, оба стали инженерами. В нашей квартире было много незамужних женщин. Их стали инженерами. В нашей квартире было много незамужних женщин. Их

посещали любовники. Самый хороший был у Веры Семеновны

капитан 2-го ранга ВМФ. Однажды он дал мне посмотреть свой капитанский кортик - тяжелый очень, блестящий - холодное оружие. У тихой тети Зои, которая все время ходила в филармонию и очень любила фигурное катание, и любовник был тихий, я его совсем не помню, зато очень хорошо помню лицо фигуриста Олега Протопопова - очень неприятная внешность. В бабушке моей ходил Владимир Прокофьевич, или просто Прокопыч. Прокопыч запомнился, главным образом, как уроженец села Никиткино, которое я часто проезжаю, когда еду в свою деревню и всегда думаю - вот Никиткино - родина Прокопыча. А еще запомнился тем, что спросил у меня, какие были последние слова А.С.Пушкина. Я, как умненький мальчик, стал вспоминать то-ли приведите детей, то-ли уведите детей. Неправильно, - сказал Прокопыч, - Пушкин сказал: выпьем рюмочку до дна! И тут же достал четвертинку, налил себе рюмочку и выпил до дна. К Тоне Никифоровой любовники не ходили, она сама, женщина с тоненькими ножками, 48 лет от роду, каждый вечер ходила на танцы в Сокольники, там у нее, вероятно, были любовники, правда, дочь ее, Наташка Никифорова, называла иначе; ну вот, говорила Наташка, - мать опять к °барям пошла. К самой Наташке любовники ходили, но они были такой пьянью, и сама Наташка была такой пьянью, что мне даже и смотреть на них не разрешали. После ухода Наташкиных хахалей, утром в помойном ведре, на самом верху, лежали горкою презервативы, или гандоны, как было принято говорить во дворе. Взрослые сквозь зубы говорили: "У блядина!" И маскировали эту гадость бумажками.

Глава 2

Так вот, в это самое описываемое время, полетел в космос первый в мире космонавт Юрий Гагарин, этого, правда, автор не помнит, но это было, было! А следом за ним и первая в мире женщина - космонавт Валентина Терешкова, а потом Гагарин гробанулся, зато первым в мире вышел в космос Алексей Леонов. Наверное поэтому, когда я садился в пластмассовые кресла новых чехословацких трамваев, я чувствовал себя космонавтом. Вообще на заре космической эры, пластмасса была в чести. а искусственная икра?! А лавсан, нейлон, поролон и пенопласт? Музыкой звучат слова эти в моих ушах... В нейлон, поролон и пенопласт? Музыкой звучат слова эти в моих ушах... В

большой моде была Польша. Микульский и Цибцльский, "Кабачок 13

стульев" и пес Шарик. Но в это же время шла грязная война во Вьетнаме. Глядя на Хо-Ши-Мина, становилось ужасно жалко и всех остальных вьетнамцев, - уж если вождь такой тощий, что ж тогда простой-то народ. Убили президента Кеннеди, "черные полковники" томили в застенках греческих патриотов. Душа болела и за патриотов и за президента. Но между тем, в простых овощных магазинах продавались ананасы! Они лежали какие-то запыленные, как картошка, и их не очень-то покупали. А пирожки стоили: с повидлом - 5 коп., с рисом - 5 коп., с мясом - 10 коп., - это знал каждый. А арбузы были такие, что нести их нужно было вдвоем. Да, чуть не забыл, когда разговор заходил о Китае, надо было внимательно следить за речью, чуть ошибешься - скажут материшься. И вот в это самое время, Иван Ильич, шил себе сапоги, пил, пил, шил сапоги, а потом вдруг взял да и купил дом в деревне, на Владимировщине, по соседству с родной деревней писателя В.Солоухина. И Иван Ильич стал там разводить огород и пить даже стал меньше, а потом с ним случилась жуткая история. Находясь в своем доме на отдыхе, Иван Ильич стоял как-то нагнувшись на лугу, что-то, видимо, разглядывал в траве. И тут бодливая соседская корова подкралась сзади и боднула Ивана Ильича. В глазах у Ивана Ильича потемнело и он упал лицом прямо в траву. а когда поднялся, то оказалось, что корова рогом порвала ему мошонку. На его месте любой бы растерялся, но Иван Ильич не растерялся. Он с трудом, широко расставляя ноги, доплелся до дома, а там взял свою сапожную иглу, вощеную сапожную нитку и ловко, как какую-нибудь модельную туфельку, двойным швом, зашил себе мошонку.

Глава 3

Время вообще было героическое. Герои строили БАМ, спасая урожай, сгорел в своем тракторе "огненный тракторист" Анатолий Мерзлов. И мы, школьники, собирали макулатуру "за себя и за того парня". Вот и нашлось место подвигу в жизни Ивана Ильича. И что ж? дело нешуточное. Сам себе зашил рваную рану, да еще не в условиях стационара, можно сказать, повторил подвиг Сенкевича. Но ведь тот врач, а Иван Ильич простой сапожник. К нему даже стали ходить пионеры. Но вот место ранения было несколько неподходящим, и вскоре как-то само собой получилось так, что рана Ивана Ильича оказалась на животе, получена была от диверсанта, покушавшегося на молочно-товарную ферму. Ну а в остальном, осталось как было - зашил рану Иван Ильич сам. На то и сапожник. Ивана Ильича пригласили даже на слет ветеранов НКВД, но сам Иван Ильич не поехал.
– Вдруг попросит рану показать, - говорил Иван Ильич, что ж им яйца что-ли показывать? И понемногу подвиг Ивана Ильича стал что ж им яйца что-ли показывать? И понемногу подвиг Ивана Ильича стал забываться. Понежившись немного в лучах славы, Иван Ильич скромно отступил в тень, и нисколько об этом не жалел. Дальнейшая жизнь Ивана Ильича протекала, насколько автору известно, без каких-либо выдающихся событий. ...И вот как-то тихим летним вечером, сидел Иван Ильич на крыльце своего дома, собираясь подшить валенок. на небе уже показалась красноватая луна и далеко, за околицей, кричала уже ночная птица: "Уи-Уи-Ыэк, Уи-Уи-Ыэк". "Кто ж это так кричит", - подумал Иван Ильич. И вдруг ясно вспомнил - так кричит козодой. Какая-то страшная сила подняла Ивана Ильича, и он, оставив на крыльце валенок, быстро. не оборачиваясь, пошел на крик. И вскоре его фигура растворилась в сгущавшихся сумерках... Когда на выходные, Маргарита, дочь Ивана Ильича с мужем и сумерках... Когда на выходные, Маргарита, дочь Ивана Ильича с мужем и

внуками приехали в деревню, они нашли только неподшитый валенок

на крыльце дома. Ивана же Ильича нигде не было. Его искали, да так и не нашли. Когда человек, вот так вот исчезает, через некоторое время уже считается, что он умер. Посчитали умершим и Ивана Ильича. И даже приблизительный день смерти высчитали - 17 июля.

Глава 4

Ну вот и все. Мистически настроенный читатель, пожалуй. скажет: "Все правильно - смерти нет, а есть, может, только уход за козодоем..." "Нет, ответит автор, - все не то, неправильно... Совсем не это я имел ввиду. Я-то думал, вот живет себе Иван Ильич, сапожник, живет себе, живет... Эх, да что тут говорить!"

Л.ТУЧИНСКИЙ

КУКИШ

У меня в кармане кукиш. Толстый, розовый, крепыш. Ты такой нигде не купишь, Никогда не смастеришь.

Мне его на день рожденья подарил хороший друг и учитель, дядя Сеня однорукий военрук.

Он сказал: "Когда достанет ротный или старшина ты его погладь в кармане, и тоске твоей хана!"

Жизнь ушла за половину, за последнюю межу, все равно его не выну, все равно не покажу.

СЕРГЕЙ ЮРСКИЙ

(Фрагмент сказки)

Потерял старик юмор. И за печкой искал, и в подклетье искал, и в подпитьи искал - нет нигде. Загорюнился старик, занюнился. Что ни оглянется - весь мир точно сажей выпачкан. В окно зыркнет - дождь идет. В будущее глянет - зима надвигается. Свет зажжет - мухи оживают, жужжат, роятся, в волосах путаются. Погасит свет - мыши бегают, ногами стучат. Лег старик на кровать лицом кверху. Заскрипела кровать. Паук с потолка козявку спустил на паутине к самому стариковскому носу. Закрыл старик глаза и возроптал своим стариковым голосом:

– За что мне такая обида? И обеда у меня нет. И обрыдло мне все на свете. И ободья на колесах полопались, телега не на ходу, уехать нельзя. Вот сейчас плюну на все и отдам концы, узнаете тогда, как без меня! Вдруг из темноты пискнул непонятный голос:

– А что с тобой, что без тебя, все равно материя едина! Вскинулся старик, вздернулся, лицом в паутине попутался, вскочил с кровати. Тихо все, ничего не слышно, даже мыши замолкли. Только сердце в ребра стучит, как почтальон в дверь: туктук-тук, туктук-тук! Потоптался старик в темноте неслышно и шепнул: - Померещилось! А голос как ухнет нахально: